Не такая уж Сладкая месть (книга 2)

Ярость Хирона

   Эта необъяснимая тревога затопила Хирона с самого утра, может и сон, приснился какой, просто он не помнил, не запоминал их. Он старался не шуметь, но что-то было в этом дне такого, что заставляло его быть настороже и даже передвигаться бесшумное что ли. Хирон оставил Диану метаться на подушках, он терпеть не мог это состояние бессилия, но и будить ее не стал. Она во сне прикасалась к животу руками, и только после этого, счастливо улыбалась, переставала ерзать. Конечно, он догадался по ее самочувствию и ночным кошмарам, да и док подтвердил, что вероятность есть и он надеялся, закрыл ее дома и надеялся, что уж себе и ребенку она не навредит.

   Но, именно, в этот день ей захотелось, бледной и почти обессиленной куда-то пойти, это было новостью, которую он просто не ожидал. Тревога усилилась, а, когда он узнал, что на перекрестке ее чуть не убил Прохор, этот двуличный слизняк, но она могла пострадать или, скорей всего, перепугалась!?! И, все, чего он хотел, это просто убедиться, что она в порядке, отвезти самому к врачу и теперь уже, по прошествии полутора - двух месяцев сдать нужные анализы и узнать! Знать, наверняка.

   Только и тут, его Диана, решила все иначе, а самое главное, она его не подпустила. Ежика да, Азамата, вон, позвала, а его будто пса на цепи удерживали свои на расстоянии. Даже Алан пытался, и поговорить, и удержать. Но разве ж они понимают, как тревога перерастает в гнев, а тот в ярость, в стихийную ярость, что он ее не уберег? Что он едва держится, чтоб крышей не поехать? Что винит себя? И, всех тоже?!

   А тут, еще, оказалось, что этот наемник тут и даже спас Диану, он был рядом, когда позвонил Азамат. Хирон не из тех, что подслушивают, но сейчас он превратился в чистый слух, упоминание Маргариты, ее беременности, а самое главное, свадьбы с наемником, и у любого бы, не только у него, сорвало крышу, напрочь. Картинки мешали видеть реальность, он ведь и уцепился за Дианку, как утопающий, да и она, вроде, тоже. У них ведь, все могло получится!?! Он надеялся, она удерживала его все это время, он так привык возвращаться в берлогу и пусть она почти все время лежит, и бледная, но эта забота, эта опека, делали его человеком, а осознание, что его ждут дома, грела душу. Неужели он ошибся? Неужели дом опустеет? И заветных детских ножек, как и пухлого малыша, в его доме не будет? Он не особо верил, но все же...

   Он уже не слышал и не видел, как летел в это кафе, только там он их не нашел и готов был разнести все здание к чертям! Хирон ведь не понял, как рядом оказался и Еж, и Малой, и даже Алан, а самое главное, он не видел ничего, только пустые столики, вернее, столики не пусты, а нужных людей нет, их ведь всего двое.

   Зато, ему на доли секунд, показалось он видел наемника, смеющимся, а в следующую минуты, свои же пытаются его скрутить, втроем.

   Ярость Хирона обрушилась против всех тех, кому он доверял, с кем он так долго шел к заветной цели. Он хрипел и ревел белугой, ругался и готов был, обернутся в неузнаваемое чудовище.

   - Мам, а что это с дядей? - долетело, откуда-то сбоку, детский голос. Мамашка пыталась в охапку дочурку, под мышку взять, а та не далась, подбежала к куче огромных дядь, что клубком сейчас подминали столики.

   - Хирон, успокойся! - гремел бас Малого где-то там же, что пытался его поймать, удержать, не дать выйти из себя.

   - Дядь, - она стояла бесстрашно прямо перед ним, мамаша побелела и не знала, что делать, а на Хирона эти большие синие детские глаза смотрят, доверчиво и бесстрашно, - у тебя, где болит? Мама говолит, если болит, надо на ланку подуть или пластыль наклеит! У меня один есть, сейчас! - и ведь полезла в кармашек искать, пыхтит, ручонками своими в кармашках что-то ищет.

   Они, ведь так, и застыли этой, огромной кучей, потому что Хирон удерживал на себе троих, а сам на девочку белесую смотрел и представлял, что и у них такой Светлячок может быть, Дианка светленькая, худенькая, тростиночка, по сравнению с ним.

   - Так, где болит? - серьезным таким видом доктора, этот ребенок смотрел на него. А он задумался, локоть ей поставил, хотел майку на груди отодвинуть, да пальцы и руки по локоть скручены, не на лоб же ей смешной пластырь лепить. - Мама! Мама! Я дядю вылечила! Вы поплавитесь! Покой, сон и отдых! Плописываю!

   - Обязательно! - прохрипит Хирон. Мамаша ребенка испуганно за локоть утащила, взвизгнула, но утащила не понимающего ничего ребенка. - Отпусти!

   Малой осторожно отпустил его горло и ослабил захват, который и эффекта то не возымел, так, ерундой ему показался.

   - Ты, точно в порядке? - спросит его Алан.

   - Меня же вылечили! - фыркнет, глядя на пластырь и проводя по нему пальцем. - Я должен быть там, куда он ее отвезет! - душу греет мысль о Светлячке, об улыбчивой Дианке, о далекой и не доступной Маргорите с округлившимся пузиком, она так улыбается, так загадочно и светло смотрит. Ярость не стихла, тревога не отпустила, обида затопила и боль, и тоска такая, что хоть вой. Только тут не повоешь, все итак на них смотрят, еще психушку вызовут. Охранники, вон, в сторонке стоят и боятся к большим и страшным дядям подходить.

   - Так, куда? - Хирон не хочет на них смотреть, а пластырь такой детский и цветастый у него под шершавыми пальцами. Он не привык делится эмоциями и тем, что внутри, но сейчас ему плохо, доставая трубку телефона, видя их замешательство, ведь никто не знает, когда они приедут, это он понял, как только вопрос задал, а еще похоже никто, кроме Алана не знает, где они, если и он в курсе, а то что-то не похоже. Но важнее то, что никто не уверен, куда ее Азамат потом отвезет, домой? Хирону не разорваться, но логичнее ждать их у дома! В их контору, вряд ли! Хотя и может Алану позвонить на выходе. Наберет номер Азамата, тот не ответит, но Хирон это, итак, знает.

   - Слушай, друг, - начнет вдруг вечно улыбчивый Алан.

   - Тамбовский волк, тебе друг! - огрызнется Хирон, скидывая Малого с себя окончательно. - Я у дома их буду ждать! Провожать не надо, не барышня!

   Развернется и пойдет домой, не оборачиваясь, все еще ощущая пластырь под пальцами, думая только о том, что Светлячок может и не появится, если она не захочет, да Диана не вернутся, может. И, что, тогда будет с ним? Он ведь не сможет с ними больше каждый день, в одних кругах! Хирон себя знает, он им больше не доверяет, никому из них, а значит, не сможет, и либо, в итоге, схватиться с Азаматом до победы одного из них, либо будет искать смерть! А в глазах того наемника - холодная смерть, Хирон не ошибся, он был там, неужто его ждал? Спектакля ждал? Посмотреть на них?

   - Хирон! Ну, ладно тебе! - попытается Ежик с дальнего угла, но это, так останется висеть в воздухе. Слышны мигалки правоохранителей, неподалеку.

  - Идите оба на перекресток! Еж займись тем, что умеешь! Малой поищи свидетелей с Ежом! Я сам за ним.

   Отдает приказы Алан, а самому скверно, что пришлось в такой ситуации побывать. Своего же держать, он же им этого никогда не простит! Был бы Еж или Малой, но это Хирон и с ним все иначе, кровь горячее, стержень крепче. Он им этого не простит, но Алан только посередине, а вот, ярость кавказца достанется лидеру, Азамату! И, вот, тут, надо бы предупредить, от этого он упустит из виду широкую спину в толпе Хирона, надеясь, что уж во дворе то точно его найдет.

   Мысли, от которых не так легко отделаться, страх оттого, что могло произойти в машине между... Азамату же не нужна Диана и Хирон это знает. Ему нужна Маргарита, но она ушла.

   - Привет! - отвлекает его от раздумий, от размышлений, от всего и Хирон замрет, как хищник перед хищником. На него из подворотни наемник смотрит, холодно и насмешливо.

   - Чего тебе?

   - Не дружелюбно, как! - будто обидится, но обманчиво, наигранно, а сам его движения считывает.

   - Надо спасибо сказать?

   - Ты про девушку? - усмехнется ртом, а глаза холодные, мертвые следят за каждым движением. - Пустяк!

   - Может, на свадьбу позовешь?

   - Она счастлива! - огрызнется на покушение, хоть и словесное.

   - Вот и своими, так сказать, глазами посмотрю! - Хирон только рад, размяться, хоть куда-то деть ту ярость, что так и не нашла выхода, а тут такой заманчивый экземпляр и сам напрашивается.

   - Не боишься их, потерять? - злее становится мимика, но глаза, будто не двигаются.

   - Не боишься ее без жениха оставить? - парирует он легко. Скрипят зубы, и мышцы на лице ходуном ходят от напряжения и злости.

   - Я, тут не за этим... - шипит, сквозь зубы.

   - А, зачем?

   - Работу тебе предложить!

   - О, как? И время выбрал, и место подходящее! И кому я нужен?

   - Значит, рассматриваешь? - как-то неоднозначно прозвучало. Хирон ведь не думал всерьез, но и ему он не доверял. - Это взаимно!

   - Не понял?

   - Я тебе не доверяю и это взаимно! За тобой хвост и я дам тебе время! Надеюсь, не надо говорить, чтоб ты ни одной живой душе, о нашей встрече? - кивок, что понял. - Я найду тебя, позже!

   Он отступал спиной, назад, видно было, что кинься сейчас на него Хирон, тот бы смог отстоять себя, хоть и узкий закоулок выбрал, самому в нем в плечах не развернутся. Алан бы подсобил, о том, что за ним шел именно он Хирон догадался, но тогда предложение от наемника было бы утеряно, а вдруг там что-то стоящее?! Конечно, Хирон не собирался предавать своих, хотя и не был столь уверен в со причастности уже. Теперь, все завесило от Дианы и было даже немного иронично, что тонкой связывающей нитью между им и Азаматом станет именно женщина. Он ощущал необходимость выплеснуть ярость, выплюнуть ее из себя, размяться.

  - Ты, чего тут стоишь? - оторвет его от размышлений Алан, заглянет в проулок, где уже нет наемника, непонимающе.

   - Дозвонился? - выплюнет Хирон, зная, ответ, не первый день знакомы. - Все доложил?

   - Слушай, - начнет опять Алан.

   - Плевать! Мы не обязаны говорить, пока ждем! - он снова пройдется пальцами по пластырю, будто тот способен действительно его излечить. Пройдет во двор, встанет у дерева, чтоб обзор на двор и подъезд был.

   Алан немного в стороне, ему звонят и он отвечает, немного расхаживает из стороны в сторону, часто посматривает в сторону Хирона и не узнает его, как тот меняется, проводя пальцем по пластырю, беззащитнее, что ли становится?!? Он его таким не видел, чтоб и ярость, и беззащитность на лице в одном флаконе. Он уже крыл, на чем стоит свет и Азамата, и эту самую Диану, за это утро, как когда то Маргариту, что ворвалась, хотя это они разрушали до основания две империи, а она же только защищались, вроде как, да, так, эффектно?!? Хотя, кто он такой, сам Алан, чтоб вникать в сложный механизм, что хватило сил запустить только Азамату, да, так, что его теперь даже не пытались у***ь?! Наемник сколько раз обходил его стороной, и дело было не в родстве!