Ведьмак из Мурманска

8.

Василий взгромоздился на сани, оттолкнулся ногами, и лихо покатил вниз, по скользкой дороге, с крутого холма. Оглянуться не успел, как Полкан технично пристроился у него на коленях с неимоверно довольной мордой. Ветер свистел в ушах, солнышко пригревало вовсю на осевшие сугробы, на которых блестели капли талого снега. К вечеру, однако, опять становилось холодно, а по ночам и вовсе возвращалась зимняя погода, и капли опять замерзали, отчего сугробы покрывались тонкой коркой льда.

Уже несколько дней им по пути не встретилось ни одного населённого пункта, где можно было отдохнуть. Потому в ход шла палатка, костёр и спальный мешок.

Путешественники не унывали, Василий готовил пищу на костре, Полкан охотился на зайцев и крупную птицу. Переночевав, шли дальше, быстро и весело.

- Что, Полкан, понравилось кататься? - посмеиваясь, спросил Василий, когда сани остановились.

В ответ Полкан радостно взвизгнул, как маленький щенок. Если людей, не считая Василия, рядом не было, он не считал нужным маскироваться под собаку, и выглядел как обычный волк, только белый. За сравнительно короткое время пути, Полкан заметно подрос, очевидно потому, что никогда не приходилось голодать и настроение у него теперь всегда было хорошим.

- Сейчас поднимемся на холм, а там и до деревни рукой подать. Там меня все знают и хорошо привечают. Отдохнём как следует, я в баньке попарюсь. А ты с местными собаками познакомишься, может и подружишься с кем.

- Это хорошо, новые впечатления я люблю, особенно, если хорошо принимают, - откликнулся волк, - эх, Вася, не знаешь ты, каково это, когда от тебя все шарахаются и боятся! А то и вовсе у***ь норовят. Я уже и забыл о такой жизни, и вспоминать не хочу, - морда, однако, погрустнела.

- Ну-ну! В меланхолию то не впадай! Никому я тебя в обиду не дам!

- Спасибо, Вася, - растроганно поблагодарил волк.

Они поднялись на холм, и вдали показались деревянные дома. Сердце ведьмака радостно забилось.

Однако, чем ближе они подходили, тем улыбка всё больше сползала с лица, пока не сменилась тревогой.

Первое, что не понравилось Василию, это то, что над деревней зависла чёрная туча, она не сдвигалась с места, и ни дождь, ни снег из неё не сыпал. Хотя кругом было ясное небо и ни одного облачка.

Подойдя ближе, он заметил, что ни из одной трубы не курится дым, собачий лай не оглашает округу. Деревня словно вымерла.

- Полкан, - сказал ведьмак, ну ка сгоняй быстро, осмотри, что там происходит? Что-то мне всё это не нравится. А я тебя здесь подожду.

Василий отошёл от дороги в поле, нашёл островок, где снег уже растаял и земля почти просохла, и дальше не пошёл, разместился лагерем. Рядом находилась небольшая роща, а до деревни оставалось несколько километров.

Полкан исчез в белой дымке, но почти сразу вернулся обратно, вернул свой волчий облик и встревоженно посмотрел на Василия.

- Что? - не терпеливо спросил ведьмак.

- Там не пройти, я и так, и сяк пытался, и даже по кругу пробежал. Вся деревня словно стеклянным колпаком накрыта.

Василий помрачнел, немного подумав, он вытащил из-за пазухи деревянный рожок и тихонько в него подул. Раздался низкий звук, похожий на завывание ветра. А вскоре к нему, со всех сторон, стали слетаться птицы, из-за сугроба показалась рыжая пушистая шкура, это лис находился неподалёку и тоже пожаловал на зов. Последним прибежал угрюмый пожилой волк.

Василий оглядывал всю эту живность с тревогой, а когда понял, что это все, и больше никто не придёт, заговорил:

- Приветствую вас, лесные жители!

Ему в ответ закивали и защебетали, но не особенно радостно.

- Что-то мало вас совсем. Что происходит в деревне?

Птицы всполошились, загалдели все разом:

- Мы не знаем! Прилетели недавно погостить к своим приятелям, а кругом все мёртвые! Спросить не у кого!

С высоты, на плечо Василия, приземлился ворон.

- Привет, Карлуша, ты пролетал над деревней?

- Прривет! Прролетал! Чуть не ррасшибся, купол там, до самого неба! С тррудом его обогнул!

- Ну и как нам узнать, кто там безобразничает?

Вперёд выступил волк:

- Одно скажу, живых людей там не осталось. Видел я их, схватили пожитки и бегом из деревни, но по дороге все замёрзли, никто не выжил. Пол дня пути от сюда лежат, никто их не хватился.

- Странно, почему пешком, а не на машинах?

- Не ходи туда, Вася, - взволнованно сказал лис, - и нас не призывай, погибнем мы там.

- Об этом не беспокойся, - твёрдо сказал Василий, - ладно, тогда мы тоже пока укроемся, а потом посмотрим, что дальше делать? И что там за напасть такая?

Он пошёл в рощу, срубил несколько сухих деревьев и подтянул их к стоянке, Полкан, в это время, носился в соседнюю область, так быстро, как мог только он, запасся зайчатиной, их теперь было трое, не считая Василия, надо было позаботиться.

А ведьмак, когда всё было готово, сделал круг диаметром в двадцать шагов, где в центре располагалась палатка с их скарбом и все птицы и звери. По кругу насыпал заговорённую соль, потом окурил дымом и третий раз прошёлся, запирая заклинанием. Получился купол, подобный тому, что окружал деревню.

Солнце уже уходило за горизонт, звери и птицы занервничали. Небо всё больше окутывала мутная мгла, облако, висевшее над деревней, ожило и стало стремительно расползаться во все стороны, охватывая небо до самого горизонта.

- А ты как здесь оказался, - спросил Полкан волка, - чего не в стае?

- Отбился я, - понурив голову, ответил волк, - ногу расшиб, не смог своих догнать, так и сижу здесь. Все ушли от сюда, когда с деревней приключилась напасть.

Полкан с сочувствием взглянул на собрата и кивнул на тушки зайцев:

- Угощайся!

Тот не заставил себя уговаривать, уже давно смотрел на дичь с вожделением, но брать не решался, но всё же покосился на Василия и уточнил:

- Можно, да?

- Бери-бери! - кивнул ему ведьмак, - Полкан для вас пропитание добывал, а нам, с пичугами, много не надо, сейчас им хлебных крошек накидаю.

- Что, мы дальше не пойдём? - спросил Полкан.

- Не пойдём, пока не разберёмся, что тут происходит? И решать надо проблему, нельзя так оставлять.

Полкан вздохнул, в общем-то, он был согласен.

Лис тоже притянул к себе тушку зайца и впился в неё зубами.

А сумерки всё сгущались. Василий разжёг костёр возле палатки, из еловых веток сделал навес для птиц, чтобы им было тепло и не страшно, и строго всех предупредил:

- Запомните, что бы ни случилось, за пределы круга выходить и вылетать нельзя, иначе защита повредится, и мы все можем погибнуть. Что-то мне подсказывает, что ночь будет беспокойной.

Он не сомневался в понятливости зверей, но за мелких пичуг волновался, они могли запаниковать и выпорхнуть из укрытия.

Лис, отдыхая после сытного ужина, свернулся клубком возле навеса, где пташки собрались вместе и прижались друг к дружке, и лениво произнёс:

- Не тревожься, Вася, я за ними присмотрю, - острый взгляд метнулся в сторону птах, те испуганно вжали головки в перья, - а кто сдвинется с места без разрешения!.. - он щёлкнул зубами.

Ворон поддержал:

- Все поняли? Чтоб тихо тут у меня!

- И поговорить нельзя? - загалдели испуганные птахи.

- Поговорить можно, - снизошёл ворон, - но не громко. А летать нельзя, до тех пор, пока Вася не разрешит. И вообще, ночь уже, спите лучше!

- Спать! Спать! Спать! - защебетали окончательно убеждённые птички.

- То-то же, - удовлетворённо произнёс ворон.

Обо всех позаботившись, Василий отошёл от костра и, глядя в сторону деревни, стал ждать. Он гнал от себя скорбь по погибшим жителям, чтобы не ослабеть, только гнев сейчас поможет победить подлого и страшного врага, которого он пока не знал в лицо.