Ты мне не жена

Глава 9

Этот поцелуй был нацелен лишь на то, чтобы меня раздавить, в нём не присутствовало ни капли нежности. Его губы были холодными и бесчувственными, будто кусок льда, прижатый к моим. Он не целовал, а словно истязал, выжигая меня изнутри. Это было актом власти, актом доминирования, актом презрения...

Я пребывала в шоке, ощущая, как его губы нагло присваивают всё, что осталось от моей гордости. В эту секунду я поняла, что с каждым мгновением он всё больше и больше наслаждается моими страданиями, как будто это является истинной победой в нашей борьбе.

Я закрыла глаза, пытаясь отгородиться от происходящего кошмара, но тщетно. Я остро чувствовала его губы на своих, чётко слышала приглушенные аплодисменты и ощущала на себе взгляды сотен людей, наблюдавших за нашим "счастливым" моментом. И во мне нарастало отвращение. Мне отчаянно хотелось вырваться, убежать, закричать, но я стояла неподвижно, словно парализованная.

Наконец, Игнат оторвался от меня, и я с облегчением вздохнула. Мои губы горели, а его глаза сверкали триумфом. Если можно унизить поцелуем, то у него это получилось сполна. Он меня уничтожил!

– Поздравляю, женушка, – прошипел он мне на ухо и снова прикрыл моё лицо фатой.

Я отшатнулась, ощущая, как ненависть захлестывает с головой, и окинула невидящим взглядом зал. Все вокруг улыбались и аплодировали, не замечая той бури, что бушевала внутри меня. Я ощутила, как сердце забилось быстрее, и в груди расползлось чувство безысходности. Аккомпанемент веселых мелодий и смеха резонировал с оглушающей пустотой в моей душе. Я хотела выть, но не могла. Этот маскарад, эта симфония лиц с искусственными улыбками едва ли могли скрыть то, что происходило на самом деле...

Неожиданно Игнат грубо схватил меня за руку и бесцеремонно потащил по коридору, выстроенному из гостей, не позволяя им даже поздравить нас. Веселье стихло. Все были явно удивлены, но не смели ничего сказать.

– Приведи себя в порядок и не позорься! – скомандовал муж, когда мы остались наедине. – Как видишь, твой отец устроил показательное представление. Пригласил весь высший свет, чтобы они стали свидетелями этого брака. Идиот, думает, это может как-то на меня повлиять.

– Хватит! – воскликнула я, не в силах больше терпеть его грубость.

– Ты сама сделаешь, что я сказал, или тебе помочь? – гаркнул Игнат, игнорируя моё недовольство.

– Я сама решу, что мне делать! Ты кем себя возомнил, что вздумал мне указывать? – воскликнула я, наконец-то возвращаясь в своё нормальное состояние. – Ладно, я поднимусь к себе! – тут же одёрнула себя, мне действительно необходимо вернуться в номер и попробовать связаться с Мирославой.

– Не заблудишься? – язвительно поинтересовался он.

– Иди к чёрту, – бросила я, кромсая взглядом его на мелкие кусочки. – Хотя тебе и ходить далеко не надо, достаточно для этого посмотреться в зеркало!

Игнат рассмеялся, но в его смехе не было ничего живого — лишь холодная ирония и презрение. Я продолжала чувствовать, как злость и отвращение нарастают во мне, и проснувшееся упрямство лишь увеличивало мой внутренний протест. Каждый его жест, каждое слово было напоминанием о том, насколько он ненавидит меня. И теперь это было взаимно…

Я развернулась, чтобы уйти, но он всё ещё держал меня за запястье и словно не собирался отпускать. Я посмотрела ему в глаза с таким же лютым пренебрежением, что и он, и резко вырвала свою руку.

– Знаешь, у тебя очень неприятный, каркающий смех, сделай одолжение, не смейся, пожалуйста, больше в моём присутствии! – уколола я напоследок и почти бегом бросилась к лестнице.

Ворвавшись в свою комнату, высыпала из сумки всё содержимое, ища телефон. Найдя его, я увидела на экране несколько пропущенных от Миры. Внутри всё встрепенулось, и я не смогла сдержать всхлип облегчения. Быстро нажала на кнопку вызова, гудки разорвали угнетающую тишину. Я с замиранием сердца ожидала, когда она поднимет трубку.

– Алло. Алиса, куда ты пропала? Никак не могла дозвониться! – раздался знакомый голос Мирославы, и я ощутила, как тяжёлый камень свалился с души. – Меня наконец-то отпустили! Я хотела приехать сразу к тебе, но ваш адвокат сказал, что лучше сначала поговорить с тобой.

– Мира! – вздохнула я, стараясь сделать так, чтобы голос не дрожал. – Слава Богу! Я чуть с ума не сошла…

– Лиса, у тебя что-то случилось? – сразу же поняла подруга. – Ты где? Я сейчас же приеду…

– Нет! – оборвала я. – Немедленно уезжай без меня. Первым же рейсом, Мира!

– Что случилось? Ты меня пугаешь! – взволнованно воскликнула Мирослава.

– Пожалуйста, сделай так, как я прошу. Я позже всё тебе объясню, сейчас нет на это времени! – настаивала я, жутко переживая за судьбу единственной подруги.

– А ты? Ты когда приедешь? Я ничего не понимаю! С тобой всё в порядке? – затараторила подруга, и в её голосе слышался неподдельный страх.

– Я в порядке. Но мне нужно уладить некоторые вопросы, и чем быстрее ты уедешь, тем проще мне будет всё решить!

– Но…

– Мира, пожалуйста, пообещай мне, что прямо сейчас возьмёшь билет? – продолжала я настаивать, хотя прекрасно понимала её нерешительность.

– У тебя проблемы, я чувствую… Как я могу тебя так оставить? – выдавила она, и в груди у меня всё сжалось.

– Нет ничего такого, что нельзя решить. Для меня главное сейчас, чтобы ты была в порядке, а это возможно, только если ты уедешь! Пообещай?! – потребовала я решительно.

– Хорошо, обещаю, но ты поклянись, что расскажешь мне обо всём при первой же возможности! – сдалась подруга, видимо, поняв по моему тону всю серьёзность ситуации.

– Клянусь, – выдавила я и продолжила: – Мира, я переведу сейчас тебе деньги, используй их на своё усмотрение. Как только сядешь в самолёт, сразу же мне напиши, и как приземлишься тоже…

– Хорошо…

– Я буду ждать, всё, давай, мне пора, – прошептала я и сбросила вызов.

Нужно было скорее привести себя в порядок, пока за мной не явилась тяжёлая артиллерия, и при этом подумать, как быть дальше. Я вошла в ванную и взглянула в зеркало. Усталые глаза взирали на меня с немым упрёком, но я не могла позволить себе опустить руки. Этот вечер уже обернулся настоящим ужасом, и если я хочу взять ситуацию под контроль, мне нужно выглядеть стойко и уверенно.

Я промыла лицо холодной водой, стараясь смыть не только потекший макияж, но и чувство унижения, которое буквально прижимало меня к полу. Каждый вдох становился чуть легче, и я начинала соображать яснее. Для Игната я стала обузой. К тому же у него есть невеста, и она наверняка будет не в восторге от моего присутствия. Поэтому Мартынову будет только на руку, если я уеду. Нужно умерить гордость и поговорить с ним как взрослые люди. Уверена, мой отъезд – лучшее для нас решение. Я продолжу учиться, а он – жить так, как будто меня никогда и не было. Возможно, со временем мы сможем найти выход и развестись. Идеальный вариант, и, думаю, у него не должно быть по этому поводу возражений…