— Сегодня вечером идём в город, — заговорщицким, почти заговорным тоном прошептала ей Одетт, хитро щуря глаза и пряча улыбку за раскрытым учебником. Они сидели на последнем уроке. В воздухе висела вязкая усталость конца дня, и только чёткий голос леди Амальтии, раздававшейся от кафедры, разрезал эту атмосферу, будто отточенный клинок. Сухие, строгие фразы преподавательницы звучали как удары метронома. Галатея чувствовала на себе её прицельный, неусыпный взгляд — леди Амальтия, казалось, дышала рядом с её затылком, готовая в любую секунду загрузить её ещё одним дополнительным заданием. — Зачем? — едва шевеля губами, спросила Галатея, стараясь, чтобы её голос растворился в шелесте страниц и не достиг ушей наставницы. — Сегодня праздник осени! — глаза Одетт блеснули так, словно она только

