Пленница Ледяного Дракона

Цена чужого спасения

В комнате пахло высушенной лавандой, старой бумагой и застарелым, липким страхом. Страх этот принадлежал не Лионе. Им буквально исходила её мачеха, леди Бьянка, которая уже битый час мерила шагами скрипучие половицы, заламывая пухлые пальцы с дешевыми кольцами.

— Они уничтожат нас, Лиона! Ты не понимаешь! Черные драконы не прощают долгов, — Бьянка резко остановилась, и её голос сорвался на прерывистый всхлип. — Одно их слово — и твоего отца сгноят в королевских рудниках. А Лилиан… мою бедную, хрупкую Лилиан они просто разорвут на части! Драконы — чудовища. Дикие, безжалостные ящеры, прикрывающиеся масками аристократов!

Лиона сидела у окна, внешне оставаясь абсолютно спокойной. Она медленно перевела взгляд со своих бледных, сложенных на коленях рук на мачеху. Внутри Лионы всё сжималось от глухой обиды, но лицо оставалось ледяной маской — маской, которую она научилась носить с тех пор, как отец привёл в дом эту женщину с её избалованной дочерью.

«Хрупкую Лилиан они разорвут, — горько подумала Лиона. — А меня, значит, нет? Моя кожа толще? Моё сердце не умеет плакать от боли?»

Конечно, для Бьянки всё было очевидно. Лилиан — родная, нежная, рожденная для роскоши. Лиона — падчерица, сирота по матери, девчонка с «неправильной», бесполезной магией тепла, которая едва могла согреть остывший чай в чашке. По крайней мере, именно так думали все вокруг. Лиона тщательно оберегала свой секрет: её магия была не просто теплом. Это было настоящее пламя, бушующее глубоко под кожей, но запертое на сто замков ради её собственной безопасности. В мире, где правили ледяные драконы, огненная магия людей считалась либо аномалией, либо опасным вызовом.

— Чего именно ты от меня хочешь, Бьянка? — тихо спросила Лиона, и её голос прозвучал удивительно твердо в душной полутьме комнаты.

Бьянка подбежала к ней, упала на колени и схватила Лиону за руки. Её ладони были влажными и холодными.

— Замени Лилиан, — прошептала мачеха, заглядывая Лионе в глаза с безумной надеждой. — Приглашение на Отбор невест для Лорда-протектора именное, но на нем стоит лишь фамилия нашего рода. Версаль. Никто во дворце не знает Лилиан в лицо. Скажи, что ты — младшая дочь. Поезжай вместо неё!

Лиона горько усмехнулась, мягко, но настойчиво высвобождая свои пальцы из хватки мачехи.

— Отбор у Каэлуса Вер-Вайдена? У самого жестокого существа в империи? Бьянка, ты отправляешь меня на бойню. Лорд Каэлус известен тем, что человеческие женщины для него — лишь расходный материал для сдерживания его ледяного проклятия. Ни одна невеста из прошлых отборов не вернулась прежней. Многие просто… исчезли.

— Но ты сильнее! — воскликнула Бьянка, и в её глазах промелькнула эгоистичная, хищная нотка. — Ты выносливая, Лиона. Тебе не привыкать к трудностям. К тому же, тебе не нужно побеждать! Ни в коем случае. Лорд Каэлус ищет идеальную совместимость магии. Твой пшик вместо дара отсеют в первом же туре! Ты просто посидишь там неделю, получишь официальный отказ и вернешься. Но по закону Отбора, с семьи каждой кандидатки списываются все государственные долги! Мы спасём отца. Мы спасём дом.

Лиона отвернулась к окну. За стеклом догорал багровый закат, окрашивая раскинувшийся вдали город в цвета запекшейся крови. Отец… Слабый, безвольный человек, который по глупости влез в колоссальные долги, доверившись не тем людям. Но он был её отцом. Единственным, кто остался от её прежней, счастливой жизни, когда мама еще была жива. Если его отправят на рудники, он не проживет там и месяца.

Цена его жизни — её свобода. Пусть даже на неделю.

«Всего одна неделя, — убеждала себя Лиона, сжимая кулаки так, что ногти вонзились в ладони. — Я приеду во дворец. Покажу свою слабую, никчемную искру магии. Пройду мимо Лорда Каэлуса тенью, чтобы его ледяной взгляд даже не зацепился за меня. Он вышвырнет меня с позором, долг аннулируют, и я вернусь домой».

План казался простым. Но где-то в глубине души, там, где спало её истинное, яростное пламя, ворочалось дурное предчувствие. О драконах ходили страшные легенды. О Лорде-протекторе Каэлусе — особенно. Говорили, что его магия льда настолько сильна, что способна заморозить кровь в жилах человека на расстоянии нескольких шагов. Говорили, что он видит людей насквозь и презирает их слабость.

— Хорошо, — выдохнула Лиона, чувствуя, как внутри всё покрывается инеем от собственного решения. — Я сделаю это. Я поеду под именем Лилиан Версаль.

Бьянка вскрикнула от радости и бросилась её обнимать, но Лиона отстранилась.

— Но запомни, Бьянка. Если со мной что-то случится… Если я не вернусь… Моя кровь будет на твоих руках.

Весь оставшийся вечер прошел как в тумане. Сборы были недолгими. Ей отдали старое, но еще приличное дорожное платье Лилиан из плотного темно-синего бархата. Мачеха суетилась, пытаясь собрать её вещи так, чтобы Лиона выглядела достойно аристократки, но мысли девушки были далеко. Она думала о том, что завтра её жизнь изменится навсегда. Она переступит порог Цитадели Льда — места, откуда люди редко возвращаются счастливыми.

Ночью Лиона почти не спала. Ей снились огромные, бездонные глаза цвета арктического льда, которые смотрели на неё из темноты, и чужой, низкий, рокочущий голос, от которого пламя внутри неё взвивалось до небес, требуя выхода. Она просыпалась в холодном поту, хватаясь за грудь, где под кожей билось неестественное тепло.

Утро встретило дом Версаль густым, промозглым туманом. Лиона стояла в холле, одетая в синее платье, поверх которого был накинут простой плащ. Отец так и не вышел к ней — то ли от стыда, то ли от трусости. Бьянка стояла чуть поодаль, нервно заламывая руки, а Лилиан подглядывала из-за приоткрытой двери своей комнаты, и в её глазах смешивались страх и облегчение.

Вдруг тишину раннего утра разорвал тяжелый, размеренный стук копыт.

Лиона вздрогнула. Сердце пропустило удар, а затем забилось как сумасшедшее, ударяясь о ребра.

Стук прекратился прямо перед их домом. Земля, казалось, слегка вздрогнула, когда тяжелый экипаж остановился у крыльца. Лиона медленно подошла к массивной дубовой двери и потянула её на себя.

Туман на улице был настолько плотным, что очертания кареты казались призрачными. Но этот экипаж невозможно было спутать ни с чем. Огромная, из черного дерева, окованная серебром, которое тускло поблескивало в утреннем свете. На дверце кареты красовался массивный, вырезанный из цельного куска полудрагоценного камня герб — взмывающий ввысь ледяной дракон, сжимающий в когтях сломанный меч. Это был личный герб Лорда-протектора.

Из кареты вышел высокий гвардеец в черных доспехах. На его лице не было ни одной эмоции, а глаза казались стеклянными. От него веяло таким холодом, что пар вырывался у Лионы изо рта, стоило ей сделать шаг навстречу.

Гвардеец окинул её коротким, оценивающим взглядом и сухо произнес: — Леди Лилиан Версаль?

Лиона сглотнула вязкую слюну. В этот момент внутри неё отчаянно закричал инстинкт самосохранения: «Беги! Брось всё и беги, пока не поздно!» Но она вспомнила отца. Вспомнила свой долг.

Она расправила плечи, подняла подбородок и посмотрела прямо в холодные глаза гвардейца. — Да, это я.

— Ваше время истекло. Прошу в карету. Лорд Каэлус не любит ждать.

Лиона сделала шаг вперед, сходя с крыльца. Каблуки её туфель глухо застучали по камням. Гвардеец распахнул перед ней тяжелую дверцу кареты, изнутри которой полыхнуло леденящим холодом. Лиона ухватилась за поручень, чувствуя, как пальцы мгновенно немеют от мороза.

Она обернулась на свой дом. Бьянка быстро захлопнула дверь, словно отгораживаясь от неё и от той опасности, которую увозила черная карета. Пути назад действительно больше не было. Теперь она — пленница чужой игры.

Лиона шагнула в полумрак экипажа. Дверца с глухим, страшным стуком захлопнулась за её спиной, и в ту же секунду щелкнул магический замок, отрезая её от всего остального мира. Карета резко тронулась с места, унося Лиону навстречу неизвестности.

Она осталась в абсолютном одиночестве в ледяном полумраке кареты, сжимая в руках свой скромный узелок. Сердце бешено колотилось о ребра, а под кожей испуганной птицей билось скрытое пламя. Лиона посмотрела в окно на тающий в тумане родной город и прошептала самой себе: — Главное — продержаться неделю. Неделю под крышей Лорда Каэлуса...

Она еще не знала, что у Ледяного Дракона на этот Отбор были совсем другие планы.