Пленница Ледяного Дракона

Темная сторона связи

Музыка вальса кружила их по зеркальному паркету Тронного зала, но для Лионы мир словно замедлил свой ход. Рука Каэлуса, лежащая на её талии, казалась надёжной скалой, но леденящий душу шёпот всё ещё эхом отдавался в её сознании.

«...Готовься к вечному льду».

Лиона непроизвольно сжала пальцы, и рубин на Кольце Клятвы Крови тускло полыхнул, словно предупреждая о чём-то. Каэлус мгновенно уловил это движение. Ментальная нить между ними, натянутая как струна, передала ему волну её внезапного, лихорадочного страха.

Он резко остановился прямо посреди танцующих пар, не обращая внимания на удивлённые взгляды лордов.

— Лиона? — его низкий голос прозвучал с явной тревогой. Он заглянул в её побледневшее лицо, и его вертикальные зрачки сузились. — Что случилось? Твой источник… он едва не погас на секунду. Тебе плохо?

— Нам нужно уйти. Сейчас же, — прошептала она, чувствуя, как к горлу подступает липкий ком. — Пожалуйста, Каэлус. Дело не в совете.

Лорд-протектор не стал задавать лишних вопросов. Одним коротким кивком он подал знак капитану Райану, и тот со своей гвардией мгновенно перекрыл к ним подходы, давая правителю возможность увести нареченную через боковую дверь для прислуги.

Уже через несколько минут они оказались в уединении Малой гостиной правителя, где ярко полыхал камин. Каэлус решительно запер дверь на магический замок и повернулся к Лионе. Его меховой плащ полетел на кресло, а сам он подошёл к ней вплотную, перехватывая её руки.

— Говори, — потребовал он, и в его арктических глазах отразились отблески огня. — В зале ты словно увидела призрак.

— Кольцо, — Лиона подняла руку, на которой сиял рубин. — Когда мы танцевали, оно пропустило через меня холод. И я услышала голос. Он шёл из самых глубин замка, Каэлус. Он сказал, что Клятва Крови связывает нас, но она же убьёт меня, когда твоё проклятие доберётся до моего сердца. И что до полнолуния осталось три дня.

Каэлус замер. Все краски мгновенно сошли с его лица. Руки, держащие ладони Лионы, стали настолько холодными, что золотые нити на её синем платье испуганно заискрились, пытаясь согреть его пальцы. Он медленно отпустил её и отошёл к камину, упираясь руками в каменную полку.

— Значит, древние хроники не лгали, — глухо произнёс он, глядя на танцующие языки пламени. — Мой род скрывал эту правду веками, Лиона. Клятва Крови — это не просто щит. Это сообщающиеся сосуды.

Лиона сделала шаг к нему, чувствуя, как внутри неё нарастает паника. — Что это значит? Объясни мне!

Каэлус медленно обернулся. В его взгляде было столько застарелой, невыносимой боли, что у Лионы сжалось сердце. Жестокий Лорд-протектор сейчас выглядел как человек, приговорённый к казни.

— Моё проклятие — это не просто избыток магии Льда, — тихо заговорил он. — Это первородный мороз, который требует баланса. Каждое полнолуние моё драконье ядро замерзает полностью, и мне приходится выжигать собственный разум, чтобы не превратиться в бездушную ледяную статую. Раньше я справлялся один. Но теперь, когда на тебе кольцо… моё проклятие увидело в тебе источник тепла.

Девушка похолодела, осознавая чудовищную правду. — Оно попытается забрать мой огонь?

— Оно попытается выпить тебя досуха, чтобы согреть меня, — Каэлус сделал резкий шаг назад, словно боясь подойти к ней ближе. — Через три дня, в ночь полной луны, пик моего безумия ударит по нашей ментальной связи. Если твой огонь окажется слабее моего льда, ты просто замёрзнешь в моей постели. Твоё сердце покроется инеем. Кольцо защитило тебя от Совета, Лиона… но я стал для тебя самой смертоносной ловушкой.

Лиона смотрела на него, и в её душе боролись два чувства: первобытный ужас перед вечным сном и странное, упрямое нежелание бросать этого невыносимого дракона. Она вспомнила, как его ядро затихало, когда она касалась его груди. Она была его лекарством, но доза этого лекарства могла стать для неё фатальной.

— Есть какой-то способ выжить? — твёрдо спросила она, скрестив руки на груди. — Должен быть выход. Я не для того сбежала от долгов мачехи и сожгла Лабиринт Старейшин, чтобы превратиться в сосульку из-за твоего дурного характера и проклятого ядра.

На лице Каэлуса промелькнула тень изумления, которая тут же сменилась хриплым, искренним смешком. Этот её человеческий, дерзкий дух восхищал его сильнее любой магии.

— Есть один способ, — он подошёл ближе, и его дыхание коснулось её виска. — До полнолуния ты должна пробудить своё пламя полностью. Не просто искры и вспышки ярости, а Истинный Огонь Юга. Оружие, способное плавить арктический лед. И для этого… нам придётся тренироваться. Вместе. Мой лёд будет атаковать тебя, а твой огонь должен будет защищаться.

— Тренироваться с тобой? — Лиона подняла брови. — Ты же Лорд-протектор, ты меня раздавишь в первую секунду.

— Значит, тебе придётся стать сильнее, маленькая искорка, — его рука скользнула к её подбородку, заставляя её поднять голову. Их губы оказались в считанных дюймах друг от друга. Слоубёрн между ними вспыхнул с новой силой, смешивая страсть и смертельную угрозу. — Потому что я не собираюсь тебя терять. Теперь ты моя. И мы заставим это проклятие подчиниться нам.

В этот момент за дверью гостиной раздался встревоженный стук. Каэлус неохотно отстранился и открыл дверь. На пороге стоял Райан.

— Сир, Совет Старейшин… они забаррикадировались в Нижней Башне Идолов. Они активировали Древний Свиток Призыва. Они вызывают на третий тур существо, которое подчиняется только законам крови. Они хотят натравить на леди Лиону Ледяного Пожирателя во время финального испытания.

Каэлус яростно оскалился. — Они торопят свою смерть. Райан, готовь Оружейный зал. Моя нареченная начинает обучение прямо сейчас.

Лиона посмотрела на своё кольцо, которое снова начало приятно согревать кожу. Время пошло на минуты. Ей нужно было не просто выжить на Отборе — ей нужно было укротить самого могущественного дракона Империи и спасти их обоюдные жизни.