Шорох сгоревших писем Тарика в камине утих, но напряжение в покоях Восточной башни можно было резать ножом. Каэлус всё еще обнимал Лиону, но его ментальная нить вибрировала уже не от слепой ревности, а от глубокой, аналитической сосредоточенности. Он чувствовал, что за этой наглой выходкой южного принца кроется нечто большее, чем просто задетое эго мужчины.
Лиона осторожно отстранилась от его груди и посмотрела ему прямо в глаза. Ее золотистые искры в зрачках вспыхнули с новой силой.
— Каэлус… мы упускаем что-то очень важное, — тихо произнесла она, и ее голос дрогнул от внезапного озарения. — Сделка моей мачехи. Контракт крови с Тариком. Всё это время я думала, что она просто избавилась от меня, чтобы заткнуть долги. Но теперь, когда я знаю, как работает контракт крови Юга, мозаика након
