Пленница Ледяного Дракона

Золотая клетка Восточной башни

Покои в Восточной башне были огромными, роскошными и до ужаса холодными. Когда гвардейцы Лорда-протектора с глухим стуком захлопнули за спиной Лионы тяжелую дубовую дверь, окованную серебром, у неё возникло стойкое ощущение, что её замуровали в склепе. Громкий щелчок магического замка снаружи лишь подтвердил эту мысль.

Она осталась одна.

Лиона медленно прошла вглубь комнаты. Её туфли бесшумно ступали по толстому ковру глубокого синего цвета, на котором серебряными нитями были вышиты созвездия драконьего неба. Всё здесь кричало о богатстве и власти хозяина Цитадели. Огромная кровать под тяжелым балдахином из парчи, резная мебель из редкого черного дерева, изящный туалетный столик с зеркалом в раме из застывшего льда, который не таял от комнатного тепла. Но вся эта роскошь не радовала Лиону. Она чувствовала себя зверьком, которого поймали в красивую, дорогую западню.

Девушка подошла к высокому, стрельчатому окну. Отсюда, с высоты птичьего полета, открывался вид на бескрайние заснеженные пустоши и острые пики скал. Внизу, на крепостной стене, ровными линиями прохаживались стражники в черных доспехах. Сбежать отсюда было невозможно. Даже если бы она смогла открыть окно и спуститься по отвесной стене, суровый северный мороз убил бы её человека через час.

«Личная пленница, — эхом отозвались в голове слова Каэлуса Вер-Вайдена. — Он назвал меня своей пленницей».

Лиона дотронулась пальцами до своей шеи, туда, где еще пару часов назад лежала его холодная ладонь. Кожа до сих пор помнила этот обжигающий холод. Сила Каэлуса была сокрушительной. Когда он обнял её у трескающейся сферы, его магия не просто потушила её огонь — она словно подчинила его себе, заставив пламя испуганно затихнуть. Такого с Лионой не случалось никогда. Её огонь всегда был диким, непокорным, а этот мужчина усмирил его одним движением руки.

Она до досады ясно помнила его запах — морозный воздух перед сильной грозой и едва уловимые нотки дорогого табака. Его прозрачные, ледяные глаза, казалось, до сих пор смотрели на неё из каждого темного угла комнаты.

«Как он узнал? — Лиона мерила шагами комнату, обхватив себя руками за плечи. — Как он понял, что я под маской? И что теперь будет с отцом? Бьянка сказала, что долг списывается с семьи каждой кандидатки. Но если Каэлус поймет, что я — не Лилиан, он может аннулировать это решение. Или, что еще хуже, казнить всю нашу семью за обман».

Внутреннее пламя Лионы, истощенное после взрыва Сферы Источника, едва заметно теплилось в груди. Девушке было холодно. Обычный человек на её месте уже стучал бы зубами от сквозняков, гуляющих по каменной башне, но её спасали остатки магии. Однако силы нужно было восстанавливать.

Она подошла к камину, выложенному из темного камня. Внутри лежали аккуратные поленья, но огня не было. Драконам, привыкшим к холоду Севера, отопление было ни к чему.

Лиона присела на корточки перед камином. Она протянула дрожащие ладони к дровам и закрыла глаза. Глубоко внутри себя она нащупала крошечный, едва заметный уголек своего дара. Она ласково поманила его наружу, концентрируясь на тепле. «Пожалуйста, совсем чуть-чуть. Только согреться».

С кончиков её пальцев сорвалась тонкая, золотистая искорка и упала на сухую кору полена. Дрова тут же дружно затрещали, и камин наполнился мягким, живым теплом. Багровые отсветы пламени заплясали на стенах комнаты, разгоняя ледяные тени. Лиона блаженно зажмурилась, подставляя лицо и руки к огню. Жар постепенно проникал в её замерзшее тело, возвращая силы.

Она просидела так довольно долго, пока за окном окончательно не стемнело. Северная ночь опустилась на Цитадель Льда мгновенно, укутывая замок в непроглядную тьму. Шепот ветра за окном усилился, перерастая в настоящую бурю.

Вдруг Лиона вздрогнула. По её спине пробежал странный, неестественный холодок.

Огонь в камине, который еще секунду назад весело полыхал, выкидывая золотые искры, внезапно пригнулся к самым поленьям. Багровые языки пламени начали испуганно уменьшаться, словно невидимая рука душила их. Через мгновение камин полностью погас, оставив после себя лишь горстку тлеющих угольков и тонкую струйку серого дыма.

Комната погрузилась в полумрак, освещаемый лишь бледным светом луны, пробивающимся сквозь тучи.

Лиона резко поднялась на ноги, отступая от камина. Её сердце забилось в бешеном ритме. Она спиной почувствовала чужое присутствие. Воздух в покоях стал настолько холодным, что её дыхание снова превратилось в густой пар.

Щелчка замка не было. Дверь не открывалась. Но он был здесь.

Из густой тени у входа медленно соткался высокий силуэт. Серебристо-белые волосы незнакомца тускло поблескивали в лунном свете, словно сотканы из инея. Каэлус Вер-Вайден стоял, прислонившись плечом к косяку, и его руки были небрежно скрещены на груди. На нем уже не было парадного камзола — лишь простая черная рубашка с расстегнутым воротом, обнажающая крепкую шею, и темные брюки. Но даже без регалий власти он выглядел как абсолютный владыка этого места.

Его ледяные глаза светились в темноте башни двумя опасными огоньками.

— Считаешь, что можешь жечь костры в моем замке без моего позволения, маленькая воровка? — раздался его низкий, вкрадчивый голос, от которого у Лионы подкосились колени.

Девушка сделала шаг назад, упираясь бедром в край туалетного столика. Назад бежать было некуда.

— Вы… как вы вошли? — выдохнула она, стараясь, чтобы её голос звучал гордо, а не испуганно.

Каэлус издал тихий, рокочущий звук, похожий на рычание довольного хищника. Он оттолкнулся от стены и медленно, неспешно пошел в её сторону. Каждый его шаг заставлял иней покрывать ковер под его сапогами.

— Это мой замок, леди Версаль. Каждая капля льда здесь подчиняется мне. Я чувствую каждый вздох в этих стенах. И уж тем более я чувствую, когда кто-то пытается раз разжечь свое дикое, непокорное пламя в моем доме.

Он остановился всего в шаге от неё. Лиона едва доставала ему до плеча. Ей пришлось запрокинуть голову, чтобы встретиться с его взглядом. На таком близком расстоянии от него веяло такой колоссальной мощью, что её собственная магия внутри просто сжалась в точку, отказываясь защищать хозяйку.

— Зачем я здесь, Лорд Каэлус? — спросила она, прямо смотря в его ледяные глаза. — Моя магия… она не подходит вам. Вы ищете совместимость, а мой огонь едва не уничтожил ваш артефакт. Я должна быть дисквалифицирована и отправлена домой. Наша сделка окончена.

Каэлус наклонился к ней так близко, что Лиона почувствовала морозное прикосновение его дыхания на своих губах. На его губах заиграла опасная, хищная усмешка.

— Домой? — тихо переспросил он, и в его глазах вспыхнуло что-то первобытное. — Нет, маленькая искорка. Ты никуда не поедешь. Мое проклятие… оно требует сильного источника, чтобы сдерживать его. Все эти аристократки в зале — пустышки с лазурным, едва живым даром. А ты... ты едва не взорвала древнюю сферу. Твой огонь опасен. Но именно он заставил мое ледяное ядро впервые за сто лет забиться быстрее.

Он протянул руку, но на этот раз не стал трогать её подбородок. Его длинные пальцы медленно, почти невесомо скользнули по её волосам, заправляя выбившийся локон ей за ухо. Лиона замерла, боясь даже вздохнуть. От этого контраста — его ледяных пальцев и её горячей кожи — по телу пробежала волна безумной, пугающей дрожи.

— Но самое интересное не это, — прошептал Каэлус, и его взгляд опустился к её губам. — Самое интересное то, что я знаю, как выглядит истинная леди Лилиан Версаль. Мои шпионы предоставили мне её портрет еще месяц назад. Она блондинка с голубыми глазами.

Сердце Лионы просто оборвалось и ухнуло в бездну. Обман раскрыт окончательно.

Каэлус резко сократил расстояние между ними, прижимая её своим телом к туалетному столику. Одна его рука переместилась на её талию, намертво фиксируя девушку, а вторая легла на деревянную поверхность за её спиной.

— Так кто же ты такая, маленькая огненная лгунья? — прорычал он ей прямо в губы, и его ледяные глаза вспыхнули яростью. — И какая казнь, по-твоему, ждет твою семью за то, что они подсунули мне тебя вместо обещанной невесты?