Я вышла из комнаты мачехи под сопровождением Альберто, будто под конвоем.
Он шагал рядом — напряжённый, жёсткий, с той самой тяжёлой поступью человека, который привык командовать и отвечать за чужие ошибки. От него буквально веяло гневом. И самым странным было то, что я не смотрела на него, но всё равно чувствовала это. Его раздражение, холодную ярость, сдерживаемую силой воли. Будто его эмоции стали для меня осязаемыми.
— Как можно быть такой безрассудной, — начал он резко, даже не понижая голоса. — Вы хоть понимаете, что творите? Вам нужно научиться контролировать свою силу, иначе вы здесь всё спалите к чёртовой матери.
Я молчала.
Сила всё ещё не отступила. Она клубилась внутри, как огонь под кожей, не давая покоя. Его слова — резкие, обвиняющие — лишь подхлестнули её. Новая волна по
