ㅤ
Я не обращала внимание на температуру воды, что лилась сверху, не помню как оказалась в этом душе, в разорванной одежде прижимая колени к телу бесшумно рыдала раскачиваясь. Это было не со мной, это все не правда. Перед глазами до сих пор его безумные глаза, в ушах стоит шепот, а это его "маленькая моя" от которого передергивает все тело хотелось забыть, навсегда. Я не желала выходить и видеть кого либо, я хочу превратиться в эти ручьи крови, что стекают из-под меня и как они попасть в канализацию сливных труб, что бы там найти малую силу для жизни. Меня сломали слишком быстро, уж и подумать не могла что так легко надломить ту, что видела в жизни и так многое.
Он не стучал в дверь, ворвался в ванную грубо отталкивая дверь.
— Твоя комната направо! - грубый голос Бахрама пугал меня, не смотрю на него лишь мысленно молюсь что бы он не тронул меня снова. Он бросил на пол полотенце белоснежного цвета и не сказав ни слова ушел громко хлопнув дверью.
Я слышала его шаги по коридору второго этажа и то как он вошел в комнату. Шум воды пусть и заглушал мои всхлипы я думаю, он слышал их, их слышали бы все если бы не мой осипший голос. Я кричала под ним, царапала его руки и кусала его, пытаясь прокусить, под моими ногтями до сих его кожа и кровь на мне до сих пор его ладони, дыхание, прикосновение, запах.
Смыть.
Все надо смыть.
Руками интенсивно начинаю себя тереть, ногтями пытаясь содрать уже и свою кожу, что помнит его. Царапаю руки, ноги, лодыжки. Все это смыть, все нужно отчистить, я приведу себя в порядок, сейчас, еще один раз все отмою. На полке пусто, словно это не дом, а гостиница, одинокое мыло для рук на раковине из мрамора возле стаканчика с зубными щетками единственное, что может сейчас мне помочь, одно нажатие на дозатор, два, три. Больше пены, больше мыла что бы вымыть все. Я терла свое тело будучи в разорванной одежде, я отмывала его образ. А когда тонкие струйки мыльной води стали стекать по телу вниз вдоль живота и ниже я шипела от боли. Жжение не уходит, а лишь усиливается.
Я не засекала время не старалась справиться быстрее или медленней, я хотела смыть с себя весь этот день.
Наступив на полотенце ногами в мокрой разорванной одежде которую я не снимала, а лишь прикрыла грудь частью ткани, что он разорвал на мне ступила на плитку и подойдя к двери прислушалась есть ли кто за ней. Тихо.
Потянув ее на себя выхожу в коридор, что горит полумраком, изумрудные стены и подсветка плинтусов освещают мне путь в комнату.
Направо, направо, вторю себе шепотом что бы ненароком не перепутать и не войти в его логово. Бордовая дверь в комнату, золотая ручка, обращать внимание на пафос этого дома было последним желанием. Войдя в комнату меня встретила такая же вычурная обстановка, розовая кровать и бежевые стены, красивый гарнитур и тумбы, пуф белоснежного цвета и две двери. Я шла тихо, ступая мокрыми ногами на деревянный пол приближалась к кровати. Как бы я хотела загадать желание и проснуться в другом мире, в другой день и при других обстоятельствах.
Я не раздевалась и не залазила под покрывало, я улеглась сверху на него и прижав ноги к груди обняла себя мокрую и холодную, прикрыла глаза и сдержав слезы, попыталась уснуть.
ㅤ
Я проснулась от шагов, они звучали по ту сторону двери. Резко отрываю глаза понимая что всю ночь проспала в одной позе и не смея шевельнутся, смотрю на дверь ожидая, что она откроется. Мягкий утренний свет меня бы мог порадовать, если бы он был в конце туннеля.
Вежливый стук в дверь меня удивил, он был краткий и не сильный, словно маленькая женская рука раздавала его. Как жаль что я не волчица, точно бы могла определить кто по сторону. Встав с кровати на пол пути к двери слышу еще раз постукивания. Хватаюсь за ручку двери и тяну на себя.
— Доброе ут-ро... мисс. - увидев меня маленькая женщина слегка замедлила свое приветствие, видя мой утренний образ, наверняка понимая что произошло. Средних лет низенькая женщина в руках держала какие-то вещи. — Господин Клонгард ждет вас на завтрак. - протягивает она мне вещи. — Ваши вещи.
Мой пустой взгляд не сопроводится ответом, я лишь отхожу и вновь прикрываю дверь, прямо перед глазами женщины захлопывая ее, разворачиваюсь и иду в постель. Попытка номер два, уснуть и загадать желание проснуться не здесь.
И пяти минут не прошло после моей встречи с женщиной как я услышала твердые шаги по лестнице, я знала кто идет.
— Ты что себе позволяешь?! - грубо, громко с силой ворвался в комнату Клонгард. — Если я тебя жду, это значит тебе нужно спуститься. - он говорил и шел к кровати, каждый его шаг это один удар моего сердца. — Или тебе настолько понравился наш вечер, что ты решила ... - он подошел ко мне почти в плотную осматривая меня, насупив брови от моего вида. — Почему ты так выглядишь? - стоит напротив, а я смотрю сквозь его фигуру. Молчу. — Маленькая?! - он протягивает руку смягчая голос и пытается дотронуться. Словно от кипятка я отскакиваю от него на кровати.
— Не трожь меня! - приказываю ему смотря на него. Одна его бровь поднимается, а глаза вмиг загораются огнем. Он буравит меня вопросительным взглядом, а мне неловко что я молчу. — Оставьте меня. - прошу его.
— Хм... - хмыкает он и развернувшись следует к двери, я не успела выдохнуть в победе как понимаю он идет не на выход. Громко хлопнув дверью он отрезает весь дом от нас. — Ты ведь могла повести себя по другому... - он говорит сам себе, и наново развернувшись ко мне перешагивает эту комнату в два шага. Настигает меня на кровати и ухватив одной рукой за ногу, а второй за руку тянет на себя через всю кровать.
— НЕЕЕТ! Пусти!!! Пусти, пожалуйста! - мой крик в этой комнате не останется, его наверняка услышит и та женщина. — Пожалуйста, НЕ НАДО!!! - его руки дорывают мою одежду прямо на мне, не высохшая ткань больно впивается в мое тело, а сил едва хватает что бы прикрывать свои места от него. Брясканье ремня и звук растягивающейся ширинки это мой приговор на это утро. Не затянувшиеся раны между ног, жжение и боль, новая порция унижения и его прикосновения ко мне в этот раз переживались с большим унижением. Каждый толчок во мне отзывался умиранием внутренней частички меня, сейчас во мне угасала – честь.
Как те тряпки, что он разорвал на мне он таскал меня под собой держа руки, мои крики уже превратились в осипшие звуки безысходности, а тело так и вовсе стало ватным. Мне казалось это, длилось вечность.
— Твой завтрак маленькая. - ужасно было понимать что завтраком он называет свое семя которое излил мне на живот, он стряхнул с себя пыль от простыни и застегнувшись, молча покинул комнату, оставив меня на сей раз еще и униженной.