Между Пешкой и демоном

Глава 2

- Девушка! Ну девушка же! - раздался рядом резкий, почти визгливый голос, от которого у меня заложило уши.

Я вздрогнула и обернулась. Рядом со мной, гневно раздувая ноздри, стояла та самая особа в шляпке. Широкие поля бросали густую тень на её лицо, а огромные темные очки скрывали глаза, но я кожей чувствовала исходящие от неё волны истерики.

- Что вам угодно? - холодно бросила я, пытаясь унять дрожь в коленях.

Женщина на мгновение лишилась дара речи. Она открыла рот, как выброшенная на берег рыба, глубоко задышала, а затем буквально взорвалась:

- Что?! Вы как со мной разговариваете?! Да вы хоть знаете, кто я? Знаете, кто мой муж? Он всю эту… эту дешевую забегаловку сровняет с землей до конца недели! - Она махала руками, едва не сбивая с меня кепку. - Вы что, оглохли? Скажите немедленно адрес! Мое приложение такси не видит этого зачуханного места!

- Я понятия не имею, где мы. - я демонстративно отвернулась, разглядывая бесконечные готические своды.

- Как это? - её голос сорвался на высокий стон. - Я была в ресторане. Миша отошел, я зашла в туалет… и вышла сюда! Что это за розыгрыш?

- Пять минут назад я входила в лифт аэропорта столицы. - отрезала я, чувствуя, как внутри растет ледяной ком. - Так что если это и розыгрыш, то ваш Миша очень сильно переплатил.

Женщина осеклась. В её глазах за стеклами очков промелькнуло осознание того, во что мы влипли. Тем временем из теней вышли другие: всего нас было десятеро. Офисный клерк, парень в шортах, женщина в сарафане - мы стояли плотной кучкой, современные «потеряшки» в центре этого безумного маскарада.

- Мы рады приветствовать вас, леди и джентльмены! - внезапно прогрохотало под сводами.

Я вздрогнула. В центре зала, там, где секунду назад была лишь пустота, возникла сцена. На ней стоял мужчина: приземистый, коренастый, с длинным, острым носом, напоминающим клюв хищной птицы. Во фраке и с тростью, он выглядел как зловещая пародия на Пингвина из комиксов о Бетмене.

- Все мы в курсе, зачем здесь собрались… - начал он, масляно улыбаясь.

- Я не в курсе! Объясните немедленно! - взвизгнула девушка в шляпке, делая шаг вперед.

Зал замер. Десятки бледных лиц в корсетах и фраках обернулись к нам. В их взглядах не было сочувствия - только брезгливое любопытство. Пингвин на сцене недовольно скривился. Он лениво щелкнул пальцами.

В ту же секунду женщина захлебнулась криком. Во рту у неё из ниоткуда возник кожаный ремешок с черным шариком-кляпом. Она в ужасе схватилась за лицо, её очки слетели, открывая выпученные, полные слез глаза. Она пыталась сорвать ремень, но пальцы просто соскальзывали с кожи, словно та была частью её собственного тела.

- Как я и говорил... - продолжил Пингвин, будто ничего не произошло. - мы начинаем церемонию. Сначала - угощение, затем - сопряжение.

Из арок бесшумно выкатились официанты с серебряными тележками. Я невольно присмотрелась к блюдам, которые они расставляли на столиках. На ближайшем ко мне серебряном подносе возвышалась горка… глаз. Сотни глазных яблок, влажных и глянцевых, уставились в потолок.

«Это стилизация. Это марципан» - заклинал мой разум. Но тут одна из дам в бархатном платье изящной шпажкой подцепила «закуску» и отправила в рот. Раздался отчетливый влажный хруст. Меня едва не вывернуло.

Официанты двигались как тени. Один из них зашел в темную арку и буквально растворился в ней, хотя я видела лишь глухую стену. Пространство здесь подчинялось иным законам.

- А теперь - жеребьевка! Леди Клео, прошу вас! - Пингвин отвесил поклон, и на сцену вышла блондинка в черном шелке.

Она протянула ему руку, и воздух между ними задрожал. От её пальцев метнулась багровая нить. Она змеей взвилась под потолок, а затем резко, как кобра, рванула вниз - к одному из парней в нашей группе. Нить захлестнулась вокруг его запястья, вспыхнула и натянулась. Парень вскрикнул, попытался сорвать её, но ладонь просто проходила сквозь не, как сквозь дым.

Один за другим люди обретали своих «хозяев». Страх сжимал моё горло всё теснее, пока зал вдруг не накрыла волна тишины.

Раздался хлопок, тяжелый, как падение могильной плиты. Все головы повернулись ко входу.

Из тени вышел он.

Лет двадцать пять. Высокий и худощавый, но в каждом его движении чувствовалась скрытая пружинная мощь. Чёрные джинсы, чёрная рубашка, рукава закатаны до локтей. Волосы - темные, небрежно собранные в хвост, с выбритыми висками. Он выглядел как гость из моего мира, но его глаза… в них была бездна, в которой не было места жалости.

- О, продолжайте праздник... - ехидно протянул он, его голос вибрировал от самодовольства. - Кажется, моё приглашение затерялось. Охрана на входе была так расстроена… Очухаются часа через три.

- Даниэль? - голос Пингвина на сцене дрогнул. - Что ты здесь делаешь?

- Пришел забрать своё. - Даниэль прошелся вдоль рядов, и я почувствовала, как волоски на руках встали дыбом.

Он остановился напротив меня. Его взгляд, холодный и жаркий одновременно, скользнул по моему лицу, и сердце пропустило удар. Он поднялся на сцену, отстранив Пингвина, и просто притянул воздух рукой.

Его нить была другой. Не просто красной - она была соткана из живого, пульсирующего огня. Она не стала искать путь. Она ударила в меня молнией.

Я отшатнулась, вскрикнув, но огненный шнур уже впился в моё запястье. Боже, как это было больно! Будто на руку надели кольцо из раскаленного железа. Я видела, как свет прижигает кожу, чувствовала запах гари, но через секунду боль стихла, оставив после себя тяжелое серебряное кольцо, которое теперь казалось частью моей плоти.

- Пойдем. - Даниэль уже стоял рядом. Его наглая усмешка вблизи казалась еще невыносимей.

Он мертвой хваткой вцепился в мою руку и потащил за собой, прочь от сцены.

- Даниэль! По традиции все должны дождаться окончания! - выкрикнула женщина в кроваво-красном.

- Какое счастье, что мне плевать на традиции. - бросил он, даже не обернувшись.

Снова оглушительный хлопок. Пространство вокруг меня смялось, как лист бумаги. Желудок подкатил к горлу, голову пронзила острая боль. Я зажмурилась, а когда открыла глаза…

Мы стояли посреди того самого терминала в аэропорту. Шум толпы, голос диктора, запах кофе. Всё вернулось. Но на моей руке всё так же пульсировало сталью кольцо, а за локоть меня держал демон, который только что украл мою жизнь.