Киллерша

Глава 5

Маргарет — Кристи

— Ты это серьезно? — сейчас парень был слишком задумчивым, чтобы продолжить нашу игру. Я села, облокотилась на спинку дивана и заскулила:

— Если я ношу оружие при себе, то это не значит, что я киллер.

— А кто ты? — парень стоял напротив меня и придирчиво разглядывал. В его глазах я заметила разочарование и мне захотелось вытащить один из шести ножей и швырнуть в один глаз, а потом в другой.

Комната и так почти вся красная, значит не сразу заметят, что здесь лужа крови, а я спрячу труп вместе с собой за диван, а когда это здание закроется, вынесу тело на улицу через парадный или же задний вход. Нужно будет проверить, где стоят припаркованные машины, чтобы забросить в багажных тело, отвезти в лес, закопать, но перед тем обрезать член и заморозить его или же высушить. Надо будет подумать, как правильно поступить с ним.

— Ты меня слышишь? Я вопрос задал, — черт! Вот это меня занесло!

— Если ты меня сейчас трахнешь, то я буду для тебя хоть Моно Лизой из Средневековья, а если нет, то пусть будет киллером, — со скучным выражением лица я начала рассматривать свой маникюр, который нужно обновить, кстати, и заложила нога на ногу.

— Ты сейчас серьезно?

— Да хватит тебе. Давай так: я тебе говорю правду, а ты меня трахаешь.

— Ты ненормальная?!

— Еще и какая, — подтверждаю и смеюсь. Забавный мальчишка. Мы ровесники, но такие разные. И это он еще руководит крутой юридической фирмой и имеет кучу врагов? Да он и яйца сам не пожарить! Куда ему до фирмы? Наверное, всем этим его жена руководит!

— Так ты киллер? Ты хочешь у***ь меня? — в глазах и слезы, и недоверие, и страх — коктейль еще тот!

— Нет. Я из тайных служб и как раз-таки вылавливаю разных убийц. А вот это, — показываю на нож и пистолет, — профессиональная привычка. Вот и все. — парень как будто успокоился, а я подумала: «Чего только не сделаешь ради секса». — Теперь трахнешь? Или мне подрочить себе, а ты посмотришь?

— Ты ненормальная, — парень словно успокоился.

Где-то минуту он смотрел на моё обнаженное тело лишь в обуви и о чем-то думал, а я уже хотела тянуть руки к клитору. Эта словесная перепалка, моя сладкая ложь и его испуганное лицо сделали мой день, и я стремилась к десерту с большим количеством спермы.

— Не смей!

Что? Это он мне? Я посмотрела сперва на него и правильно сделала. Проследила за его взглядом и застала свою руку, которая уже добралась до клитора. Вот так. Моя рука живет своей жизнью! Что же делает со мной эта зараза?

— Я сам.

— Мм-м... а это уже интереснее, — улыбнулась. Сняла обувь и развела ноги в разные стороны — призвала к действиям и открывала лучший доступ к сладенькому.

Он залип, а я опять же на автомате полезла вниз и опомнилась после грозных слов: — Я сказал не смей!

— А ты еще постой там и поговори, а я тем временем подрочу, ты посмотришь и разбежимся по разным норкам! — ох, какая же я злая, когда недовольна. Ему повезло, что пистолет с ножами чуть подальше от меня!

В моих глазах негодование, в его — желание. И это мне начинало нравиться.

Два шага, и он возле меня. Становится на колени и через мгновение его пальцы во мне, а губы на соске.

Я привыкла контролировать процесс, поэтому обхватила его голову двумя руками и стала направлять ее то к одному, то ко второму соску.

Тело разомлело от таких ласк, и я откинулась на бортик этого волшебного дивана.

— Твои пальцы — это что-то с чем-то, — едва смогла произнести это предложение и начала скользить на диване, задавая темп.

Вместо члена я насаждалась на два пальца, которые находились во мне, а клитором терлась о верх ладони.

Я словно на скачках с несравненным жеребцом!

Именно с этими мыслями я кончила в третий раз за сегодня! Матка сжималась округ двух пальцев, которые еще были во мне.

Открыла глаза тогда, когда Вовка вытащил их из меня и я увидела, как он облизывает пальцы, каждый по очереди, и с большим удовольствием. Я, наверное, впервые в жизни раскраснелась.

— Черт побери. Как это сексуально, — взяла в рот указательный палец парня и облизала, не отводя взгляда от карих глаз.

– Я схожу с ума, — прошептал он, а когда я освободила его палец от своих губ, то Купчинский удивил меня своим приказом: — а теперь соси.

Парень встал на ноги и начал расстегивать ремень, а за ним и штаны.

— Великолепно, — говорила и одновременно любовалась его причиндалами.

Член довольно-таки немалый, яйца переполнены и складывается впечатление, что он не трахался несколько месяцев или же сперма набежала из-за моих игр?

Я опять же развела ноги в стороны и притянула Купчинского за член ближе к себе. Одной рукой обхватила яйца и начала играть ими, а вот другой медленно водить по всей длине. Тогда кончиком языка прошлась по головке, не отводя взгляда — хотела увидеть его реакцию.

Насладившись ею сполна, я засунула его член по самые гланды и начала сосать, словно конфету в детстве и при этом перебирала яйца, которые стали еще больше. Мне попался немой мальчишка, а я такое не люблю! Хочу слышать насколько ему хорошо! — Я так плохо сосу или ты язык проглотил?

— Понял, — на секунду наши глаза пересеклись, и после этого Вова взял меня за волосы и притянул к выполнению поставленной цели. И я снова начала сосать так, как еще никогда не сосала. Слава небесам, у меня не было рвотного рефлекса, а то бы "пиццы" были гарантированно!

Парень не соврал мне и это меня очень порадовало, потому что его рот не умолкал от неприличных слов и комплиментов, что я лучшая сучка, которая ему когда-нибудь сосала.

Эти комплименты подлили масла и в мой огонь, и я запустила свою руку к клитору и начала натирать его до блеска.

Этот засранец делает со мной и моим телом чудеса, потому что я снова кончила. Только после четвертого оргазма я успокоилась и начала интенсивно сосать.

Вены под моим языком распухли, а это означало, что вот-вот и он выстрелит.

О, святые черти! Какой же он вкусный! Я выпила до последней капли подаренный мне нектар и облизала головку по сотому кругу — мне было мало!

Этот человек необыкновенно вкусен, даже жаль убивать! Но у меня есть еще четыре месяца перед тем, как я его кокну и закопаю на заднем дворе какого-нибудь миллиардера или еще где-то! Насчет этого я еще буду иметь время на раздумья.