Грешный брак с врагом моего жениха

Вспышки и яд

POV Эллисон

Зеркало в гардеробной Маркуса отражало незнакомку.

Девушка в отражении носила изумрудное шелковое платье с открытой спиной, идеальную укладку и бриллианты на шее, цена которых равнялась годовому бюджету некрупной компании. Но под этим глянцевым фасадом я все еще слышала отголоски того ужаса из спальни «Авроры» и чувствовала холодеющие от страха пальцы.

— Перестаньте терзать свои губы, Эллисон, — глубокий бархатный голос Маркуса раздался прямо за моей спиной.

Он вошел бесшумно. Черный смокинг сидел на нем так безупречно, будто был скроен высшими силами специально для того, чтобы подчеркнуть его мощную грудь, широкие плечи и опасную, доминирующую грацию. От него веяло чистой, нескрываемой силой.

Маркус подошел вплотную. Его взгляд — стальной, проницательный, тяжелый — медленно скользнул по моей обнаженной спине, заставив мелкие мурашки мгновенно просыпаться по коже.

— Сегодняшний вечер — наш первый официальный выход, — проговорил он, расправляя запонки. — Закрытый аукцион благотворительного фонда. Там будет вся элита города. Включая вашего бывшего жениха и его новую покровительницу.

Сердце пропустило болезненный удар.

— Кристиан тоже там?

— Естественно, — Маркус положил тяжелые, горячие ладони на мои плечи. Его пальцы слегка сжались на ткани платья, заставляя меня задержать дыхание. — Они с Оливией празднуют получение вашего проекта и уверены, что вы раздавлены и вышвырнуты на обочину. Мы приедем туда не просто показаться. Мы приедем забрать у них воздух.

Он наклонился, его горячие губы почти коснулись моей мочки уха:

— Запомните, миссис Вэйн: пресса смотрит за каждым жестом. Вы обожаете меня. Вы без ума от меня. Если я обниму вас за талию — вы прижметесь ближе. Если я поцелую вас — вы ответите с чувством. Сыграйте эту роль идеально, и завтра утром Кристиан узнает, что наш брак — официальный факт.

— Я сыграю, — выдохнула я, глядя на его отражение через зеркало. — Я сделаю всё, чтобы он пожалел о каждом своем слове.

— Вот это мне нравится, — уголок его губ тронула хищная ухмылка. — Пошли. Пора показать им, кого они потеряли.

Отель «Grand Carlton» слепил глаза вспышками фотокамер и блеском хрустальных люстр. Шум светских разговоров, звон бокалов с шампанским, ароматы дорогого парфюма — всё это казалось мне чужим миром. Но как только мы переступили порог центрального зала, шум вокруг нас начал затихать, словно волна, наткнувшаяся на скалу.

Маркус не просто вошел — он заставил весь зал обернуться. Его рука уверенно и собственнически легла на мою талию, притягивая меня к его бедру так плотно, что я ощущала исходивший от него жар.

— Улыбайтесь, Эллисон, — шепнул он мне на ухо, ненавязчиво коснувшись губами моего виска для камер. — Вы сейчас рядом с самым опасным мужчиной этого города. Держите голову выше.

И в этот момент я увидела их.

Кристиан и Оливия стояли у барной стойки в окружении журналистов. Кристиан в тёмном костюме выглядел довольным и самодовольным, удерживая в руке бокал. Оливия с ленивой грацией вешалась на его плечо, что-то шепча ему на ухо.

Но когда их взгляды упали на нас с Маркусом, улыбка на лице Кристиана мгновенно замёрзла.

Бокал в его руке слегка дрогнул. Его глаза расширились от дикого, неописуемого шока. Он смотрел на меня — в роскошном платье, в бриллиантах, обнимаемую его самым главным и могущественным врагом — и не мог поверить своим глазам. На секунду в его взгляде вспыхнула ярость и унижение, о существовании которых он даже не подозревал.

— Маркус! Какая встреча! — пересилив себя, Кристиан сделав шаг навстречу, пытаясь вернуть лицу маску превосходства. Оливия последовала за ним, её глаза сузились, превратившись в две щелки. — Не ожидал увидеть тебя здесь… Да еще и с нашей бывшей сотрудницей. Эллисон, дорогая, ты быстро нашла себе новое место?

Слова Кристиана звучали с ядовитой снисходительностью. Он намекал на то, что я лишь наемная содержанка, прикрывающая свою неудачу.

Я открыла рот, чтобы ответить, но Маркус опередил меня.

Его рука на моей талии сжалась чуть сильнее, явно демонстрируя абсолютные права на меня. Маркус посмотрел на Кристиана сверху вниз — так, словно перед ним стояло пустое место, не заслуживающее даже взгляда.

— Сотрудницей? — переспросил Маркус низким, бархатным и леденящим душу голосом, который мгновенно заставил замолкнуть всех журналистов вокруг. — Ошибаешься, Кристиан. Эллисон больше не работает на мелкие конторы.

Маркус повернулся ко мне, поднял мою руку с тонкой кистью и, не спуская глаз с побледневшего лица Кристиана, медленно прикоснулся губами к моей ладони. Прикосновение его горячих губ отозвалось мощной электрической волной, прошедшей прямо сквозь меня до самого низа живота.

— Эллисон — моя невеста, — ровным, беззапелляционным тоном произнес Маркус, разрушая мир Кристиана одним предложением. — Наша свадьба состоится через две недели. И, к слову, все права на проект «Аврора», которые ты так опрометчиво попытался присвоить, с сегодняшнего дня оспариваются юридической коллегией «Vane Enterprises».

Лицо Кристиана пошло багровыми пятнами.

— Что?! Маркус, ты не имеешь права! Она подписывала документы!

— Я имею право на всё, что принадлежит моей женщине, — холодно парировал Маркус, сделав шаг вперед и полностью заслоняя меня своим мощным корпусом. — А теперь извини. Нам нужно обсудить список гостей на наше торжество.

Кристиан стоял как вкопанный, сжимая кулаки от бессильной ярости. Оливия рядом с ним лишь задохнулась от возмущения, не в силах вымолвить ни слова.

Маркус мягко развернул меня и повел вглубь зала. Мое сердце колотилось с такой силой, что я едва слышала гул толпы. Это была победа. Маленькая, но сокрушительная победа.

— Вы держитесь великолепно, миссис Вэйн, — шепнул Маркус, опустив ладонь на изгиб моей обнаженной спины. Его пальцы скользнули чуть ниже, вызывая у меня невольный, рваный вдох. — Но не расслабляйтесь. Это был только первый раунд.

Я подняла на него взгляд, ощущая, как между нами снова затягивается тугой узел опасного, неконтролируемого притяжения. Мы уничтожали Кристиана вместе, но чем дальше мы заходили в этой игре, тем отчетливее я понимала: самый опасный мужчина в моей жизни стоял не напротив меня.

Он держал меня за талию.