Грешный брак с врагом моего жениха

Правила игры

POV Эллисон

Шум ливня за стенами пентхауса казался далеким гулом.

Дверь за нами закрылась, и в огромной гостиной воцарился раскаленный полумрак. Мы оба были насквозь пропитаны запахом дождя, сырого бетона и того безумного жара, что вспыхнул между нами на стройплощадке.

Маркус даже не стал снимать мокрую кожаную куртку. Едва мы шагнули на ковер, его мощная рука перехватила меня за талию, рывком притягивая к себе.

Его поцелуй был подобен захвату. Он накрыл мои губы жестко, требовательно, с какой-то дикой, скопившейся за эти дни жаждой. Я всхлипнула ему в губы, но вместо того чтобы оттолкнуть, мои пальцы сами впились в его плечи, впитывая каждую секунду этой сшибающей с ног опасной близости.

Он подхватил меня на руки легко, как невесомую, и широкими шагами понес в спальню.

Мягкий шелк покрывала принял мое тело. Маркус тут же навис сверху, блокируя любые пути к отступлению. Его пальцы сноровисто расстегнули пуговицы его рубашки, она полетела на пол, обнажая литой, рельефный торс. В его стальных глазах бушевал первобытный, неостывающий пожар.

Его горячие губы опустились на мою шею, оставляя обжигающие следы, а ладонь сжала мое бедро, поднимаясь к краю свитера.

Воздух в комнате раскалился до предела. Я зажмурилась, выгибаясь навстречу его прикосновениям, чувствуя, как грань разумного окончательно стирается.

И в этот самый момент, когда наш пик страсти достиг точки кипения, Маркус внезапно замер.

Его дыхание было тяжелым, рваным. Он смотрел на меня сверху вниз, и на его бледном лице с невероятной силой ходили желваки. Я видела, как в нем идет дикая, раздирающая борьба между вспыхнувшими чувствами и его собственным гордым, привыкшим к контролю мужским эго.

Он опустил голову и прошептал мне прямо в губы — низко, жестко, почти сурово:

— Помни, Эллисон… Это просто контракт.

Я замлела, распахнув глаза.

Маркус тяжело вдохнул, удерживая мои запястья над моей головой, и в его глазах вспыхнул сухой, застывший металл. Он пытался защитить себя. Пытался напомнить себе, кто здесь хозяин положения.

— Только секс, Эллисон. Никаких иллюзий. Никаких чувств. Я уважительно отношусь к тому, что ты чиста… Я знаю, что у тебя никого не было. И мне жаль, что я поверил той лжи. Но ты сама подписала этот документ. Ты согласилась на все пункты.

Его слова должны были снова ранить меня. Но что-то внутри меня переключилось.

Глядя в его стальные глаза, я видела сквозь эту суровую маску его отчаянный страх. Страх влюбиться. Страх потерять контроль над ситуацией. Он прятался за параграфами договора, как за щитом, потому что понимал: эта «невинная девчонка» уже имеет над ним колоссальную, пугающую власть.

Острая, неожиданная уверенность заполнила мои вены. Я перестала дрожать.

Я легонько улыбнулась — медленно, завораживающе, смотря ему прямо в зрачки. Мои пальцы, освободившись из его хватки, плавно поднялись и легли на его широкую, горячую грудь, ощущая безумный стук его сердца.

— Хорошо, Маркус, — тихо и четко произнесла я, и мой голос прозвучал удивительно спокойно и властно.

Маркус едва заметно нахмурился, явно не ожидая такой реакции.

— Что «хорошо»? — выдохнул он.

— Я выполню всё по контракту, — я провела ладонью по его груди вверх, зацепляя пальцами его шею и притягивая его лицо чуть ближе к себе. — Каждый день. Все условия. Раз ты так настаиваешь на буквальном исполнении договора.

Маркус замер, его дыхание перехватило от моей дерзости.

— Но у меня есть одно встречное условие, мистер Вэйн, — вы прошептала я прямо в его губы, ощущая, как его тело натягивается, будто стальной канат. — Раз уж это мой первый раз… и раз ты так сильно уважаешь цифры и буквы на бумаге… сделай его для меня запоминающимся.

Уголок моих губ легонько дернулся.

— Сделай его красивым, Маркус. Сделай его нежным. Заставь меня запомнить эту ночь не как сухую сделку, а как лучшее, что было в моей жизни. Покажи мне, на что способен настоящий мужчина, когда исполняет свой пункт контракта.

Маркус застыл.

Мои слова попали прямо в цель. Его глаза расширились от шока и вспыхнувшего с новой силой, неописуемого восторга. Я выбила у него из-под ног последнюю опору. Он хотел жестких правил и сухого расчета? Теперь он был обязан отдавать мне всю свою нежность, всю свою ласку и заботу, чтобы доказать свою состоятельность!

Он смотрел на меня так, словно увидел перед собой не хрупкую девушку, а истинную королеву, принявшую его вызов.

— Ты играешь со огнем, маленькая дрянь, — прорычал он темным, вибрирующим от дикой страсти басом.

— Я просто соблюдаю условия, Маркус, — тихо ответила я, глядя ему прямо в глаза. — Теперь твой ход.