Отвергнутая истинная альфы. Я вернулась с его наследником

Последний рубеж,

Каменная Хватка содрогнулась. Это не был гром, предвещающий грозу, и не грохот обвала. Это был ментальный удар Альфы, пришедшего за тем, что он считал своей собственностью по праву крови и богов. Мощная волна ярости Кая врезалась в стены замка, заставляя вибрировать даже глубокий фундамент.

Защитные чары, веками оберегавшие Цитадель Бродяг от внешних угроз, лопнули с оглушительным звуком разбитого стекла. Магический купол рассыпался мириадами сверкающих осколков, которые таяли, не долетая до земли. В ту же секунду во двор ворвались черные волки — элитный штурмовой отряд Черной Луны. Они не брали пленных и не тратили время на угрозы. Они вырезали охрану на постах с пугающей эффективностью, прорываясь к главной башне, где, как чувствовал Кай, билось сердце его изгнанной пары.

Кира вскрикнула в своей спальне, хватаясь за живот. Золотой пульс внутри неё стал невыносимым, обжигающим, болезненным. Ребенок чуял отца. Ребенок, еще не рожденный, но уже обладающий волей, тянулся к источнику своей ярости, буквально выжигая Киру изнутри своей силой.

Дверь спальни распахнулась от мощного удара ноги. Вошел Арден. Его обычное высокомерие сменилось ледяным, сосредоточенным бешенством. На нем были легкие боевые доспехи, забрызганные свежей кровью, а в руках он сжимал меч, лезвие которого искрилось от избытка магии.

— Он безумен, — Арден жестко, не терпя возражений, схватил её за локоть, практически волоча к камину, за которым скрывался вход в тайный туннель. — Кай пришел не договариваться и не забирать тебя домой. Он пришел убивать всё, что стоит между ним и его одержимостью.

— Уходи, Арден! — Кира пыталась вырваться, её босые ноги скользили по холодному камню. — Он уничтожит тебя! Ты не должен умирать из-за меня и этого ребенка! Оставь меня здесь, пусть он заберет то, что хочет!

Арден резко остановился, прижимая её к стене так сильно, что у неё перехватило дыхание. Его серебряные глаза вспыхнули потусторонним светом, и на мгновение в них мелькнуло то самое абсолютное доминирование, которое так пугало и одновременно притягивало её в этом мужчине.

— Я не оставлю своё сокровище, Кира, — прорычал он ей в самые губы, и его дыхание пахло сталью. — И я не дам ему забрать тебя, чтобы он запер тебя в подземелье. Ты — моя Луна. И этот ребенок… — его взгляд на мгновение смягчился, коснувшись её живота, — он тоже мой. По праву того, что я защищаю его, пока его отец мечтает его уничтожить.

Он потащил её дальше. Тайный ход был узким и сырым, он вел глубоко вниз, к скрытым конюшням под замком. Сверху, сквозь толщу камня, доносились приглушенные крики, скрежет когтей и тяжелый, удушливый запах оборотничьей крови, который становился всё сильнее с каждой секундой.

Кай пробивался сквозь защитников Цитадели как демон, вырвавшийся из самой глубокой бездны. Он даже не оборачивался в волка — его человеческая форма была сейчас гораздо опаснее. Он убивал молча, используя удлинившиеся когти и чистую, первобытную ярость Альфы, которая сбивала врагов с ног еще до того, как он касался их горла.

Каждый его удар был пропитан ненавистью к Ардену. К каждой секунде, которую этот Бродяга провел рядом с Кирой. Сквозь разорванную связь, которая теперь кровоточила как открытая рана, он чувствовал её страх... и эту странную золотую пульсацию. Она вела его, как маяк в шторме.

— КИРА!!! — его рык, усиленный магией, заставил содрогнуться своды подземелий, когда он выбил дубовые ворота конюшен.

Он увидел их на другом конце зала. Арден, проявляя почти невозможную для него заботу, заталкивал Киру в бронированную карету, запряженную четверкой черных жеребцов. Карета была готова к отъезду, кучер уже заносил кнут.

Кай сорвался с места, превращаясь в размытую тень. Ревность, дикая и необузданная, полностью выжгла его разум. Его Кира... в руках этого ублюдка...

Арден резко обернулся, его меч, покрытый древними рунами Бродяг, со свистом рассек воздух, преграждая Каю путь.

— Ты опоздал, Альфа Черной Луны! — голос Ардена прозвучал издевательски, с привкусом победы. — Она сделала свой выбор. Она выбрала жизнь, которую ты у неё отнял.

— Выбор? — Кай выдавливал слова сквозь стиснутые зубы, его глаза залило багровым пламенем. — Я вырву этот плод из её чрева, если он несет в себе хотя бы каплю твоей гнилой крови, Арден!

Он бросился в атаку. Меч Ардена встретился с когтями Кая, выбивая снопы искр, которые освещали мрачное подземелье. Это была битва двух титанов, двух полюсов силы. Лед и железный контроль Ардена против испепеляющего жара и хаоса Кая. Стены конюшен начали трескаться от давления их ауp.

Кира, запертая в карете, прижала ладонь к животу, наблюдая за смертельным танцем сквозь узкое, укрепленное окно. И в этот момент её ладонь засияла чистым, ослепительным золотом. Леон внутри неё больше не прятался. Он... зарычал. Беззвучный, вибрирующий рык эхом отозвался прямо в сознании Кая, заставляя его замереть на долю секунды.

Золотая искра. Родная кровь. Сын.

Этого краткого мгновения замешательства Ардену хватило. Он нанес рубящий удар, и зачарованная сталь меча рассекла грудь Кая, разрывая кожу и мышцы. Густая, темная кровь брызнула на холодный мраморный пол.

Кай отпрянул, пошатнувшись и хватаясь за рану. Но в его глазах вместо боли горело безумное, фанатичное торжество. Он поднял взгляд на карету, где замерла Кира.

— Я чувствую его… — прошептал он, и его голос сорвался на хрип. — Мой сын. Золотой наследник Черной Луны. Ты не сможешь скрыть его от меня, Арден. Ты не сможешь присвоить то, что создано моей силой.

Арден усмехнулся, вытирая кровь Кая с лезвия меча. Его взгляд был жестким, окончательным.

— Я защищу их обоих. От мира, от Совета и, прежде всего, от тебя.

Он запрыгнул в карету, и кучер стегнул коней. Четверка рванула с места, пробиваясь сквозь хаос и обломки во дворе замка.

Кай сделал шаг вперед, пытаясь броситься вдогонку, но рухнул на одно колено. Магия рун на мече Ардена была создана специально для борьбы с Альфами — она мешала мгновенной регенерации, заставляя его тело слабеть. Он смотрел вслед удаляющейся карете, и в его глазах, обычно красных от ярости, на мгновение вспыхнуло чистое, яркое золото.

Кай сжал кулаки, игнорируя вспышки боли в разорванной груди. Он смотрел на восток, в сторону Мертвых Земель, где небо уже окрашивалось в цвет запекшейся крови. Он знал: Арден прав в одном. Совет скоро узнает об этой силе. Охота превратится в войну на уничтожение.

И он, Кай, должен быть первым. Ради своего Золотого Монстра. Ради Киры, которую он теперь ненавидел и желал с удвоенной силой. Ради того, чтобы сжечь мир Бродяг дотла и вернуть свое наследие домой.

Когда карета скрылась в тумане, Кай опустил руку в свою рану и вытащил осколок рунного меча Ардена. Он поднес его к глазам и увидел, что кровь на нем не красная, а золотистая. Леон уже начал менять плоть своего отца на расстоянии.

— Ты ответишь за это, Арден, — прошептал Кай, и его рана начала затягиваться, испуская черный дым. — Ты украл моего сына. Я украду твою жизнь