Отвергнутая истинная альфы. Я вернулась с его наследником

Охота на альфу

Цитадель Черной Луны больше не была домом, оплотом или крепостью. Она превратилась в колоссальный, богато украшенный склеп, наполненный запахом гари, застоявшейся магии и едкого предсмертного пота. Кай сидел на троне, но в его позе не было ни капли былого величия. Это была поза сломленного титана, чей позвоночник держится лишь на чистой, незамутненной ненависти. Он сжимал подлокотники так, что черный гранит крошился под его когтями, превращаясь в мелкую серую пыль, которая осыпалась на его сапоги.

Разрыв связи с Кирой не просто причинил физическую боль — он выпотрошил его, оставив внутри лишь зияющую, кровоточащую пустоту. На том месте, где раньше пульсировало нежное тепло её присутствия, где он мог слышать её шепот даже сквозь сон, теперь была ледяная каверна, заполненная воем мертвых ветров. Тишина в голове сводила его с ума. Он больше не чувствовал её страха, не ощущал рваного ритма её сердца. Он ослеп. И эта слепота была для Альфы хуже самой мучительной смерти.

— Альфа... — голос Лиры прозвучал в мертвой тишине зала как шелест сухой, опаленной листвы.

Она вошла в зал медленно, намеренно покачивая бедрами, наслаждаясь своей победой. На ней не было почти ничего — лишь тончайший слой черного шелка, который едва прикрывал её наготу, оставляя открытыми татуировки стаи. Лира была уверена в своем триумфе. Она знала, что сейчас Кай — раненый, обезумевший зверь, а такому зверю жизненно необходимо во что-то вцепиться, чтобы не захлебнуться в собственной ярости.

— Уйди, — прохрипел Кай. Его голос был похож на хруст костей под тяжелым сапогом.

— Ты не должен страдать по этой жалкой предательнице, — Лира проигнорировала приказ и опустилась на колени прямо между его ног. Её ладони, холеные и мягкие, легли на его напряженные, как стальные тросы, бедра. — Она стерла тебя из своей жизни. Она уже отдалась Бродяге, Кай. Она выбрала грязь вместо твоего величия. Позволь мне занять её место. Я всегда была верна. Я — твоя истинная Луна, не по праву богов, а по праву силы.

Кай медленно, с трудом, словно преодолевая сопротивление веков, перевел на неё взгляд. Его глаза были залиты кровью, зрачки расширились так неистово, что радужки почти не осталось — два черных провала в пустоту. В нем не было вожделения. В нем была только черная, кипящая ненависть, которой требовался немедленный, разрушительный выход.

— Ты хочешь занять её место? — он внезапно схватил Лиру за волосы, наматывая пряди на кулак и резко задирая её голову назад, обнажая горло. — Ты действительно думаешь, что способна выдержать Альфу, Лира?

Она судорожно вздохнула, принимая его грубость за всплеск долгожданной страсти. Её эго ликовало — наконец-то он смотрит только на неё, наконец-то он касается её кожи, пусть даже так жестоко.

— Да... — выдохнула она, подставляя шею под его когти. — Возьми меня...

Кай рывком поднял её и перебросил через край массивного дубового стола, заваленного картами земель Бродяг. Свитки с ценными донесениями и тяжелые чернильницы полетели на пол, разбиваясь вдребезги. Лира выгнулась, ожидая, что он войдет в неё традиционно, глядя в глаза, признавая её своей самкой. Но Кай не собирался дарить ей даже иллюзию близости.

Он грубо задрал шелковую ткань, обнажая её ягодицы. Лира вскрикнула от острого предвкушения, но крик моментально превратился в хриплый возглас боли. Кай, не используя ни капли нежности, не сделав ни единого ласкающего движения, с силой вогнал свои когтистые пальцы в её анус, разрывая нежную плоть.

— Кай! — она дернулась, её ногти впились в дерево стола, оставляя глубокие борозды.

— Молчать, — прорычал он ей в самый затылок. — Ты хотела этого. Так терпи.

Он не стал ждать, пока её тело привыкнет к боли. Его внутренний зверь требовал разрушения, унижения всего, что не было Кирой. Кай вошел в неё одним мощным, беспощадным толчком, выбрав самый болезненный и унизительный путь. Это не было актом любви — это была публичная казнь её достоинства. Лира истошно закричала, её лицо уткнулось в холодную древесину. Она получила не то, что воображала в своих мечтах о власти. Вместо признания её как новой Луны, её брали как грязную суку на обочине, как вещь, на которой можно было выместить яд.

Кай двигался яростно, механически, словно хорошо отлаженная машина для убийства. Каждый его толчок буквально вбивал Лиру в стол, заставляя её стонать от физического надрыва и невыносимого жжения. Он не смотрел на неё. В его сознании, за плотно закрытыми веками, стоял только образ Киры — Киры в руках Ардена. Каждое движение было ударом по его собственной агонии. Лира чувствовала, как её гордость рассыпается в прах. Её тело горело, она чувствовала вкус крови на губах, но Кай не останавливался до тех пор, пока не излил в неё всю свою черную желчь с хриплым, звериным рыком, который сотряс стены Цитадели.

Он отстранился мгновенно, даже не бросив взгляда на её растерзанное состояние. Лира осталась лежать на разгромленном столе, дрожа и всхлипывая от пережитого унижения. Её «триумф» оказался на вкус как горький пепел.

— Ты... ты теперь мой... — прошептала она, пытаясь собрать обрывки сорочки. — Теперь, когда эта нить разорвана... Каратели Совета добьют её... я позаботилась, чтобы они нашли их след в Мертвых Землях.

Кай, который уже начал застегивать брюки, замер. Воздух в огромном зале мгновенно остыл до арктического мороза.

— Что ты только что сказала? — его голос был тише смерти, но в нем слышался звон стали.

— Мой отец... Советник... он отправил их, — Лира поднялась, пошатываясь, её глаза горели безумной уверенностью. — Они убьют её и того ублюдка в её животе. Ты будешь свободен, Кай! Мы будем свободны!

Мир Кая окончательно рухнул в бездну. Вспышка осознания была острее и болезненнее любого клинка. Эта женщина, которую он только что использовал для утоления ярости, подстроила у******о его единственного шанса на будущее. Его крови. Его сына.

Он в одно мгновение оказался рядом и перехватил Лиру за горло, приподнимая её над полом. Его когти начали медленно входить в её кожу.

— Ты послала убийц за моей Истинной? — прошептал он, и его глаза вспыхнули мертвенным светом. — Ты думала, что после этого я надену на твою змеиную голову корону?

Лира захрипела, её ноги беспомощно заболтались в воздухе. Кай смотрел, как жизнь и надежда уходят из её глаз, но в последний момент он отбросил её в сторону, как кусок падали. Смерть была слишком легким наказанием для той, кто уничтожил его мир.

— Пошла вон, — выплюнул он. — Если я еще раз увижу тебя в Цитадели — я лично скормлю тебя омегам.

Он подошел к алтарю Предков, который стоял в тени зала. Ему больше не нужна была поддержка стаи, ему не нужны были законы Совета. Ему нужна была сила, способная стереть Мертвые Земли в порошок, сила, которая стояла выше морали и жизни.

Кай взял ритуальный обсидиановый кинжал и полоснул себя по груди — прямо там, где раньше была священная метка Киры. Кровь брызнула на древние камни.

— Слышите меня, древние?! — взревел он, и его голос сорвался на рык. — Я отдаю свою человечность! Я отдаю свой дух в обмен на мощь! Дайте мне Тень!

Запретная магия крови отозвалась мгновенно. Тени в углах зала ожили, они поползли к нему по стенам и полу, впитываясь в его поры, заполняя каждую клетку его существа. Кости Кая начали перестраиваться с жутким, сухим хрустом. Его рост увеличился, кожа побледнела до цвета кости, а глаза вспыхнули мертвенно-белым светом Бездны. Он перестал быть волком. Он стал Тенью.

Он объявил Смертельную Охоту.

В это же время в замке Ардена.

Кира стояла у зеркала воды в глубине своих покоев. Она видела всё через магический отблеск. Видела жестокость Кая с Лирой, видела его падение и трансформацию в нечто неописуемое и бесконечно злое. Жалость к тому человеку, которым он когда-то был, смешивалась в ней с леденящим кровь отвращением к монстру, которым он стал по собственной воле.

— Он идет, — прошептала она, и зеркало покрылось коркой льда.

Арден подошел сзади, его руки привычно легли ей на плечи, даря ощущение ложной, но такой необходимой сейчас безопасности.

— Пусть идет, Кира. Охота началась. Но в этот раз добычей будет он сам. Я убью его на твоих глазах, чтобы ты окончательно освободилась от этого призрака.

Кира посмотрела на горизонт сквозь узкое окно. Из багрового тумана Мертвых Земель медленно выходила колоссальная фигура. Это не была армия. Это был один-единственный волк — черный как сажа, размером с трехэтажный дом. Его шаги заставляли землю содрогаться, а мертвенно-белые глаза светились как два холодных солнца в вечной ночи.

Кай пришел за своим. И этот мир уже никогда не будет прежним