Пока бьется сердце зверя.

Глава 7.

Кейт.

Проснулись мы рано.

Настолько рано, что солнце только-только выглядывало из-за лесных вершин, окрашивая их в яркие оттенки. Казалось, будто кто-то огромной кистью провёл по скалам, оставив на холодном камне мазки теплого света.

Меня разбудил не будильник.

Меня разбудил лес.

Где-то высоко над палаткой звонко перекликались птицы. Совсем рядом шумела горная река, а прохладный утренний ветерок осторожно перебирал ветви сосен, наполняя воздух терпким ароматом хвои, влажной земли и горных трав.

Я расстегнула палатку и невольно улыбнулась.

— Доброе утро, Непал…

Передо мной раскинулся настоящий открыточный пейзаж. Огромные горы уходили в облака, вершины которых всё ещё укрывал утренний рассвет, а внизу, среди густых лесов, медленно стелился молочный туман. Хотелось просто стоять и смотреть, забыв обо всём на свете.

Но желудок напомнил, что сначала неплохо бы позавтракать. Дилан уже хозяйничал возле туристической горелки.

— Спящая красавица наконец проснулась? — хмыкнул он, ловко переворачивая яичницу.

— Между прочим, я наслаждалась природой.

— Ага. Во сне.

— Завидуй молча.

Через несколько минут мы уже сидели на поваленном бревне, наслаждаясь простым походным завтраком.

Жареная яичница с беконом, пара ломтиков свежего хлеба, горячий растворимый кофе. Наверное, дома такой завтрак показался бы самым обычным. Но здесь, среди гор, под открытым небом, он был вкуснее любого ресторанного блюда.

Пока мы ели, Дилан с таким азартом рассказывал свой сон, что я едва не подавилась кофе.

— Представляешь, огромный храм, древние ловушки, какие-то наёмники… И, конечно же, прекрасная девушка, которую мог спасти только я.

— Конечно, — рассмеялась я. — Скромность — твоё главное достоинство.

— Я вообще герой.

— Во сне — возможно.

Он картинно приложил руку к сердцу.

— Какая жестокая женщина.

— Привыкай.

Мы дружно рассмеялись.

После завтрака лагерь быстро исчез, будто его здесь никогда и не было. Палатки отправились в рюкзаки, посуда — в специальные гермомешки, камеры проверены, аккумуляторы заряжены, карты открыты.

Я привычным движением закинула за плечи тяжелый туристический рюкзак.

Двадцать килограммов.

Еще пару лет назад такая ноша показалась бы неподъемной. Сейчас же тело давно привыкло. Путешествия научили меня многому. В том числе не жаловаться на вес рюкзака.

Поправив лямки, я вдохнула полной грудью прохладный горный воздух.

— Ну что? Вперёд?

— Вперёд.

Мы снова вышли на узкую тропу, петляющую вдоль склона горы.

Дилан почти сразу включил камеру и начал что-то эмоционально рассказывать своим подписчикам. Судя по его жестикуляции, история обещала быть очень драматичной.

Я только улыбнулась. Пока он работал на объектив, я наслаждалась дорогой.

Каждый шаг открывал новый пейзаж.

Справа возвышались суровые скалы, словно древние великаны, охраняющие эти земли уже тысячи лет. Слева уходила вниз глубокая долина, укрытая густыми хвойными лесами. Где-то далеко внизу серебристой лентой извивалась горная река, а над вершинами неспешно кружили крупные хищные птицы.

Воздух здесь был совершенно другим.

Чистым.

Свежим.

Таким, что хотелось дышать глубже и глубже, словно можно было напиться им впрок.

Я остановилась всего на секунду.

Закрыла глаза. Вдохнула полной грудью. И тихо улыбнулась.

— Господи… как же красиво…

Наверное, именно ради таких моментов я и живу.

Не ради просмотров.

Не ради лайков.

Не ради рекламы.

А ради того чувства, когда стоишь посреди огромного мира и понимаешь, насколько он прекрасен. Именно в такие минуты я чувствовала себя по-настоящему свободной. Не привязанной ни к месту, ни к людям, ни к четырём стенам квартиры. Только я, дорога и очередная история, которую мне ещё предстояло прожить.

И почему-то именно сегодня мне казалось, что это путешествие изменит мою жизнь.

Хотя тогда я ещё даже не подозревала… насколько сильно.

До обеда мы прошли еще несколько часов.

Тропа постепенно становилась уже, а подъем — ощутимо круче. Иногда приходилось буквально цепляться ладонями за теплые от солнца камни, чтобы перебраться через очередной выступ. Рюкзак привычно давил на плечи, футболка давно прилипла к спине, а на висках выступили капельки пота. Но усталость совершенно не раздражала.

Наоборот.

Я любила это чувство. Каждый шаг означал, что впереди меня ждет что-то новое.

Лес постепенно менялся. Высокие сосны становились реже, уступая место невысоким кривым деревцам и густым зарослям можжевельника. Воздух здесь был прохладнее, прозрачнее, а ветер доносил запах влажного камня, мха и хвои.

В какой-то момент я резко остановилась.

— Что? — насторожился Дилан.

Я молча присела возле узкой тропы. В мягкой земле отчетливо отпечатались следы.

Свежие.

Крупные.

Не собачьи.

Не волчьи.

И точно не человеческие. Я осторожно провела пальцами рядом с отпечатком лапы.

— Видишь?

Дилан тоже присел.

— Кошачьи.

— Похоже на то. — Я улыбнулась. — Отличное место.

Сняв рюкзак, я достала небольшую фотоловушку.

— Опять свои игрушки? — усмехнулся Дилан.

— Это не игрушка.

Я быстро закрепила камеру на толстом стволе дерева примерно в полуметре от земли, проверила угол обзора и направила объектив прямо на тропу.

— Инфракрасный датчик движения. Если здесь пройдет хоть мышь, камера сделает снимок.

— Или снежный барс?

Я подмигнула.

— Очень на это рассчитываю.

Еще раз убедившись, что все работает идеально, я довольно хлопнула ладонями.

— Ну все. Теперь остается ждать.

К полудню солнце уже стояло высоко над вершинами. Мы нашли небольшую поляну возле шумного ручья и решили устроить привал.

Я с удовольствием сбросила рюкзак на землю и, вытянув ноги, облегченно выдохнула.

— Ох… как же хорошо просто посидеть.

— Стареешь, Кейт.

— Замолчи.

Дилан рассмеялся и начал доставать сухпай. Сегодняшний обед оказался простым, но сытным. Разогреваемая упаковка с тушеной говядиной и рисом, галеты, небольшой пакетик плавленого сыра, ореховая смесь и шоколадный батончик на десерт.

Я открыла упаковку и вдохнула аромат горячего мяса.

— Знаешь…

— Что?

— Никогда бы не подумала, что когда-нибудь скажу это… — Я отправила первую ложку в рот. — Но сухпай — это вкусно.

Дилан прыснул со смеху.

— Все. Горы окончательно тебя сломали.

— Нет. — Я покачала головой. — Просто после пяти часов подъема даже сухари начинают казаться ресторанной кухней.

Мы еще долго сидели возле ручья, слушая журчание воды и отдыхая после подъема. Иногда именно такие тихие минуты запоминались сильнее любых приключений.

Закончив обед, я поднялась на ноги.

— Ты куда? — с любопытством спросил Дилан.

— Проверю фотоловушку.

— Уже?

— Почему нет? Вдруг нам повезло.

— Ну иди. А я пока поснимаю красивую физиономию подписчикам.

— Только свою.

Я усмехнулась и направилась обратно по тропе.

До камеры было всего несколько сотен метров. Сердце почему-то начало стучать быстрее. Наверное, привычный азарт. Каждый раз, открывая фото ловушку, ты никогда не знаешь, что увидишь.

Пустые кадры.

Птицу.

Лисицу.

Или…

Я подошла к дереву. Отстегнула крепление. Сняла камеру. Экран загорелся.

— Ну…

Первый снимок.

Пусто.

Второй.

Пусто.

Третий.

Какая-то птица. Четвертый… Я замерла.

— Нет…

Пятый кадр. Сердце пропустило удар. На экране отчетливо виднелся огромный снежный барс.

Он словно возник из ниоткуда.

Мощное гибкое тело скользило между камней почти незаметно. Густой дымчато-серый мех был покрыт темными розетками, а длинный пушистый хвост плавно изгибался позади. Зверь даже не смотрел в сторону камеры — он просто спокойно пересекал тропу, словно был настоящим хозяином этих гор.

Я судорожно вдохнула.

— Господи…

Еще кадр. Барс уже почти исчезал за валунами.

И еще.

Пусто.

Он был здесь всего несколько секунд. Но этих секунд хватило.

— ДИЛАН!!!

Мой восторженный крик эхом прокатился между скал. Через несколько мгновений он уже несся ко мне.

— Что случилось?!

Я молча сунула ему фотоловушку. Дилан несколько секунд смотрел на экран.

Потом широко раскрыл глаза.

— Да быть не может…

— Может! — Я буквально подпрыгнула от счастья. — Мы его поймали! Настоящего снежного барса!

— Обалдеть… — Он несколько раз пролистал фотографии и ошарашенно покачал головой. — Кейт… это же невероятно.

Я прижала фотоловушку к груди, не переставая улыбаться. Это было только начало экспедиции. А она уже подарила мне кадры, о которых мечтают тысячи фотографов по всему миру.

И где-то глубоко внутри появилось странное чувство.

Будто эти горы приготовили для меня нечто гораздо более удивительное, чем встреча со снежным барсом.