Пока ты рядом

Глава 7. Себастьян

Я даже подумать не мог, что приручить лисицу будет так сложно, особенно если учитывать тот факт, что мы с ней были более чем знакомы. Каждый вечер одно и то же, моя тихая просьба, упрямое нежелание Ивы подчиниться. Я знал, что применять силу — бесполезно, так станет еще хуже, и потому терпеливо, день за днем, пытался уговорить ее не глупить. Обещания, что ей нечего бояться, просьбы выйти, молчаливое ожидание все было бес толку.

— Ты же так совсем оголодаешь, хотя бы поешь. - говорю я в пустоту, и ответом мне будет гнетущая тишина, разбавленная лишь легким дуновением ветерка. Что руководило девушкой, я не знал, то ли страх от того, что она прокололась, и я узнал ее суть, то ли то, что проведя некоторое время в шкурке лисицы, она настолько одичала, что вообще забыла, как общаться с людьми. Я не был зверем. Не собирался снимать с нее шкуру живьем, не планировал есть ее сырую печень, и уж тем более лишать ее конечностей, чтобы сделать из них модный брелок. Пожалуй, мне хватило бы от нее лишь одного коротко объяснения: что ей было нужно, и зачем она все это устроила, но Ива решила не идти по короткому, и самому простому пути, выбирая самый длинный, тот, в котором я очень быстро выхожу из себя. По хорошему она не умела.

— Поздравляем с приобретением, у нас только самый лучший товар. - скажет мне консультантка, как только я озвучу свою проблему. Ее белозубая, обаятельная улыбка, которой она меня одаривала, знаете, подействовала бы в любое другое время, и, вероятно, я бы с удовольствием поболтал бы с ней чуть дольше, но я был недоволен. раздражен. и все, чего мне хотелось — это узнать, что мне делать с Ивой. За все то время, что я как придурок, ходил вокруг да около, стараясь воззвать к ее разуму, она откровенно издевалась надо мной, и одному Дьяволу, который ее и создал, было известно, что у эой девчонки в голове, и какого хрена она так себя ведет.

— По любой проблеме вы можете обратиться по нашему единому номеру телефона, там...

Да они, блять, издеваются?

— Скажи ка мне, красавица, я как-то непонятно выражаюсь? Просто скажи мне как работает этот ебучий амулет пока я не сделал все чтобы ваш сраный магазин закрылся, а твой директор .которому ты отсасываешь в подсобке по вечерам, не пошел по миру!

Сказать честно, я был не просто зол. Я был в ярости и ы бешенстве. Возвращаясь с черного рынка, где я узнал, кого именно там ищут, чтобы отомстить за пожар, произошедший несколько месяцев назад, я даже представить боялся ,в какую передрягу влипла Ива, и я вместе с ней. Кажется только слепой или глухой, тот кто не знал о произошедшем, не мечтал свернуть ей шею, и теперь, благодаря подарку еще одних продуктов, которые решили, что мне на какой-то черт всралась лисица, я тоже с этим связан. Если кто-то узнает...

Дверь машины хлопнет так громко, что мне покажется, я услышу, как хрустнет лобовое стекло. Я не стану идти на кухню, чтобы сварить кофе. Направлюсь сразу к мини бару, доставая оттуда бутылку рома, щедро плесну его в бокал, и выпью залпом, после чего ,усевшись в кресло, покручу в руках амулет. Забавная вещица. С выдавленными, в кожаном ремешке, рунами? Что это был за камень? Я не разбирался в геологии, но похоже на агат, или типа того... В магазине сказали, что нужно просто по-же-лать того, что мне нужно. И сжав вещицу в руке, я очень сильно пожелаю, чтобы Ива оказалась прямо передо мной.

Не пройдет и минуты, как в гостиной окажется лисица. Глаза, отсвечивающие в полумраке, уставятся на меня, и склонив голову набок, я точно так же взгляну на Иву. Выжидающе.

— Я был в магазине, где тебя купили и все разузнал по поводу этой вещицы. Да, она не может заставить тебя делать все, что я хочу. И все же это – поводок. И если мне нужно, я могу заставить тебя приблизиться. Поговорим?

И видит бог, по пути домой у меня было время выдохнуть, все обдумать, понять, что своей злостью я не добьюсь от нее ни-че-го, но стоит лисице, в несколько мгновений стать девушкой, и открыть рот, как все мое миролюбие тут же испаряется. Мне хочется ее ударить, я клянусь. Смотря в это лицо, я сжимаю руки в кулаки, ведь родители учили, что бить девочек — нельзя, но если эти девочки вели себя ТАК? Разве я угрожал ей? Разве хоть раз сделал больно? Разве не пытался помочь, проводя на ебучий рынок? Да, в большей степени я желал избавить друга от зависимости, но не хватило бы у меня возможностей просто сделать так, чтобы она исчезла из этого города? И что я получаю в ответ?

— А может у тебя другие идеи на мой счет? Заставишь убирать твой дом, стирать твои носки? Бегать в прачечную за твоим смокингом?

По лицу скользнет злая улыбка. Какая наивная, ну надо же.

— Забавно, что ты перебрала все возможные варианты того что высший, вроде меня может сделать с красивой девушкой, вроде тебя. Все, кроме самого очевидного. Того, в котором я выбиваю тебе зубы, что бы не кусалась, и запираюсь с тобой в спальне до тех пор, пока не надоест.

Это, кстати, первое, что мне предложат с ней сделать, как только она будет в настроении обернуться человеком. Воспользоваться ею так, как пользуются многие из тех, кто приобретает себе элитных зверушек. Не ешь их мясо? Так воспользуйся, как вещью, ведь она совершенно точно не станет сопротивляться и отбиваться ДОЛГО.

— Что ты хочешь? - она обхватит руками колени, смотря на меня без страха, но с настороженностью, и встав с кресла, я вновь подойду к бару, наливая себе еще порцию алкоголя. -Чего я хочу? Повторю я ее вопрос, словно он не дошел до меня с первого раза.

— А чего ты хочешь? - медленными шагами, приближаясь к сидящей девушке, я пытаюсь отговорить себя от того, чтобы быть с ней по-настоящему честным в выражении собственных эмоций. У меня не получится. Я схвачу ее за руку, резко дерну на себя, а затем, поставив бокал на столик около дивана, свободной рукой схвачу ее за подбородок крепко сжимая.

— Я все думал что это за поцелуй был, к чему? Только недавно понял. Подпиталась от меня магией, и пошла вершить расправу? Ты только представь на что ты будешь способна, если мы потрахаемся, прямо тут, на этом диване, чтобы далеко не ходить? Я бы пообещал, что тебе понравится, но ты сделала все, чтобы я не был с тобой ласковым.

Она моргнет, и я, наконец, увижу в ее глазах то, что хотел увидеть — страх. Он пройдется по моему телу электрическим током, останется на кончиках пальцев, которые подрагивали от напряжение, а затем, взорвется в голове, будто бы отгоняя морок. Я толкну Иву, заставляя ее оказаться на диване, склонюсь над ней так, чтобы у девушки не было никакой возможности убежать. "Ты хоть понимаешь, идиотка, что натворила? Ты хотя бы понимаешь, скольким людям перешла дорогу, и меня в это втянула? Ты, блять, хотя бы понимаешь, что будет, если кто-то вспомнит, с кем я пришел на рынок, перед сраным пожаром?!" - голос сорвется с угрожающего шепота, на злой крик, и зная, что я вряд ли дождусь от нее ответов, я оттолкнусь, принимая вертикальное положение. Рука скользнет в карман ,вытаскивая из него амулет. Я брошу вещицу в сторону Ивы. Он упадет на пол с глухим стуком. "Хочешь свободы? Ты свободна! Только прежде чем ты переступишь порог этого дома, пораскинь своими куриными мозгами, и пойми, что каждый десятый в этом городе, желает тебе смерти, и если тайна вскроется, и они узнают, что именно ты стала причиной таких убытков, тебя не просто убьют, каждую часть твоего тела, каждый твой орган пойдет в дело. В зелья, на амулеты, в деликатесы в ресторанах для таких, как я. Ты свободна, но твоя свобода, малышка, поверь мне, долго не продлится, потому что тебя убьют уже завтра, не оставляя и шанса на спасение, потому что ты слишком глупа, чтобы думать хотя бы на два шага вперед."