Змеиное логово 4
2588 Words
И Настя вновь стремительно бежала сквозь ночь и темноту, почти не разбирая куда, и уж точно не понимая зачем. Если бы Эливерт не тащил её за руку, она уже давно бы заблудилась в этих незнакомых закоулках.
Всё произошедшее никак не отпускало девушку. Мысли неслись так же хаотично и бессмысленно, как она сама. Осознание только теперь достигло её разума, а вместе с ним пришли ужас и стыд. Как же можно было так вляпаться?
Что теперь будет? Она втянула всех в какие-то ужасные неприятности! Её провели как ребёнка из детсада! Внутренняя дрожь нарастала как волна цунами, грозя выплеснуться наружу банальной истерикой. Настя старалась держаться, но больше всего на свете ей хотелось разреветься на весь Ялиол.
Эливерт, наконец, вынырнул на широкую улицу, ведущую к Рыночной площади: здесь до трактира и его парадного входа было совсем недалеко. Но прежде разбойник притормозил у другого дома, где у коновязи было установлено корыто, чтобы поить лошадей. Он быстро сунул туда окровавленные руки, отмыл их, поспешно отёр лицо (на всякий случай).
– Иди сюда!
Настя шагнула к нему, послушная как марионетка, Эливерт оглядел её бегло, мокрой ладонью провёл по щеке и декольте.
– Всё, вперёд!
Вдоль позвоночника словно проскочил разряд электрического тока.
Да что же такое происходит?
Она не желала помнить о том, что случилось. Она мечтала сейчас потерять память и никогда больше не вспоминать эту ночь. Но непостижимая, грозная сила, скрытая в этом по-волчьи поджаром теле, влекла непреодолимо, как тайна! И Настя не могла понять саму себя, не могла объяснить, что же такое с ней творится.
В тот миг, когда Эл убил человека, в ней не проснулось ни капли жалости…
Пускай, злодей заслуживал смерти, ведь он её ограбил, угрожал ей, посмел трогать своими грязными лапами, но она – дитя цивилизованного мира! – разве не должна была ужаснуться тому, как легко оборвал эту жалкую жизнь тот, кого она называла другом? Нормальный человек должен был отшатнуться, отвернуться прочь в отвращении. А она смотрела зачарованно, как кролик на удава. Да, ей было очень страшно, но сквозь запредельный животный ужас вполне отчётливо проступало что-то близкое к восхищению.
Это напугало больше, чем безумный взгляд Эливерта. Собственная ненормальная реакция! Дикость какая-то! Ей понравилось, как атаман разделался с этим уродом!
Но если бы всё этим и закончилось... Смириться с собственной глупостью и жестокостью она бы, пожалуй, смогла.
Но, как быть с остальным?
В детстве Настя очень любила грозу, особенно по ночам. Она до смерти боялась раскатов грома! Казалось, они могли обрушить потолок на её несчастную голову. Она сжималась от ужаса, когда порывы ветра до земли гнули деревья, а дождь начинал хлестать в наспех закрытые окна. Она вскрикивала, когда вспышки молний освещали ночной мрак, как взрывы гранат. Но она всё равно садилась на подоконник и смотрела на безумство стихии, пока буря не утихала, или мать не отправляла её спать. Это была какая-то иррациональная тяга, преодолеть которую Настя не умела…
Этой ночью Рыжая не просто любовалась грозой, она оказалась в её эпицентре. Эливерт стал для неё ураганом!
И как бы она мысленно не ругала себя, но кончики её пальцев до сих пор слегка дрожали, запечатлев в узорах отпечатков воспоминание о прикосновении к его коже. Ноздри возбуждённо трепетали, улавливая его запах, и память о его губах, таких жадных и нежных одновременно, пробуждала сладостную истому во всем теле. Настя не верила самой себе – допустим, у неё не было времени среагировать, пусть она не помнила себя от страха и изумления, она не успела дать ему отпор и позволила себя поцеловать…
Но ведь не это было самым ужасным!
Самым ужасным было то, что она ответила ему! Она, ещё пару часов назад убеждённая, что никто кроме Кайла в этой жизни ей не нужен – и она ответила Эливерту! Стоп, стоп, стоп! Это ещё что за мысли? Почему была? Она и сейчас уверена в том, что любит Кайла!
«Прекрасно! А как называется женщина, которая любит одного, а целует другого? Вспомнишь хоть один лестный эпитет, Настенька? Или скажешь, что тебе это не понравилось? Что ты этого не хотела? Может, было противно? ш****а!»
Контрольным выстрелом в голову прозвучала последняя мысль о том, что случись этот поцелуй не в тёмном вонючем переулке, рядом с остывающим трупом, а где-нибудь тет-а-тет: в комнате, или в лесу, или даже на тёмной пустой лестнице трактира… И всё могло бы зайти куда дальше одного короткого поцелуя…
«Это просто невыносимо! Лучше бы эти гады меня сразу убили!»
Настя мысленно всхлипнула. Бросила взгляд исподтишка на атамана. Никогда ещё она не испытывала такой ненависти к Эливерту. Больше этого чувства сейчас была только ненависть к самой себе.
Не доходя до трактира, атаман свернул на противоположную сторону улицы, остановился, почти невидимый в глубокой тени, и пристально рассматривал окна «Золотого гуся».
В зале внизу теперь было почти пусто. Чуть поодаль на Рыночной площади стояла небольшая компания зевак, что-то бурно обсуждая. Они вскоре скрылись за углом трактира, в том самом злополучном Кривом переулке. Служанка выскочила на улицу и почти бегом поспешила туда же. Видимо, все, кто ещё не спал в столь поздний час, сейчас находились на месте преступления, предпочитая принять непосредственное участие в столь необычном событии.
В конце концов, даже в неблагополучном Ялиоле у******о не являлось делом заурядным и обыденным.
Темнота надёжно скрывала Настю и Эливерта от случайных свидетелей, а вот все, кто выходил из трактира, были как на ладони.
Через некоторое время на крыльце появился высокий силуэт. Сделав несколько шагов, он остановился, оглядываясь по сторонам. Настя никогда в жизни не перепутала бы эту кошачью походку с чьей-то ещё. Она внезапно поняла, что краснеет. О, Небеса, как же она теперь посмеет смотреть Кайлу в глаза?
Эливерт же поспешно вышел из тени и очень тихо окликнул, махнув рукой, чтобы привлечь внимание:
– Северянин!
Кайл оглянулся настороженно по сторонам, но улица была пуста. Никто из поздних зевак не мог их заметить.
В единый момент он оказался рядом, отступая в тень.
– Где вы были? Я вас ищу повсюду! Тут что-то невообразимое…
– Это я. Того типа в переулке убил я. Он напал на Дэини. Ограбить хотел…
Настя даже в ночной тьме видела, как у Кайла глаза на лоб полезли.
– Что вы там делали, в этом переулке?
И Настя порадовалась, что ночь так темна. Потому что после этого вопроса у неё даже уши стали пунцовыми.
– Неправильные вопросы задаёшь, рыцарь! Это долгая история, и смысла в ней уже нет. Слушай сюда! Их было двое. Подельник ушёл. И ещё баба – наводчица. Она и шум подняла. Вот это сейчас важно! Нам надо уходить! Она нас может узнать и сдать.
– Постой, – Кайл тряхнул головой. – Но ведь ты защищался? Это они напали! Грабители!
– Иногда ты становишься наивнее, чем наш друг Ушастик, – Эл скорчил гримасу. – Кто мне поверит, милорд рыцарь? Особенно, если они узнают, кто я. Нам надо слинять, пока ещё можно. Сейчас они сообразят, что убийца не мог уйти далеко, перекроют выходы из города и устроят облаву. Потому, ты сейчас постоишь здесь с Рыжей, а я приведу наших лошадей – и мы исчезнем в ночи.
Кайл посмотрел на беспросветное чёрное небо.
– Слишком рано! Городские ворота наверняка ещё заперты.
– Придумаем что-нибудь! Когда молва разнесёт новость об убийстве по городу, шансов выскользнуть останется ещё меньше. В трактир возвращаться нам нельзя.
Кайл только кивнул согласно.
– Тебе тоже надо готовиться к худшему! – продолжил разбойник. – Они начнут задавать неудобные вопросы. И очень скоро! Мы приехали вместе – значит, ты тоже при делах. Соври им, рыцарь! Скажи, что знать меня не знаешь! Что встретил нас у самых городских ворот и поехал вместе лишь потому, что я обещал помочь с ночлегом. Говори всё, что хочешь, лишь бы на тебя не повесили мои заслуги!
– Я – рыцарь короля! Кто посмеет меня тронуть? – с вызовом заявил Кайл. – Если слишком достанут, придётся открыть им своё имя. Не бойся за нас.
– А что знахарь? Вы нашли его? – подала голос Настя.
– Да. Он уже у миледи Соур. А Наир ждёт, когда он выйдет от неё и вынесет свой вердикт. Мы вернулись в трактир, а там как с ума все сошли! А когда Соур сказала, что Вы бесследно исчезли вместе с какой-то незнакомой женщиной, я сам чуть не сошёл с ума! Пошёл искать вас обоих…
– Ладно, пора! – перебил его Эливерт. – Встретимся на заброшенной мельнице у Топлюхина пруда. Знаешь это место?
– Знаю, – кивнул рыцарь.
– Уезжайте из города при первой же возможности! Опасно здесь, – предупредил Эливерт. – И там вещички мои в трактире остались. Буду премного благодарен, если ты их сохранишь!
– Не вопрос! И плащ мой возьмите! – Кайл бросил взгляд на лёгкую блузку Насти и поспешно снял свою накидку.
– Спасибо, – Настя улыбнулась благодарно. – Удачи вам!
– Вы тоже осторожнее! – Кайл перевёл долгий взгляд на Настю. – Береги миледи Дэини!
– Непременно! Не извольте беспокоиться! – кивнул Эливерт, и, уже уходя, обернулся. – Я теперь никому её не отдам!
Может быть, виной всему были нервы или слишком разыгравшееся воображение, но Настя услышала в этой фразе неприкрытую угрозу.
И, судя по тому, как странно посмотрел на неё при этом Северянин, он в этих словах тоже уловил что-то этакое.
***
В ночной темноте, как в облаке, гасли все звуки. И лишь мерный цокот копыт нарушал эту абсолютную тишину, раскатывался эхом по выстеленной брусчаткой мостовой. Ехали рядом, почти стремя в стремя. Молчали оба.
А Настя упорно избегала даже смотреть в сторону разбойника.
Поскольку на разговоры можно было не отвлекаться, Дэини всю дорогу продолжала заниматься мысленным самобичеванием. Она уже успела отругать себя за все ошибки не меньше сотни раз, но пыла не поубавилось.
Стоило, конечно, переживать о другом. Например, о том, как выбраться из города и не угодить в темницу или на виселицу. Но собственное душевное равновесие, так грубо нарушенное неожиданными обстоятельствами, оказалось для Насти важнее даже жизни и свободы.
Кроме того, ко всем неприятностям сегодняшней ночи теперь добавилась ещё одна… Навязчивая мысль крутилась в голове девушки: неизвестно, каково сейчас состояние Соур, но даже при самом оптимистичном раскладе, на день или два ей точно придётся задержаться в Ялиоле. Ехать, как только рассветёт, больная не сможет.
А это значит, что Настя должна эту пару дней провести один на один с Эливертом. Вдвоём, на старой мельнице, в ожидании, когда же их нагонят друзья. Перспективка нарисовалась радужная! Рыжая предпочла бы сейчас не видеть атамана хотя бы пару месяцев, а уж остаться с ним наедине на несколько дней – это пытка жёстче адовых мук!
– Так и будем молчать? – не выдержал, в конце концов, Эливерт.
Голос его прозвучал довольно спокойно, даже буднично. Но Рыжая понимала, что это очередная маска. Настя с вызовом взглянула ему в лицо, но смелости хватило лишь на это. Она не нашлась, что ответить, и поспешно отвела глаза. Эливерт был на редкость хладнокровен, но от этого ещё сильнее становилось не по себе.
– А, ясно-понятно! О разговорах можно забыть на ближайшие лет сто! – привычная язвительность постепенно возвращалась к нему. – Теперь ты меня боишься? Можешь не отвечать! Я и сам вижу. Боишься. Поняла, наконец, что я из себя представляю? Волчья кровь. Страшно? Глаза открылись, а?
Настя продолжала угрюмо молчать, но он не собирался останавливаться на этом.
– Одно мне интересно… И я бы многое отдал, чтобы узнать ответ! А что именно тебя так напугало? То, что я и вправду оказался убийцей? Или то, как я убил? Или то, что я чуть и тебя по горячке не заколол? Или то, что я позволил себе потом?
Атаман слегка обогнал её и теперь, развернув Ворона, заставил Искру встать посредине улицы. Насте ничего не оставалось, как взглянуть прямо в лицо разбойнику.
– Что тебя пугает больше – остаться наедине с убийцей или просто остаться наедине?
– Я тебя не боюсь! – твёрдо сказала Настя.
Он улыбнулся почти без издёвки:
– Тогда перестань всё время думать о том, что будет, если я снова начну убивать. Или снова попробую тебя поцеловать. По твоему лицу можно читать, даже не глядя! Тебе. Меня. Бояться. Не. Надо!
Необходимо было ответить что-то, но Настя так и не нашла слов.
Она молча обогнула Ворона и неспешным шагом последовала дальше.
Эливерт фыркнул как кот и уже через пару шагов нагнал её лошадь.
– Почему ты пошла с ней? – спросил он через несколько мгновений тишины.
– Вот об этом я точно говорить не хочу! – Настя нахмурилась и, наконец, рискнула посмотреть в его серые льдистые глаза. – Слушай, если ты хочешь рассказать мне, какой дурой я была, то не трудись напрасно! Я и так прекрасно осознаю, что сделала самую тупую ошибку в своей жизни! Это был самый примитивный и нелепый развод, какой только можно придумать. И у меня хватило глупости на него повестись.
– Я не собирался учить тебя уму-разуму! И обвинять тебя в глупости тем более. Хотя меня и раздражает до зубовного скрежета то, что ты меня не слушаешь, и раз за разом повторяешь одни и те же ошибки, на которые я тебе уже указывал, – спокойно продолжал Эливерт.
Настя ушам своим поверить не могла – давно ли атаман стал таким снисходительным?
– Дэини, эти люди… Это их хлеб! Они прекрасно знают, что и как делать. У тебя не было против них ни шанса! Может быть, этот трюк и был прост, но ты не смогла бы устоять, поверь! Ты сделала то, что было нужно им. И то, что ты осталась жива, это просто счастливый случай. Опоздай я хоть на пару минут…
– Откуда, кстати, ты там взялся? – Настя всё ещё не была настроена на разговор, но любопытство брало своё.
– Я же говорил тебе – дурные предчувствия, – пожал плечами Эливерт. – Мне было неспокойно, и я попросил служанку в трактире позвать тебя вниз. Она вернулась одна и передала мне странный рассказ, поведанный Соур. Мысль о том, что ты бродишь где-то с подозрительной незнакомкой, меня, мягко говоря, насторожила. Поскольку через парадный вход, которым пользуются все нормальные люди, вы не выходили, я сразу заподозрил неладное. Сообразил, куда бы я сам в таком случае повёл возможную жертву. Пробежался по Златой улице, нашёл в темноте подходящий путь и отправился в Кривой переулок. А там я застал эту парочку за непотребным занятием, которое привело меня в бешенство! Дальше я уже не размышлял, а действовал так, как привык. К счастью, я нашёл тебя достаточно быстро…
– Да, повезло тебе! – согласилась Настя.
– Это тебе повезло! – хмыкнул Эливерт. – Я всегда считал себя везунчиком, но мне не сравниться с тобой. Сама Мать Мира тебя опекает, Дэини!
– Дуракам всегда везёт! Кажется, это как раз мой случай, – иронично заметила Настя.
– Я думаю, тебе просто не дали времени подумать. Ведь так?
– Н-да, – Настя кивнула, припоминая, – она всё время меня торопила. Я даже не успела взять оружие. Она настаивала, что каждая минута дорога.
– Как она выманила тебя?
– О! Очень просто! Сказала, что мои друзья в беде. И я про всё позабыла и побежала вас спасать! Наивная дура!
– Она чем-то подтвердила, что связана с нами? Назвала какие-то имена?
– О, Небеса! Ну, какие имена, Эливерт? Она сказала несколько общих фраз, и всё! Остальное я сама додумала! С перепугу! Я не просила доказательств! Говорю же – детский трюк!
– Неужели она пришла наугад? Может быть, она видела тебя внизу? Заметила золото – и решила, что ты лёгкая добыча. Судя по странным правилам трактира, эта шайка в доле с хозяином. Скорее всего, гостей специально разделяют, дабы проще провернуть такую шутку и выманить на улицу богатую жертву. И всё-таки что-то здесь не то…
– Стой! – Рыжая даже осадила кобылу, в самом деле, останавливаясь. – Одно имя было!
Атаман заинтересованно ждал.
– Твоё! Она сказала, что это ты её прислал. Друг внизу… Эливерт! Потом я сама переспросила и произнесла твоё имя. Но вначале она назвала тебя.
– Ты уверена?
– Ну конечно! – Настя задумалась и добавила: – Она могла видеть нас вместе в трактире…
– Да… Но ты меня по имени не называла. И никто за весь вечер…
– Но тогда откуда ей знать? – не поняла Романова.
Атаман повёл плечами, словно разминаясь.
– Сейчас было бы неплохо ещё раз заглянуть в гости к моему приятелю Мифару. Но боюсь, там нас уже могут поджидать…
Эливерт улыбнулся и сказал с каким-то злым задором:
– Ладно, поедем в другие гости! Боюсь, Дэини, нам придётся чуток задержаться в этом милом городке… У меня только что появилось неотложное дело! А у тебя – шанс поближе познакомиться с весёлой жизнью кирлийской вольницы.
- Writer
