Змеиное логово 2
2259 Words
На Рыночной площади и впрямь было куда веселее…
Горели ярко уличные фонари, освещали стройные торговые ряды. Прилавки, недавно только установленные или просто приведённые в порядок, пахли свежим деревом. По всему периметру площади из распахнутых дверей трактиров доносились смех и музыка. От ароматов жареного мяса заурчало в животе. В трактирах было многолюдно и шумно. Здесь окна и двери были нараспашку. Где-то и на улице толпился народ.
На краю высокого помоста для ярмарочных представлений сидела какая-то парочка: ухажёр обнимал кокетливо хохотавшую подругу, пощипывал её пышные бока, а та болтала ногами и заливалась на всю улицу легкомысленным вульгарным смехом.
Уязвлённая гордость не давала Эливерту покоя. Ещё бы! Явился в город, где его каждая собака должна знать, родная стихия атамана – и на тебе! Дали от ворот поворот, хоть на улице ночуй!
Он проехал чуток вперёд, свернул к одному из кабаков, окликнул там кого-то у входа. Но через пару минут, досадливо махнув рукой, двинул дальше.
Картина почти в точности повторилась ещё у четырёх заведений… После чего, вифриец, расстроенный окончательно, вернулся к своим попутчикам.
– Всё одно твердят, как заучили! Нет мест, всюду постояльцы. Как бы нам и с «Гусем» не пролететь!
***
Хозяин «Золотого гуся» для порядка подержал их на пороге. Вышел ко входу собственной персоной и теперь пристально разглядывал каждого, словно они были не гостями и потенциальными постояльцами, а преступниками, требующими разоблачения. И сейчас этот упитанный неприятный тип намеревался добиться от них признания.
Ему явно не нравился наглый вид Эливерта. Он недоверчиво поглядывал на припавшую к Кайлу Соур, а ту ноги уже не держали. Его, вероятно, смущала нечеловеческая внешность Наира и Северянина. Да и от слишком ярких локонов Насти он тоже был не в восторге.
– Так что насчёт комнаты для нас, почтенный эрр? Мы устали с дороги, прям сил нет! – напомнил Эливерт, теряя остатки терпения.
– Подорожные бы ваши поглядеть, – задумчиво молвил тот в ответ. – У нас приличное заведение! Не для всякой шантрапы! Я должен быть уверен, что вы…
– Этого достаточно? – Кайл стянул перчатку с правой руки и сунул кулак под нос недоверчивому хозяину. Отблески свечей заиграли на золотом перстне с королевской эмблемой Девятизвездья.
– Да, милорд рыцарь! Милости просим в «Золотой гусь»! – фальшиво улыбнулся хозяин, пропуская их в огромный зал, заполненный людьми.
Трактир, ярко озарённый множеством свечей, чистый и ухоженный, производил на удивление приятное впечатление. Столы ломились от аппетитных яств. Народ в зале присутствовал разнообразный, но всяческих бродяг сюда и точно не пускали. Почтенную публику развлекала пятёрка музыкантов, наигрывающих что-то весёлое и заводное.
Настя только теперь, глядя на эти огни и вкусности, поняла, как же она чертовски голодна и как бесконечно устала.
– Прошу за мной, милорды! – зазывал меж тем хозяин, уводя их от пиршества вверх по одной из двух витых лестниц.
Он сделал один мимолётный знак, и следом увязались две девушки из прислуги. Шум и гомон остался внизу. Они достигли тускло освещённого коридора с множеством дверей, как в настоящем отеле. В коридоре стоял грозного вида молодчик, скорее напоминавший тюремщика, чем портье. Здесь хозяин остановился.
– Милорды, должно быть, уже знают о правилах нашего заведения? В правое крыло мы заселяем только супружеские пары. В левое – мужчин. Верхние комнаты предназначены для женщин. В левом крыле осталась только одна комната, к сожалению. Сами понимаете – праздник! Поэтому вам придётся потесниться втроём, милорды! А вас, миледи, мы разместим с удобствами, каждую отдельно!
– Э, нет! Драгоценный Вы наш… – протиснулся вперёд Эливерт.
– Зовите меня, эрр Лэнн! – любезно подсказал трактирщик.
– Так вот, эрр Лэнн, – продолжил атаман, не сбиваясь, – тут вышло недоразумение! Нам нужно как раз в правое крыло! Ведь эта красавица, – Эл привлёк к себе Рыжую, – моя любимая всем сердцем жена. А эта миледи – супруга милорда рыцаря. К тому же ей нехорошо! Она, признаться, – разбойник перешёл на шёпот, – нынче на сносях. Оставлять её одну – никак невозможно! Так что дайте нам две комнаты в правом крыле, а уж лэгиарна, так и быть, отправьте налево!
– Конечно, милорд! Как только Вы покажете мне ваши подорожные, где вписаны ваши супруги.
– Эрр Лэнн! – мурлыкнул с улыбкой Эливерт. – Поймите, мы путешествуем э… тайно! Это королевские дела, в которые Вам лучше не встревать! И мы предпочли бы не раскрывать своих имён. Потому… Решим всё иначе! Сколько будут стоить три комнаты на эту ночь и завтрашний день?
– Тридцать фларенов, – улыбнулся в ответ трактирщик.
– О, да это просто грабёж! – покачал головой атаман. – Но давайте так – мы заплатим в два раза больше, и две из этих трёх комнат будут в правом крыле!
– Милорд, правила «Золотого гуся» одни для всех. Даже если сюда приедет сам король Кенвил ар Лоннвин с любовницей – они будут ночевать в отдельных комнатах, – любезно улыбаясь, ответил хозяин. – Занимайте те, что остались, или проваливайте на улицу! Накануне праздника Девятизвездья вы всё равно ничего лучше в этом городе не найдёте.
– Эрр Лэнн, но миледи действительно очень плоха! – взмолился Кайл. – Позвольте хоть кому-то остаться с ней! Неужели Вы сами не видите – нам не до любовных утех!
Хозяин покосился на Соур с подозрением.
– А что с ней такое? Может, мне лучше сразу отправить вас подальше?
– Нет, нет! Она не доставит Вам хлопот! Нам нужна лишь комната, а потом мы приведём лекаря. Лекаря ведь Вы к ней пустите?
Хозяин надулся как жаба.
– Ох, вечно достаётся мне за мою доброту! Хорошо, лекаря пущу, но только в сопровождении служанки! А если она так плоха, пусть другая миледи ночует с ней!
– Да что мне с ней делать? – испугалась Настя. – Я ничего не смыслю в этих травках и отварах, которыми её надо лечить!
– Выбора нет, – вздохнул Кайл. – Мы постараемся найти целителя, как можно скорее. А Вы пока присмотрите за ней! Если станет хуже, спуститесь вниз – кто-нибудь из нас будет в зале. Вниз ведь даме можно?
– Разумеется, милорд! Миледи может даже поужинать с вами. У нас отменные кушанья подают сегодня!
– Хорошо, – вздохнула Настя, подставляя плечо тяжело облокотившейся на неё Соур. – Я спущусь рассказать, как мы обустроились.
И девушки медленно побрели дальше по лестнице, уводящей куда-то вверх, под крышу дома.
– А теперь тридцать фларенов, милорды, и я провожу вас в вашу комнату! – услыхала Настя позади.
– То есть, как это тридцать? Мы же теперь всего две комнаты берём! – возмутился Эливерт.
– Станете спорить, и я вспомню, что Вы мгновение назад предлагали мне шестьдесят! – пообещал Лэнн.
– Чтоб тебе! – плюнул Эливерт, и золотые фларены зазвенели, перетекая из его руки в потную ладонь хозяина «Золотого гуся».
***
Соур притихла, погрузившись вновь в странное состояние где-то между сном и забытьём. А Настя так и не решилась прилечь, хоть и валилась с ног от усталости. Она то и дело поглядывала, как тяжело и редко дышит фрейлина Лиэлид, бледная и осунувшаяся. Сейчас, в свете лампады, её вид пугал ещё больше. Романова боялась сомкнуть глаза – вдруг больная умрёт во сне, а Настя не услышит и не успеет помочь.
Впрочем, чем она может помочь? Она ничего не смыслит в болезнях и лечении. А тут – не вызовешь скорую, укол не поставишь и даже просто в аптеку за таблеткой не сбегаешь.
«Только бы лекарь нашёлся! Только бы нашёлся! Быстрее, ребятки, милые мои! Быстрее! Помоги им Великая Мать!» – мысленно молилась она.
А минуты тянулись так медленно, так невыносимо медленно. Чтобы хоть как-то отвлечь себя от тягостного ожидания, Настя решила умыться и привести себя в порядок.
Благо, молчаливая служанка, что провожала их до комнаты, сразу после заселения принесла целое ведро горячей воды. Настя перелила её в большую лохань, разделась и приступила к водным процедурам, насколько позволяли размеры её импровизированной ванны.
Это, в самом деле, немного отвлекло от тягостных мыслей, но напомнило девушке, что желудок у неё давно пустой, и в него вполне может войти небольшой слонёнок. Слонов в Кирлии не водилось, а вот перекусить действительно не мешало.
Романова выбралась из лохани, натянула свои джинсы, приодела чистую блузку с красивым декольте. Постирала ту, в которой приехала. Предварительно вытряхнула из потаённого кармана свои драгоценные серьги и колье. Подумала, куда бы их спрятать, но надёжного места не обнаружила. И, опасаясь потерять золото, Настя решила временно нацепить украшения на себя. Не лучший вариант, но умнее она не придумала.
Время шло…
А больше никто не шёл.
Злость и тоска одолевали Настю всё больше – оставили её тут одну, голодную и усталую. Хоть бы ужин заказали ей в комнату, или прислали служанку с новостями. Хотя, новость могла быть только одна – лекарь. А если бы он нашёлся, он был бы уже здесь!
Но ведь Кайл сказал, что кто-то из них будет ждать её в зале. Не тюрьма же это, в конце концов! Настя посмотрела на спящую Соур, бледную, словно мёртвая царевна на хрустальном ложе. Грудь её мерно вздымалась при каждом редком вздохе, и умирать в ближайшую четверть часа она, кажется, не планировала.
– Я мигом! – пообещала Настя, подхватила пустой кувшин со стола и выскочила из комнаты, плотно прикрыв дверь.
В коридоре дежурил такой же «цербер», как этажом ниже, но только в юбке.
– Миледи что-то желает? – спросила «церберша», даже не пытаясь изобразить любезность.
– Я спущусь вниз! Нам пить нечего, – Настя как щитом прикрывалась кувшином.
– Я могу позвать служанку – она всё принесёт, – заверила та, преграждая путь.
«Странные они тут какие-то!» – насупилась Романова, но не отступила.
– Не утруждайте себя! Я и сама пока не знаю, что хочу. Внизу посмотрю, что пьют и едят ваши гости, и выберу. Это ведь не запрещают ваши правила?
– Как скажите, миледи! – покорно гавкнул «цербер», отступая в сторону.
«Победа!» – мысленно возликовала Настя, торопливо сбегая по лестнице.
***
Зал внизу сиял тысячей свечей, девушка от их блеска зажмурилась, замерла, пытаясь усмотреть среди множества гостей кого-то из друзей.
Наконец, её взор наткнулся на Эливерта, ворковавшего с какой-то девицей.
Ну, разумеется! Что ещё можно было ожидать!
Рыжая решительно направилась к разбойнику.
Атаман зря время не терял – на столе блюдо с какой-то дичью, бутыль вина, уже опустошённая, по меньшей мере, на треть. Да ещё эта краля из местной обслуги, нависавшая над столом всем своим роскошным бюстом!
Эл что-то у неё спрашивал, та отвечала, хихикая. Но всё внимание атамана было сосредоточенно явно не на разговоре – он даже не заметил подлетевшую к ним Настю. А та (рыжая фурия!), выждав секунду, толкнула бочком откляченный зад служанки и, прошмыгнув мимо, плюхнулась на свободную скамью напротив разбойника.
– Ой, дорогой, я смотрю, ты уже ужин нам заказал? Как мило! – сказала она с лучезарной улыбкой. И добавила, сунув оторопевшей служанке пустой кувшин: – А сюда просто чистой воды налейте!
Девица глянула на Настю, на Эла, фыркнула и поспешила прочь.
– Дэини, счастье моё, что за выходки? – развёл руками атаман. – Я тут только связи налаживать начал…
– Ах, связи! – зашипела Настя. – Я там сижу с этой полумёртвой курицей, в полном неведении! Голодная как собака! Да какая там еда – у нас даже воды нет! Но на это всем плевать! Ведь ты тут опять строишь глазки какой-то местной потаскушке. Это куда важнее! Следят они за чистотой нравов! Мальчики налево – девочки направо! А шлюшки трактирные только и ждут, кем бы поживиться! И ты даже сейчас не можешь устоять, да?
– Не вижу повода отказывать себе в удовольствии, – нагло улыбнулся Эл.
И Настя осеклась, потеряв дар речи от такой беспардонности.
– О! Я вижу, ты закончила? – невозмутимо продолжил Эливерт. – Очень хорошо! Изволь не рычать на полтрактира! Ты слишком много внимания привлекаешь к себе, даже молча. А уж когда возмущаешься так искренне и пылко, на тебя со всех сторон глазеют! А нам это не нужно, правда? Зачем ты нацепила эти цацки?
Атаман протянул руку через стол, словно желая приласкать Настю, заботливо перекинул несколько рыжих локонов с одной и другой стороны, прикрывая золотые серьги и изящное колье, а заодно и излишне глубокий вырез её блузки.
– Это, конечно, приличное заведение. Но донельзя неприличный город! И, если ты не хочешь, чтобы с тебя сняли это золотишко вместе с головой, будь добра, не искушай народ! Прости, что не догадался отправить ужин тебе в комнату, но ты ведь пообещала спуститься сюда. Вот я и ждал тебя здесь! Как ты могла подумать, что я о тебе забыл, сердце моё?
От таких нотаций Настя остыла моментально. Попыталась втянуть голову в плечи и с трудом поборола желание прямо сейчас снять опасное золото.
– А почему ты здесь остался? – спросила она, меняя тему. – Я думала ты за лекарем пойдёшь – ты же знаешь город!
– Я тоже так думал. Кайл по-другому решил! Сегодня, видно, не мой день. После моего провала он заявил, что сможет быть убедительнее меня. Не переживай! Хозяин за определённую доплату дал им с Наиром провожатого из прислуги. Тот отведёт их к лекарю. И да поможет нам Мать Мира, чтобы этот лекарь оказался не каким-нибудь шарлатаном!
Эл без лишних слов подвинул тарелку с мясом ближе к Насте. И та накинулась на еду, не дожидаясь, пока её станут упрашивать.
– А меня тут оставили. Как самого нахального! Решили, если тебе будет нужна помощь, я найду способ прорваться наверх. Знаешь… – Эл задумчиво оглядел трактир, – тревожно мне как-то… Неспокойно. Предчувствие, что ли? Будет лучше, если ты вернёшься наверх. И подождёшь там.
– Ты думаешь, им что-то угрожает? Может… – с тревогой начала Настя, но замолчала, потому что вернулась та девица с кувшином воды, и Рыжая отвлеклась на неё, с неприязнью ожидая, пока та удалится.
– Нет, Дэини! Мне просто не по душе это место. Всё это ерунда! Но лучше, забирай еду, ступай наверх и запри дверь, пока Кайл не приведёт лекаря!
– Я уже наелась. Пойду!
Настя поёжилась: внезапно светлый зал трактира показался неуютным и враждебным. Мысленно ругая себя за мнительность, Рыжая схватила кувшин с водой и поспешила обратно в свои апартаменты.
Соур уже не спала.
Не успела Настя переступить порог, как та стала сетовать, что её все бросили умирать одну. Дэини стойко снесла эти жалобы, напоила её водой, потом ещё какой-то дрянью, которую Соур попросила достать из её сундучка. После чего больная опять уснула. Настя, теперь уже сытая и не столь злая, в конце концов, устала от беспокойных мыслей настолько, что и сама решила хотя бы прилечь. Вскоре сон одолел и её…
- Writer
