Не буди во мне Зверя

Глава 10

Агата

Я вылетела из кухни, чувствуя, как лицо буквально горит от стыда и ярости. Марсель провожал меня громким, довольным смехом, который, казалось, звенел прямо у меня в ушах. Этот невыносимый тип… он наслаждался каждой секундой моего смущения!

Схватив ключи, я почти бегом пересекла двор. Запрыгнув в свою машину, я заблокировала двери и, вдавив педаль газа, рванула с места так, что колеса провернулись по гравию. Сердце колотилось как бешеное. Вся моя выдержка, которую я годами оттачивала, превратилась в труху под его насмешливым взглядом.

Дорога до университета пролетела как в тумане. Я постоянно поправляла воротник, пытаясь скрыть след на шее, и чувствовала себя какой-то… отмеченной.

Оля уже ждала меня у крыльца корпуса, приплясывая на месте от холода. Увидев мою машину, она тут же замахала руками. Как только я припарковалась и вышла, она вцепилась в мой локоть.

— Агата, ну чего такая помятая? Мы же договорились всё обсудить! Ты где пропадала? Марсель на свадьбе выглядел так, будто ему вообще плевать на происходящее, надеюсь, ты не слишком сильно испугалась?

Я молча потащила её в сторону пустой аудитории, стараясь не думать о том, как странно я выгляжу со стороны.

— Оль, ты не поверишь, — начала я, едва мы зашли внутрь и закрыли дверь.

— Так, — она прищурилась, внимательно оглядывая меня с головы до ног, — давай выкладывай. Ты выглядишь как человек, который либо пережил апокалипсис, либо провёл очень страстную ночь.

Я прислонилась к столу, чувствуя, как дрожат руки.

— Он… он просто невыносим, — я выдохнула, чувствуя, как к горлу подкатывает всё: и злость, и то самое странное возбуждение, которое я никак не могла придушить. — Он ведет себя так, будто я его личная собственность. И знаешь, что самое ужасное? Я, кажется, получаю от этого удовольствие. Если бы ты знала, что он вытворяет…

Ольга подалась вперед, округлив глаза:— Подожди, подожди! Неужели между вами было… ну? В прямом смысле?

Я закрыла лицо рукой, понимая, что краснею с новой силой.— Было, Ольга. И это было… ужасно. И одновременно так, что у меня до сих пор ноги подкашиваются. Он не дает мне ни единого шанса на то, чтобы хоть как-то сохранить уважение к себе.

— Господи, Агата! — Ольга рассмеялась, хлопая в ладоши. — Ты же вчера еще рассказывала, какой он чурбан бесчувственный! Давай, выкладывай всё, без купюр. Что именно он такого сделал?

Ольга подалась вперед, впившись в меня взглядом, в котором смешались восторг и искреннее беспокойство. Я рассказала все коротко, по емко.

— Агата, ты серьезно? Ты вчера была готова подать на развод, а сегодня сидишь тут с таким выражением лица, будто сама еще не понимаешь, что с тобой произошло!

Я сжала края стола, чувствуя, как внутри подкатывает волна бессилия вперемешку с чем-то пугающе ярким.

— Я в ловушке, Ольга! Он не просто муж, он — стихия. Я пыталась играть в разумную жену, пыталась выстроить дистанцию, а он… он просто выжег во мне все эти границы за одну ночь, — я прерывисто вздохнула. — Он циничный, жесткий, ведет себя так, будто я его трофей, и при этом у него хватает наглости смеяться мне в лицо, когда я пытаюсь возмущаться.

— И ты просто позволила ему? — Ольга осторожно коснулась моего плеча.

— Проблема в том, что я не смогла иначе! В его руках я теряюсь, понимаешь? Я до смерти боюсь того, как быстро он меня ломает. Вся эта боль, агрессия, этот его полный контроль… это отвратительно и унизительно, но… — я запнулась, не в силах признать правду даже самой себе. — Но я до сих пор чувствую его руки на своей коже. Я как будто стою на обрыве — один шаг, и я либо разобьюсь, либо… либо мне это действительно нужно.

Ольга тихо рассмеялась, глядя на меня с пониманием:— Агата, моя милая, ты же понимаешь, что это не просто «нужно»? Ты влипла по самые уши. У тебя в глазах сейчас такая буря, что ни о каком равнодушии речи быть не может.

— Не смейся! — я почти сорвалась на крик, прикрыв лицо дрожащими ладонями. — Это не любовь, Ольга, это, наверное, потому что он мой первый. Я ненавижу его за то, как он со мной обращается, и ненавижу саму себя за то, что до сих пор хочу повторения. Я проклинаю этот брак, но боюсь, что если сегодня вечером он не придет ко мне, я сойду с ума.

В аудитории повисла тишина, тяжелая и давящая. Я впервые озвучила свои мысли вслух, и от этого стало еще страшнее.

— Он разрушит меня, — прошептала я, глядя в пустоту.

— Или ты разрушишь его, Агата, — задумчиво ответила Ольга. — С такими аппетитами, как у твоего мужа, рано или поздно он сам окажется в том же капкане, в который ты уже попала. Просто будь осторожна.

Учеба тянулась невыносимо медленно. Лекции в одно ухо влетали, из другого вылетали, пока я то и дело ловила себя на том, что кручу на пальце обручальное кольцо. Оно казалось тяжелым, как кандалы, но при этом странным образом грело кожу.

На большой перемене я как обычно пила кофе в коридоре с Ольгой, когда на горизонте нарисовался Слава. Он был из тех парней, которые всегда улыбаются, даже если им только что отвесили пощечину.

— Привет, красавицы, — Слава расплылся в своей фирменной улыбке и протянул мне шоколадный батончик. — Агата, ты сегодня какая-то задумчивая. Опять голова болит?

Я вздохнула, глядя на него с тем самым чувством жалости, которое он, кажется, принимал за скрытый интерес.— Слава, привет. Спасибо за шоколадку, но… у меня все в порядке. И я же просила тебя не тратить на меня время. Сколько можно?

Ольга, стоявшая рядом, сложила руки на груди и закатила глаза:— Слава, дружище, ты как тот герой-любовник из дешевых сериалов. Она тебе доходчиво объяснила: шансов ноль. Ну, не твой это путь, пойми ты наконец!

Слава не смутился. Он перевел взгляд с меня на Ольгу, а потом снова на меня, проигнорировав выпад подруги.— Я просто забочусь, — он понизил голос, став серьезнее. — Я знаю, что ты вышла замуж, Агата. Это странный брак, все в универе об этом шепчутся. Он… ну, не твой типаж. Какой-то брутальный тип с вечно хмурой рожей.

Я невольно дернула плечом, вспоминая, какая эта хмурая рожа была вчера ночью.— Слава, это мой муж. У нас… свои отношения. И я замужем. Это важное слово, слышишь? Оно означает, что дискуссия закрыта.

— Пока ты не со мной — дискуссия открыта, — парировал он, упрямо поджав губы. — Я не слепой, Агата. Ты выглядишь как человек, который не в медовом месяце, а в зоне боевых действий. Я готов ждать. Сколько угодно.

Ольга рассмеялась, толкнув меня локтем в бок:— Агата, слышала? У тебя есть преданный рыцарь, который готов дежурить у ворот твоего замка, пока твой дракон не сожрет его окончательно. Ну, самопожертвование высшего уровня!

— Слава, правда, перестань, — я попыталась улыбнуться, но внутри что-то екнуло. — Он не дракон. Не хочу, чтобы у тебя были неприятности из-за твоих фантазий.

— Пусть попробует что-то сделать, — Слава приосанился, пытаясь выглядеть уверенно, хотя выглядело это скорее мило, чем грозно. — Я просто говорю: если он тебя бросит, передумает или просто… ну, вы поймете, что разошлись — я буду первым номером в списке. Запомни это.

— Ты безнадежен, — вздохнула я, глядя на него с тихой печалью.

— Я не безнадежен, я терпелив, — он снова улыбнулся и махнул рукой. — До завтра, Агата. И подумай над моим предложением. Хотя бы о шоколадке.

Когда он отошел, Ольга покачала головой:— Ну и кадр. У тебя муж — ходячая опасность, от одного вида которого хочется спрятаться в бункере, а у тебя тут Слава с батончиками и надеждой на второй номер.

— Он не плохой, Оль, — я горько усмехнулась. — Но он даже не понимает, в какой игре я сейчас участвую. Если бы он хоть раз увидел Марселя в гневе… он бы не просто бежал, он бы из города эмигрировал. Не то что бы я видела, но даже представить страшно.

— Слушай, — Ольга хихикнула, — а представь, если Марсель узнает? Ты же понимаешь, что он сделает со Славой? Он его этим батончиком на завтрак скормит!

— Не напоминай, — я поежилась, чувствуя, как внутри пробежал холодок. — Пошли на лекцию. Надеюсь, до вечера я больше никого не разочарую своим статусом занятой женщины.

Мы завалились в небольшое кафе рядом с университетом. Ольга заказала огромный латте, а я механически крутила в руках свою чашку, пытаясь собрать мысли в кучу.

— Ну же, Агата, колись! — Ольга откинулась на спинку дивана, внимательно изучая мое лицо. — Твой брак — это же сделка, я прекрасно это помню. Твой отец буквально с потрохами продал тебя этому Марселю. Но ты выглядишь не как человек, которого тяготит эта ноша. Почему ты до сих пор там, если этот тип такой деспотичный?

Я нервно закусила губу. О том, какую истинную цель преследовал мой отец и какая роль была отведена мне, я не могла сказать даже ей. Это была та самая тайна, которая напрягала меня похлеще любого другого секрета.

— Это не так просто, Ольга, — я запнулась, подбирая слова. — Отец… он считает, что этот союз важен для компании. У меня нет выбора, ты же знаешь. Я просто пытаюсь… существовать в этих рамках. Но он ведет себя так, будто весь мир вращается вокруг его желаний. Он привык, что все перед ним стелются, и меня это бесит.

Ольга хмыкнула, задумчиво помешивая кофе.— То есть ты решила идти напролом? Хочешь доказать ему, что не собираешься прогибаться? Агата, ты хоть понимаешь, насколько это рискованно? Если ты будешь продолжать воевать с человеком, который буквально дышит опасностью, он просто растопчет твои границы.

— Он уже пытается, — я горько усмехнулась. — Но он уверен, что мои игры — это просто капризы, которые легко лечатся физической близостью. Он думает, что секс — это универсальный способ заткнуть мне рот.

Ольга скептически приподняла бровь.— И, судя по твоему лицу, этот способ работает куда лучше, чем хотелось бы, да? Ты сама сказала, что тебе… понравилось.

Я резко отставила чашку, чувствуя, как внутри снова вспыхивает тот самый жар, который я ощущала под его руками.

— В этом и заключается самая большая ошибка, Ольга. Я не ожидала, что его воздействие будет настолько сильным. Я планировала оставаться холодной, контролировать свои эмоции, не позволять ему видеть мои истинные чувства. А в итоге я сама оказалась на грани потери контроля. Он как омут — чем больше я пытаюсь держаться от него подальше эмоционально, тем быстрее он меня затягивает.

Ольга сочувственно вздохнула, глядя на меня с пониманием.

— Ты играешь с огнем, Агата. Ты хочешь доказать ему свою силу, а рискуешь сгореть сама. Просто будь осторожна. Потому что если ты окончательно потеряешь голову, цена будет слишком высокой.

Я промолчала, наблюдая за тем, как за окном сгущаются сумерки. Впереди меня ждал дом, ждал Марсель и ждала очередная ночь, в которой мне предстояло снова доказывать себе и ему, что я не являюсь его собственностью. И я сама себе не признавалась в том, что жду этой встречи гораздо больше, чем следовало бы.