Марсель
Я проснулся раньше неё. Солнечный свет пробивался сквозь плотные шторы, высвечивая пылинки в воздухе, но взгляд мой был прикован к Агате. Она спала, разметав волосы по подушке, и выглядела сейчас до невозможности беззащитной, если не считать ссадин и следов, которые я оставил на её теле прошлой ночью.
Ночь была долгой. Удивительно долгой. Она сопротивлялась — сначала из гордости, потом из чистого упрямства, но тело её говорило само за себя. Люди, которым действительно неприятно, не извиваются под тобой с таким жаром и не впиваются ногтями в спину, оставляя борозды, которые жгут до сих пор. Она стонала так, что стены могли рухнуть, и отвечала на каждый поцелуй с той же дикой жадностью, что я в нее вкладывал.
Если ей нравится эта игра в неприступную ледяную королеву — ради бога. Но сегодня я напомню ей, кто именно царапал мне спину, пока срывался голос.
Я встал, привел себя в порядок и спустился к завтраку. Когда она вошла в столовую, ее вид меня позабавил: Агата старательно смотрела в тарелку, не поднимая глаз, словно вчерашнего пожара не было. Слишком старательно. На бледной шее виднелось пятно, которое я поставил ей под утро, и она пыталась скрыть его высоким воротником блузки.
— Доброе утро, жена, — я отложил газету и одарил ее самой невинной улыбкой, на которую был способен. — Надеюсь, ты выспалась? Судя по тому, с каким энтузиазмом ты царапала мне спину, сил у тебя остаться не должно было.
Она вспыхнула, став ярко-розовой, и вцепилась в вилку так, что та едва не хрустнула.— Не припоминаю, чтобы я что-то делала, — отрезала она, хотя уголок её рта подозрительно дрогнул. — Это были нервы.
— Нервы? — я перегнулся через стол, понизив голос до бархатного шепота. — Хм, я думал, это страсть. Знаешь, обычно от нервов не бывает таких звуков, какие ты издавала, когда я…
— Замолчи! — она вскинула голову, блеснув глазами, но я заметил, как спряталась улыбка за быстрой вспышкой гнева. — Ты ведешь себя отвратительно. И вообще, мне пора на занятия.
— На занятия? — я медленно допил кофе, наблюдая за тем, как она встает, пытаясь сохранить достоинство. — Может, останешься? Раз уж мы так продуктивно узнавали друг друга всю ночь, я бы с удовольствием продолжил наш тест-драйв.
Она едва не подавилась воздухом, ее глаза округлились, а щеки стали еще краснее.— Совсем с ума сошел? — фыркнула она, почти выбегая из столовой. — У меня учеба, Марсель!
Я рассмеялся ей вслед. Боже, как же это было сладко — наблюдать за тем, как рушится её идеальная маска. Она может бежать на учебу, может запираться в своих учебниках сколько угодно, но теперь я знаю, какие звуки она издает, когда её гордость окончательно ломается. И я знал точно: сегодня вечером она вернется. Потому что те раны на спине — это был только первый акт.
Запах пота и магнезии в спортзале встретил меня как родной. Игорь и Лева уже были на месте, разминаясь перед основной тренировкой. Я стянул футболку, не задумываясь, и только когда натянул майку, почувствовал, как ткань неприятно цепляет кожу спины.
— О, гляди-ка, кто пришел! — Лева первым заметил меня, отложив гантели. Он прищурился, вглядываясь в мою спину. — Марсель, мать твою, ты где так удачно время провел? У тебя на спине будто стая кошек разборку устроила.
Игорь подошел ближе, присвистнул.— Ничего себе узоры. Ты что, с леопардом боролся? Или твоя тихая мышка решила показать, где ее место?
Я усмехнулся, проходя к стойке с водой.— Подрала немного, — бросил я небрежно, наливая воды. — Оказалось, когти у этой куклы вполне настоящие.
Лева заржал, хлопая себя по коленям.— Да ладно? Ты серьезно? Она? Да она ж на свадьбе выглядела так, будто от одного вида потных мужиков в обморок упадет! Марсель, признавайся, ты что, вчера ночью с ринга не вылезал?
— Рот закрой, Лева, — я бросил в него полотенцем, но глаза по-прежнему скалились в ухмылке.
Игорь подошел вплотную, понизив голос:— Ты сейчас не шутишь? Она так… активно ответила? Та, что хук тебе в корпус прописала?
Я допил воду и обернулся к ним, чувствуя вполне мужское удовлетворение.— Активно — это мягко сказано. Вчера она была в ударе. Приятный сюрприз, скажу я вам. Ожидал, что придется возиться как с мешком картошки, а она… ну, скажем так, не дала мне заскучать.
Лева вытер выступившие от смеха слезы.— Я же говорил! Рэмбо в кружевах! Старик, да ты попал. Весь город думает, что ты в кабалу к магнату попал, а ты, оказывается, нашел себе такую жену, что тебе не только кровать, но и, видимо, спину от когтей беречь надо!
— Не неси чуши, — я отмахнулся, вставая в стойку. — Это был просто хороший секс. Она бесилась, пыталась доказать, кто главный, в итоге оба пар выпустили. Никакой романтики, просто физиология.
— Ой, заливай! — хохотнул Игорь. — Мы ж видим, ты довольный ходишь, аж светишься. Раньше ты перед работой злой как черт был, а сегодня прям сама доброта.
— Я доволен тем, что не ошибся в своем выборе, — отрезал я, начиная разогревать плечи. — Она оказалась вполне пригодной. А подколы свои приберегите до конца тренировки. Кто проиграет в спарринге — будет тот еще побитый леопард.
— Слышали, парни? — Лева тут же выпрямился. — Сегодня у шефа хорошее настроение, значит, тренировка будет что надо. Погнали, покажу, на что способен настоящий самец, а не только твоя кошка!
Я хмыкнул, вступая в бой. Мысли о ней промелькнули как что-то мимолетное, но приятное. Сегодняшняя ночь обещала быть не менее интересной, и что-то мне подсказывало, что она будет сопротивляться еще яростнее. А мне это было только на руку.
Весь остаток дня прошел в удушающей атмосфере офисных стен. Планирование закупок, бесконечные переписки и куча бесполезных бумаг вызывали лишь желание сгрести всё это и выбросить в окно. Обычно в такие дни я был максимально сфокусирован, но сегодня внимание постоянно соскальзывало.
Стоило мне на секунду откинуться на спинку кресла, как перед глазами всплывал вчерашний вечер. Я вспоминал, как она выглядела, когда я сорвал с нее платье — яростная, упрямая, даже испуганная, но при этом чертовски желанная. Я был чертовски доволен. Она оказалась куда более подходящей, чем я предполагал, и этот факт странным образом поднимал мне настроение даже посреди самой нудной рутины.
Телефон на столе завибрировал. Очередное сообщение от Виктора Николаевича.
«Марсель, взгляни на цифры. Это потенциал твоих залов, упускаешь колоссальную выгоду…»
Я даже не стал открывать файл. Мой ответ был дан четко и ясно еще вчера, и если этот старый лис не умел принимать отказы, это была исключительно его проблема. Следом пошла мелодия входящего звонка — он снова надеялся додавить меня лично. Я просто перевернул смартфон экраном вниз, игнорируя назойливый шум.
Меня раздражала не только его навязчивость, но и то, как он пытался продать мне свою дочь вместе с сомнительной химией. Но теперь, когда я узнал, на что она способна в постели, его план выглядел еще более жалким. Я не собирался пускать его в свой бизнес, но сама Агата… Она прочно засела в голове.
— Босс, отчеты готовы, — заглянул в кабинет секретарша.
— Оставь на столе, — буркнул я, едва сдерживая раздражение.
Я снова посмотрел на часы. До вечера еще оставалось несколько часов, которые тянулись словно патока. Я поймал себя на том, что жду возвращения домой не для того, чтобы отдохнуть, а чтобы снова проверить, насколько хватит её выдержки. Было что-то по-настоящему азартное в том, чтобы взять эту строптивую девчонку и каждый раз доводить её до той точки, где вся её гордость рассыпается в стоны.
Я поднялся, потянулся и подошел к панорамному окну. Город под ногами казался муравейником, суетливым и бестолковым. Отец Агаты считал, что графики прибыли — это то, что заставит меня передумать. Он глубоко ошибался. Больше, чем деньги, меня сейчас интересовала только одна вещь: какая же она на самом деле, когда никто не видит — когда она не кукла и не боец, а моя женщина, которая уже не может сопротивляться тому, что я с ней делаю.
Я взял ключи от машины. Рабочий день для меня был окончен. Планы Виктора летели к черту, а вот мои собственные — были гораздо интереснее.