Развод. Теперь я - твой кошмар.

Ответный ход королевы

Аделина вернулась в свой пентхаус, когда часы показывали два часа ночи. Сбросив туфли на шпильке, она прошла к панорамному окну. Её пальцы всё еще помнили то обжигающее, фантомное прикосновение Александра к её шее на ужине.

«Он играет со мной, — лихорадочно думала она, глядя на огни засыпающего города. — Он намеренно коснулся той родинки. Он хочет, чтобы я запаниковала, совершила ошибку и открылась ему. Он думает, что зажал меня в угол своими лилиями и загадками».

Аделина хищно зажмурилась, и на её губах появилась холодная, уверенная улыбка.

— Ты забыл, Александр, с кем имеешь дело, — тихо прошептала она. — Ты думаешь, что ты охотник? Посмотрим, как ты запоешь, когда твоя собственная ловушка захлопнется на твоей шее.

Она прошла в свой рабочий кабинет, включила защищенный ноутбук с тройным шифрованием и вызвала на экран скрытые базы данных. В её руках были не просто патенты Хоторна. За последние годы, тайно работая на международных биржах, Аделина изучила всю структуру активов «Демидов Кэпитал». Она знала то, о чем не догадывались даже налоговые службы.

Александр Демидов держал тридцать процентов своего личного резервного капитала в закрытом швейцарском банке «Vontobel». Эти деньги были его неприкосновенным фондом на случай глобального кризиса. Счета были оформлены на оффшорную структуру, ключ от которой хранился на зашифрованном цифровом токене.

Но Аделина была гением цифровых комбинаций. Четыре года назад, когда Юлиан заставил её присутствовать на скучном благотворительном вечере, где Демидов был главным гостем, она случайно услышала его разговор с швейцарским банкиром. Александр тогда обронил всего одну фразу о кодовой системе своей безопасности, но для сверхострого ума Аделины этого было достаточно, чтобы построить математическую модель его шифров.

Пальцы Аделины стремительно застучали по клавиатуре. Логистические компании фонда «Этель» мгновенно инициировали встречные иски по старым обязательствам европейских партнеров Демидова. Это был отвлекающий маневр. Пока юридическая служба Александра отбивала эту явную атаку, скрытые алгоритмы Аделины заблокировали транзакции банка «Vontobel» под предлогом «проверки на чистоту капитала».

Швейцарские счета Александра Демидова оказались заморожены ровно на сорок восемь часов. Для миллиардера такого уровня два дня без доступа к личной ликвидности — это финансовый паралич в условиях жестких биржевых торгов.

Аделина откинулась на спинку кресла, и в её памяти вспыхнул вечер из её прошлой, замужней жизни. Юлиан тогда праздновал крупную победу и пригласил Демидова к ним в особняк на ужин. Аделина весь вечер скромно разливала вино, стараясь быть незаметной.

Юлиан, изрядно выпив, начал хвастаться: «Александр, мои счета — это кремень! Ни один хакер в мире не подберется к моим активам!»

Демидов тогда лишь снисходительно улыбнулся, и его темный, пронзительный взгляд на секунду скрестился со взглядом Аделины: «Юлиан, абсолютной безопасности не существует. Самая уязвимая часть любой системы — это высокомерие её владельца. Достаточно одной маленькой детали, одной женщины, которая знает твои слабости, чтобы вся твоя империя превратилась в пепел».

Юлиан тогда лишь громко рассмеялся, а Аделина внутри содрогнулась от того, как глубоко Демидов зрел в суть вещей. Александр уже тогда был чертовски проницателен. Но он не учёл, что этой «маленькой деталью» для него самого станет именно она.

Аделина закрыла ноутбук. Ответный ход сделан. Посмотрим, как Охотник справится с потерей контроля.

Следующее утро в офисе «Демидов Кэпитал» началось с катастрофы.

Александр влетел в свой кабинет, с корнем срывая галстук. Марк бежал за ним, бледный как полотно.

— Александр Игоревич! Это бред какой-то! Час назад швейцарцы прислали официальное уведомление. Наши резервные счета «Vontobel» заблокированы финансовым регулятором Лондона по запросу фонда «Этель»! Они обвиняют нас в нарушении патентных прав по логистике Хоторна!

Александр резко остановился у своего стола. Его лицо потемнело от ярости, но уже через секунду в его глазах вспыхнул такой бешеный, дикий восторг, что Марк невольно отступил назад.

— Она заблокировала «Vontobel»... — тихо, с придыханием произнес Александр. На его губах заиграла хищная, сумасшедшая улыбка. — Боже, какая женщина... Она залезла в мой личный сейф!

— Шеф, вы не понимаете, у нас через три часа торги по азиатскому сектору! — паниковал Марк. — Нам нужны эти резервы для обеспечения! Если мы не разблокируем счета, мы потеряем позиции! Что нам делать? Надавить на нотариуса? Объявить Аделину Крейг в международный розыск?

— Нет! — рявкнул Александр, и его голос прозвучал как удар грома. — Никакой полиции. Никакого розыска. Она сделала этот ход, чтобы показать мне зубы. Она отвечает на мою осаду с лилиями. Это её манифест: «Не подходи близко, иначе я уничтожу тебя».

Александр подошел к окну и сжал кулаки. Напряжение между ними достигло апогея. Она думала, что напугала его. Но она лишь разожгла в нем первобытный огонь. Александр понимал, что обычные ухаживания окончены. Она приняла бой на его территории.

— Марк, свяжись с Ковалем, — ледяным, но торжествующим тоном приказал Александр. — Передай главе фонда «Этель», что я принимаю её условия по тридцати процентам медиахолдинга. Я отдаю ей эти акции. Добровольно.

Марк открыл рот от изумления:

— Но шеф... это же капитуляция!

— Это не капитуляция, Марк, — Александр хищно прищурился, глядя на отражение своего лица в стекле. — Это наживка. Я отдаю ей тридцать процентов холдинга, но взамен контракт предусматривает её ЛИЧНОЕ присутствие на закрытом подписании в моем загородном доме в конце недели. Без масок, без скремблеров, без охраны. Только она и я. Посмотрим, хватит ли у моей беглой принцессы смелости явиться и забрать свой трофей.

В это же время Юлиан Хоторн сидел в дешевом придорожном кафе, тупо уставившись в экран телевизора, где транслировали экстренные новости о блокировке счетов Демидова.

Его бывший союзник и его главный враг уничтожали друг друга. Юлиан чувствовал себя выброшенным на обочину истории.

— Аделина... — прошептал он, сжимая в руке стакан с дешевым виски. — Ты была шпионкой... Ты всё это устроила. Я найду тебя, клянусь, я найду тебя и заставлю вернуть всё, что ты у меня забрала.

Юлиан слепо верил в свою ложь, даже не подозревая, что две главные фигуры этой шахматной партии уже вышли на финальную прямую, где на кону стояли не миллиарды, а их собственные сердца.