Развод. Теперь я - твой кошмар.

Информационный шторм

Утро понедельника началось не с кофе. Оно началось с оглушительного взрыва в прессе.

Аделина только успела переступить порог своего кабинета в фонде «Этель», как Андрей Коваль, бледный, с дрожащими руками, перегородил ей путь, держа в руках планшет.

— Аделина... Не открывайте соцсети. Там ад.

Она спокойно взяла планшет из его рук. На главном таблоиде страны красовался огромный, кричащий заголовок:

«СЕРАЯ МЫШЬ ИЛИ МЕЖДУНАРОДНАЯ МОШЕННИЦА? Как бывшая жена банкрота Юлиана Хоторна обокрала мужа и проложила путь в постель миллиардера Демидова».

Ниже красовалась серия фотографий. На одних Аделина была запечатлена пять лет назад — в мешковатой одежде, без макияжа, испуганно смотрящая в пол. На других — её недавние снимки у особняка Александра, где он срывал с неё маску. Статья была написана максимально грязно. Кристина постаралась на славу: Аделину обвиняли в промышленном шпионаже, краже чертежей «Хоторн Индастриз», а также в том, что она использовала «грязный шантаж и интимные услуги», чтобы заставить Александра Демидова отдать ей тридцать процентов акций медиахолдинга.

В комментариях бушевал шторм. Общественность, падка на грязные скандалы, мгновенно подхватила наживку. Акции «Демидов Кэпитал» на утреннем открытии биржи поползли вниз на два процента.

Аделина смотрела на экран, и её пальцы медленно сжимались. Ей было не больно — эту стадию она прошла еще в браке с Юлианом. Ей было противно. Противно от того, что её чистая, выстраданная победа и её зарождающиеся, такие хрупкие чувства к Александру были смешаны с грязью ради потехи толпы.

— Они думают, что это меня сломает, — тихо, со сталью в голосе произнесла Аделина. — Андрей, подготовьте иск о клевете.

В этот момент двери кабинета распахнулись. Александр вошел без стука. Его пальто было расстегнуто, а от всей его фигуры веяло таким ледяным, первобытным холодом, что Коваль инстинктивно сделал шаг назад. Юрист Александра, Марк, следовал за ним, непрерывно отвечая на звонки.

Александр остановился напротив Аделины. Его взгляд скользнул по планшету в её руках.

— Ты видела, — это был не вопрос.

— Видела, — Аделина слабо улыбнулась, стараясь казаться сильной. — Юлиан и Кристина. Больше некому. Они бьют по репутации фонда. Извини, Александр, твои акции падают из-за меня...

Александр вдруг сделал шаг вперед, обхватил её лицо ладонями и заставил посмотреть прямо ему в глаза. В его взгляде не было ни капли упрека — только бешеная, защищающая ярость.

— Мне плевать на акции, Аделина. Мне плевать на эти два процента, я верну их за один час. Но они посмели назвать тебя мошенницей. Они посмели выставить тебя моей содержанкой. Они перешли черту.

Александр вспомнил, как Кристина год назад пыталась пробиться к нему на закрытый аукцион, предлагая себя в открытую. Он тогда даже не дослушал её, брезгливо пройдя мимо. А теперь эта фальшивая кукла лила грязь на женщину, которая была для него святыней. Александр чувствовал, как внутри него просыпается зверь, готовый рвать зубами каждого, кто прикоснулся к Аделине.

— Марк! — рявкнул Демидов, не отпуская лица Аделины. — Включай протокол полной блокировки.

— Да, Александр Игоревич! — Марк быстро застучал по клавишам ноутбука. — Наш медиахолдинг уже перехватил контроль над серверами этого таблоида. Статья будет удалена через три минуты.

— Нет, — ледяным тоном оборвал его Александр. — Не удаляй. Пусть все видят. Но через десять минут на всех федеральных и международных каналах выйдет экстренное заявление от моего имени.

Аделина удивленно вскинула брови:

— Какое заявление, Александр?

Александр наконец отпустил её лицо, повернулся к окну и хищно улыбнулся:

— Мы не будем оправдываться, Аделина. Мы уничтожим их фактами. Марк, пускай в эфир документы о выкупе долгов «Хоторн Индастриз» фондом «Этель». Пусть весь мир увидит, что серая мышь, как они её назвали, выкупила компанию мужа на собственные деньги, пока он развлекался с моделями. А по поводу акций медиахолдинга... Выдай официальный релиз: эти тридцать процентов были не платой за постель. Это был мой официальный предсвадебный подарок моей невесте.

В кабинете повисла оглушительная тишина. Аделина даже затаила breath.

— Невесте?.. Александр, мы не...

— Будем, Аделина, — он повернулся к ней, и его глаза горели непреклонной, фанатичной решимостью Охотника. — Да, ты просила времени. Да, я обещал ждать. И я буду ждать твоего согласия в реальной жизни столько, сколько нужно. Но перед лицом прессы и этого грязного мира ты — моя женщина. Моя невеста. И любой, кто посмеет бросить в тебя камень, будет иметь дело лично со мной. Я закрою тебе рот всему миру.

Аделина смотрела на него, и внутри неё что-то окончательно рухнуло. Та самая стена недоверия, которую она строила пять лет, дала огромную трещину. Этот мужчина не прятал её, не стыдился, не пытался сделать из неё покорную куклу — он закрывал её собой от всего мира, объявляя своей королевой перед миллионами людей.

В это же время в VIP-комнате закрытого клуба Юлиан и Кристина праздновали успех, попивая шампанское.

— Смотри, просмотры растут! — Кристина тыкала пальцем в экран телефона. — Её репутация уничтожена! Демидов теперь ни за что...

Вдруг экран телевизора в комнате моргнул, и трансляция музыкального клипа прервалась. Появилась заставка экстренных новостей.

На экране появился официальный представитель «Демидов Кэпитал». На всю страну прозвучал ледяной, уничтожающий манифест Александра Демидова. Были приложены официальные банковские выписки, доказывающие, что Юлиан Хоторн — банкрот, существующий только за счет милости фонда «Этель», а Аделина Крейг — международный инвестор высшей лиги и официальная невеста Александра Демидова. В конце диктор добавил: «Против гражданина Хоторна и гражданки Кристины Мур возбуждено уголовное дело по статье о клевете и шантаже. Их счета арестованы в качестве обеспечительной меры по иску на сумму в пятьдесят миллионов долларов».

Бокал Кристины выскользнул из рук и разбился. Её телефон засыпали сообщениями от модельных агентств: «Ваш контракт аннулирован», «Мы прекращаем сотрудничество». Она в один миг стала нерукопожатной изгойкой во всем мире.

— Юлиан... — в ужасе прошептала она, оборачиваясь к любовнику. — Что ты наделал... Твой план провалился! Нас посадят!

Юлиан сидел, тупо глядя в экран. Он понял, что их маленькая подлая бомба не просто не причинила вреда Аделине — она вызвала ответный ядерный удар Александра Демидова, который похоронил их обоих под обломками собственного высокомерия.