24
786 Words
Часть 24. Саша.
«Человеку, у которого случилось горе, не смотрят в глаза».
И знакомых всё тише становятся голоса.
Повторяют одно и то же сто раз подряд.
И все реже звонят.
Человеку, который плачет, все шьют платок.
А походы в музей улучшают в душе кровоток.
Все хотят пожурить, заварить сладковатый чай.
Электрический шок — выручай!
С человеком, которому плохо, бояться остаться одни.
И всегда за окном распускаются ясные дни,
И танцует весь город в оборках лучей золотых,
И соседский каблук выбивает свой ритм выходных...
Но со всеми, как будто святой и зачумленный, врозь
Человек, у которого горе, все видит насквозь.
Marika Nova .
Тоня вошла в зал и все замерли. Моя девочка первой из нас сняла траур и поразительно, но сейчас она улыбалась. Та бледная тень, пятнадцать минут назад парящая над полом комнаты Дениса сейчас наполнилась красками и зарядила всех нас.
Тоня впервые за это время перестала плакать, Белов от облегчения распрямил плечи, словно с них свалился груз. Как я понимал его и как гордился его дочерью. Впервые благодарный этому мужчине за то, что он мне ее подарил.
Ник сидел как завороженный, он любит ее, в этом я не сомневаюсь. Не важно даже как, важно то, что он любит ее больше своей семьи.
Влад пожирает ее взглядом, даже сейчас в трауре, он руководствуется инстинктом обладать моей женщиной.
Сестры Поляковы смотрят на нее с ненавистью, но даже им стало легче от того, что кто - то из нас пришел в себя.
Привычно попытался найти глазами Дэна, но нет…. Уже нет.
Мой маленький котенок села во главу стола и никто из присутствующих не воспротивился. Сейчас было так приметно смотреть на потухшего осунувшегося Пашу, будущего главу ковена и мою девочку, которая пусть истерично, но улыбалась.
- Я тут немного…. Немного не в себе была.
Все смотрели на нее и правда, как на сумасшедшую. Никто из нас почти не разговаривал и теперь, первый кто прорезал тишину, воспринимался белой вороной.
- Улики были? - учительский тон, она не просит, она требует ответа.
- Нет, - коротко ответил Белов.
- Вообще никаких?
- Нет.
- Я проверяла. Замок цел, ведьминская сигнализация не вскрыта, - Тоня говорит очевидные вещи.
- Эта тварь, - то как Кая произносит это слово, заставляет меня задуматься, где же глубина в этой девочке. Она нескончаема, как бездна. То как она может любить и ненавидеть, поражает, - эта тварь, здесь. За этим столом. И я клянусь, - она переводит взгляд на каждого из нас, прожигая, - я клянусь, что я узнаю кто. А когда узнаю, небо вам с овчинку покажется!
Встать и зааплодировать?
Глупо было бы, но именно так и хотелось поступить.
И это все мое. Все мое! Каждый ее пальчик, каждое слово из ее рта, каждый шаг маленьких ножек. Это все принадлежит мне и я убью за нее любого.
- Кая, - первой не выдержала напор дочери Тоня, - да, что ты такое говоришь?
И боги, впервые в жизни, мне действительно захотелось придушить ее, ее же простодушием. Антонина, сколько раз тебя предавали и ты все еще удивлена всем этим?
- У тебя есть предложение, мама?
Она ломала мать, ломала взглядом, потоком энергии, голосом. Тоня несомненно, была более сильной ведьмой, но куда более слабым человеком.
- Но….
- Не, но! Паша, - Несвятов встрепенулся так, словно только вник во все здесь происходящее, - что мы будем делать?
Моя благородная девочка давала ему шанс проявить себя, показать себя лидером, стать главным. Но ему это было не нужно, сейчас это стало более чем очевидным.
- Кай!
- Забвение?
Столько лет прошло с той поры, как я перестал быть магом, но такое забыть не возможно. Забвение, сильное заклятие, выкореживающее тебя изнутри. Под ним ты становишься безвольным и выкладываешь всю правду.
- Не вариант.
Даже я удивился, почему нет?
- Кто рассудит? Придется признаться старейшинам, что такое твориться в нашем доме, это подорвет авторитет, мы станем уязвимы.
Пересекся взглядом с Беловым, да Влад, ты сделал что - то действительно стоящее в своей жизни.
- Что предлагаешь ты? - Паша безынициативен, всегда был таким.
- Лику. Я предлагаю показать вам, мою детскую подружку.
Не все сразу поняли, о чем она.
- Призраки не врут.
И я представил, как увижу ее тетку снова, спустя полсотни лет. Неприятная встреча, но ход гениальный.
Не вечен и не обречён –
И спорить хватит!
Мир этот кем-то сочинён
Искусства ради.
В нём есть и саспенс, и война,
Любовь и драма.
Нас кто-то смотрит допоздна
Перед экраном.
Ах, сколько тут интриг и бед!
Мест, где смеяться!
Какой закрученный сюжет –
Не оторваться.
И, может быть, как раз сейчас –
Всё очень просто! –
Тому, кто сочинил всех нас,
Вручают Оскар.
Теперь наш Бог – богов кумир!
Он стал известным
За самый страшный в мире мир,
За интересный,
За небанальный, непростой!
Мир дышит верой,
Трагедией и красотой,
Как все шедевры.
Marika Nova.
- Writer
