Греческие каникулы

Глава 3. Первый рабочий день

Ростов.

Серый.

Колючий ветер срывает с деревьев последние жёлтые листья, швыряет их под ноги, цепляется за подол Лизиного пальто. Она бежит по знакомой улице, но ноги словно вязнут в асфальте – медленно, слишком медленно.

Мама сидит на лавочке у подъезда, закутавшись в старый плед. Глаза пустые, смотрят куда-то сквозь дочь, в никуда.

— Мама!

Губы шевелятся, но звука нет.

— Я высылаю деньги! Лекарства помогут!

Лиза хватает её за руку – пальцы холодные, как мрамор.

Мама медленно поворачивает голову.

— Я уже умерла, — говорит она ровным голосом, будто сообщает прогноз погоды.

Крик застревает в горле.

Резкий звон будильника вырвал Лизу из сна.

Лиза вскочила, ударившись головой о низкий потолок каюты.

— Чёрт!

Она мгновенно открыла глаза, на секунду забыв, где находится. Верхняя койка, низкий потолок, чужая каюта... Потом всё встало на свои места.

За окном иллюминатора уже светило солнце, а снизу доносились голоса и шаги — команда просыпалась. На часах 7:00.

Она откинулась на подушку, давая шанс своему разуму понять, что это был всего лишь сон.

Внизу запели скрипучие пружины, Айла то же проснулась.

Нижняя палуба яхты частично была отведена под жилые и хозяйственные помещения для экипажа и гараж. Узкий коридор вёл в небольшой общий салон с обеденным столом, потрёпанным диваном, стареньким телевизором и холодильником, забитым энергетиками и бутербродами в плёнке.

От салона расходились четыре двери: Каюта капитана — самая просторная, с отдельным санузлом. Мустафа жил один и редко появлялся в общих зонах вне работы, а рабочее время проводил на капитанском мостике, разбирая документы. Каюта стюардесс — тесная, но уютная, с двухъярусными кроватями, которые Лиза теперь делила с Айлой. Каюта матросов — самая шумная. Там жили Хакан, Цезарь и третий матрос — Омар, который был в отпуске. Каюта инженера и повара — Алиджан и Мохаммед делили одну комнату, несмотря на вечные споры о порядке.

В каждой каюте был крошечный санузел, размером с душевую кабину.

— Утром тут толкучка, как в метро в час пик. Главное — не задерживайся. Не создавай помехи в узком коридоре.

В салоне уже собралась почти вся команда. Капитан пил кофе, изучая план дня, Мохаммед нарезал фрукты, а Хакан, мокрый после душа, пытался украсть у повара кусок дыни.

— Лиза, — Айла положила перед ней листок с расписанием. — Сегодня твои зоны: гостевые каюты на нижней палубе и санузлы в главном салоне. А я займусь, кабинетом и хозяйской спальней. После обеда поможешь Мохаммеду на кухне.

Инвентарная комната оказалась крошечной, но идеально организованной: полки с чистящими средствами, стерильные перчатки, пятновыводитель и маркеры в цвет мебели, салфетки из микрофибры разных цветов — для стекла, для мебели, для полов, пылесос, отпариватель.

— Здесь всё серьёзно, — пробормотала Айла, увидев выпученные глаза Лизы.

Первая гостевая каюта поразила её роскошью: огромная кровать с шёлковым постельным бельём и арабской вязью, вышитой золотыми нитками, ванная комната с мраморным душем, панорамные окна с видом на море.

— Убирать это надо безупречно, — напомнила себе Лиза, надевая перчатки. — Ни пылинки, ни реснички, как говорила Мария Павловна.

Всё содержалось в безупречном порядке, нигде не было ничего лишнего. Всё пространство было организовано идеальным образом. Прослеживалась логика в расположении каждого предмета.

— Если на лодке нет гостей, то постельное белье меняется каждую неделю, чтобы сохранить его свежесть и чистоту. — раздавала указания Айла, — если гости, то простыни меняем каждый день.

Айла распавила небольшую складку на подушке, добавив безупречность в уже существующий порядок.

— Приступай. Если я понадоблюсь, буду там. — и она ткнула пальцем в потолок, имея ввиду верхнюю палубу.

К полудню спина уже ныла, а руки пахли чистящим средством. Команда собралась на обед в кру-салоне, где пахло чесноком и специями — Мохаммед на кухне готовил что-то острое.

— Как первый день? — спросил Хакан, подвинувшись, чтобы дать ей место.

— Пока живая, — устало улыбнулась Лиза.

— Подожди, пока начнётся сезон. Тогда узнаешь, что такое настоящая работа.

После обеда Айла провела её по яхте, показывая потайные места:

— Здесь хранится запасной сервиз, тут — экстренная аптечка, а это, — она понизила голос, — личный кабинет Самира. Даже не думай туда заходить.

Они обошли все помещения, Айла ознакомила её с пожарными выходами из каждой кабины, на случай эвакуации.

Когда рабочий день наконец закончился, Лиза едва держалась на ногах. Она приняла холодный душ, так как нагреватель воды вышел из строя и рухнула на койку.

— Выжила? — усмехнулась Айла, разглядывая её красные ладони.

— Чуть-чуть.

— Завтра будет легче.

За иллюминатором мерцали огни марины. Лиза закрыла глаза, думая о маме, о деньгах, о том, что впереди ещё много таких дней.

Но она справится. Обязательно справится.

Пять дней пролетели в однообразном ритме: подъем в семь, быстрый завтрак, уборка, помощь на кухне, снова уборка. Лиза уже научилась отличать средство для полировки красного дерева от воска для палубного настила, знала, в каком шкафу хранятся запасные комплекты белья для гостевых кают, и даже освоила хитрую систему складывания салфеток, которой требовал Мохаммед.

Айла ознакомила её со всеми привычками и вкусами гостей и хозяина, которые, кропотливо записывались в отдельный журнал. Лиза знала, что Господин Самир предпочитает черный кофе без сахара, его мать пила холодную воду с тремя каплями розовой воды каждое утро, а лучший друг семьи- господин Ибрагим любит растворимым кофе Nescafe с двумя ложками сливок и сахара.

Порой, Лизе казалось, что она спит. Роскошь хозяйских комнат, сменялась теснотой и изношенностью кру-помещений. Серый Ростов из её ночных кошмаров, сменялся голубой лазурью Красного моря. Вечные отдыхающие, гуляющие по Марине в дорогих одеждах и круглосуточная работа в резиновых перчатках, как два разных мира, две планеты.

Вечер пятого дня. Команда собралась за ужином в кру-салоне. Капитан Мустафа, обычно немногословный, на этот раз отложил газету и внимательно посмотрел на Лизу.

— Завтра у тебя выходной, — объявил он, и в его голосе звучала необычная мягкость. — Первая неделя — самая тяжелая, а ты справляешься неплохо. Молодец!

Лиза, с набитым ртом (она за пять минут до этого буквально набросилась на еду, не замечая, как проголодалась за день), замерла, переставая жевать.

— Выходной?

— Да. Спи сколько хочешь, иди в город, на пляж — делай что нравится. Главное, — капитан поднял палец, — не возвращайся пьяной и не пропускай ужин.

Команда засмеялась.

— В Эль Гуне есть отличный пляж в бухте, — подсказала Айла. — Там чисто и не так много туристов.

— И не забудь крем от солнца, — добавил Хакан, с ухмылкой разглядывая её бледные, ещё не привыкшие к египетскому солнцу плечи. — Иначе сгоришь, как цыплёнок на гриле.

— А если… если вдруг понадоблюсь? — неуверенно спросила Лиза.

— Если Босс вдруг объявится, мы тебя найдём, — Алиджан хлопнул её по плечу. — Расслабься, новичок.

После ужина Лиза вернулась в каюту, упала на койку и уставилась в потолок. Выходной. Целый день без швабры, тряпок и бесконечных «срочно перестелить каюту номер три».

Она закрыла глаза, представляя, как завтра будет лежать на песке, слушать шум волн, гулять по городу и ни о чем не думать.

За иллюминатором покачивались отражения огней на воде, и яхта тихо поскрипывала, убаюкивая её перед долгожданным днём свободы.