Ж&Ж

1 глава.

— Детка, ты кого-то ждёшь? Не сиди на ступеньках! Молодая же ещё совсем…, застудишься! — женщина с маленькой собачкой на руках, смотрела на юную девчонку, что привалилась боком к стене и мирно посапывала. «Так беспечно спать, можно только в молодости», — с улыбкой подумала она.

— Ой! Здрасьте! А я что, уснула? Черт! — девчонка резко подскочила на ноги и бросилась на верхний этаж, вдавив палец в дверной звонок. — Черт! — нервно повторяла она, истерично надавливая на звонок.

— Детка, ты к Елене Михайловне?

— Да! — закивала девушка, рассеянно оглянувшись на заботливую женщину.

— Так её нет дома!

— Как нет? — растерялась девушка ещё больше. — А когда она вернётся?

— А зачем тебе?

— Тёть Лена- моя родная тётка…, вот я и решила… — девочка замялась, убрав палец с дверного звонка, она принялась теребить шнурок от капюшона.

— Как тебя зовут? — ласково спросила женщина.

— Женя*. — Грустно улыбнулась девушка, подняв свои серые глазки. — То есть, Женевьева. Спасибо маме! Она всю жизнь бредит Парижем! Знает о нём всё и мечтает там побывать. Представляете? Хм, удачи! — хмыкнула она про себя. — Вот и решила назвать меня в честь святой, покровительницы Парижа. Но Вы можете называть меня просто Женя*.

— У тебя очень красивое имя, Женевьева! И ты не должна его стесняться, я бы даже сказала что, ты должна быть благодарна своей маме. Это имя невероятно тебе подходит.

— Спасибо, конечно, — горько усмехнулась девочка, не поверив словам доброй женщины. — Но называйте меня, всё-таки просто Женя*. Мне так привычнее.

— Как скажешь, Женечка*. — Не стала спорить женщина.

— А что это? — ткнула пальцем Женя* на женщину.

— Где? А…! Это моя любимая собака-компаньон по кличке Боня.

— Вы серьёзно? Это точно собака? — с сомнением посмотрела она на маленькое существо, больше похожее на крошечного суриката.

— Конечно! — Засмеялась она. — Это длинношерстная чихуахуа.

— Чи.. что?! Звучит не очень… — скривилась девчонка. — Как в прочем, и выглядит. — Очень тихо пробормотала она себе под нос, чтобы хозяйка собаки её не услышала.

— Пойдём ко мне, детка, чаю попьём! — мягко сказала она. — Леночка мне о тебе много рассказывала.

— Чай…, чай - это хорошо…, пойдёмте…. Что правда рассказывала?

«Господи! Совсем, ведь, ещё ребёнок, а уже столько боли в глазах!» — подумала женщина, поднимаясь на свой этаж. — Конечно, рассказывала. У неё ведь, кроме тебя никого больше нет. Она очень тебя любит.

Оставив собачку терпеливо ждать своей очереди в тесном коридорчике, Женя* разулась и начала крутить своей светлой головкой по сторонам, тихонько присвистывая.

— У Вас тааак красиво!

— Женечка, проходи в гостиную, не стой в коридоре.

— А Вас как зовут?

— Можешь называть меня тёть Шура.

— Пф… какая ж Вы мне тётя?! — прыснула со смеху Женя*. — Не! У меня одна тётка и Вы её знаете.

— Ладно, тогда называй меня, как все- баб Шура.

— Лады. — Улыбнулась она. — Кстати, Вы мне так и не сказали, когда вернётся тёть Лена….

— Леночка уехала в санаторий. Боничка, пойдём лапки помоем, моя прелесть!

Собачка радостно завиляла хвостиком дождавшись своей порции внимания.

— В санаторий? — уныло повторила девушка, переведя взгляд на баб Шуру. — Как это?

— Эм… а давай мы с тобой ей сейчас позвоним и она сама тебе всё расскажет.

— Точно! — обрадовалась девушка, но тут же сникла. — Только у меня нет… денег на счету.

— Ничего страшного, я сама её наберу.

Тётя Лена безумно обрадовалась приезду племянницы и пообещала приехать первой же электричкой домой. Бабе Шуре с Женей* стоило немалых усилий успокоить тётю, убедив последнюю в том, что ей не стоит волноваться и прерывать свой отдых, так как у соседки есть ключ от её квартиры. Девочка поживёт там. Подумаешь…, осталось всего каких-то девять дней. Правда, у Жени* практически не было денег. Но, ведь, это не проблема. Ведь, не проблема же?

— Ты откуда приехала? — хозяйка мыла собаке лапки и с интересом посматривала на юную гостью.

— Из Степногорска.

— А Степногорск это где? Далеко отсюда?

— Да. Я до вас почти сутки автобусом добиралась.

— Почему же ты не позвонила Леночке, прежде чем ехать в такую даль?

— Я… я спешила, да и не думала, что её может не быть дома… — девочка явно что-то не договаривала.

— Прости, совсем забыла, что у тебя нет денег на телефоне. Но ты могла бы попросить у кого-нибудь…

— Попросить? Вы серьёзно? Сейчас никто никому ничего не даёт просто так! Жизнь такая! — очень серьёзно заявила она.

Баб Шура решила не вступать в полемику. Было очевидно, что Женин* жизненный опыт уже и так слишком богат. Бедная девочка!

— А твои родители? — аккуратно поинтересовалась женщина.

Закончив с собачкой, она принялась расставлять чашки на кухонном столе. От подруги Лены она знала лишь то, что её родной брат- отец Жени, давно умер. Её мать повторно вышла замуж и оборвала все связи с нелюбимой родственницей. В отличие от Женечки*, которая писала тётке письма и всегда поздравляла со всеми праздниками.

— А что родители? Я совершеннолетняя. Папа улетел у ангелам, когда мне было четыре года. Я его совсем не помню. А мама…, — её лицо погрустнело, как бы она не пыталась это скрыть — маме давно уже всё равно. Так что у меня, пожалуй, только тёть Лена и осталась.

Да, уж! Врагу не пожелаешь!

— Всё будет хорошо, детка, вот увидишь! Располагайся.