Одуванчик

16. Михаил

Боже, я неисправимый кретин, серьёзно! Вроде бы сумел расположить к себе Тёму и сам же струхнул, при этом обидев парня. Бля, а ведь всё к сексу располагало: его хорошее настроение, моё лёгкое похмелье, пустая квартира, блять, да грёбаный День Влюблённых, в конце концов! А теперь, вместо Тёмы под боком, я должен наслаждаться общением с ним в контакте.

После того дебильного сообщения, которое я всё же решился написать ему, парень наконец-то мне ответил. Пускай долго глумился надо мной, но это было куда лучше, чем полный игнор с его стороны. Да и у него есть повод надо мной ржать, в самом деле. Просто, мне действительно страшно. Я боюсь сделать что-то не так, боюсь, что Тёма разочаруется во мне. Вообще, на меня ещё ни одна девчонка никогда не жаловалась, но это были тупые слюнявые курицы, которые обычно лежали, как бревна или позволяли делать с ними, что угодно. С Тёмой хотелось иначе…

Написав мне, что я полный кретин, Тёма снова включил игнор. Ну, как, он не ответил на мой смайлик с поцелуем. Да, я придурок, но меня это задело, однако снова писать ему не было никакого желания. Вернее, желание было, но я всё же сумел себя побороть. Хватит уже пытаться растормошить его и расположить к себе. Он должен тянуться ко мне так же, как это делаю я, иначе ничего не получится.

Остаток ночи я просто провалялся в кровати с ноутбуком в руках, отвечая на тупые сообщения многочисленных знакомых, и раз за разом прокручивая в голове всё то, что я написал Тёме. Честно, мне до сих пор жутко стыдно за себя и за свои страхи. Я ведь всегда пытался казаться сильным, крутым и независимым. А тут сам же признался Одуванчику в том, что испугался.

Не знаю зачем это сделал. Дело было даже не в том, что Артём на меня обиделся. Просто, он один из немногих людей, перед которым я мог открыться. Я доверял ему. Впервые в жизни я доверял кому-то, кроме Стаса и отца, и это меня радовало и пугало одновременно…

Не скажу, что звонок в скайпе от Артёма застал меня врасплох, но, честно признаться, сильно удивил. Часы показывали уже шесть утра, и я грешным делом подумал, что что-то случилось.

-          Ты чего? – включаю камеру и с недоумением смотрю на парня, который сидит в одной футболке и трусах, при этом ехидно так улыбается и смотрит на меня через экран монитора.

-          Миш, ты мудак, я не устану это повторять, - хохочет он в ответ.

-          Только не начинай меня позорить, - закатив глаза, фыркнул я. – Я слишком глупо поступил?

-          Почему же? Гениально, по-моему. Сам зассал, а меня выставил виноватым…

-          Тём, я…

-          Мать завтра идёт на день Рождения к лучшей подруге, приезжай ко мне в три, - после этого он машет мне рукой и тут же отключается.

Я нервно сглатываю, по-прежнему пялясь в экран ноутбука. Это что такое сейчас Тёма вытворил? Потрахаться меня позвал?

***

Ровно в три часа дня я стоял под дверью его квартиры и уверенно жал на звонок. Шоколадный торт в руках, бутылка виски и точное решение довести дело до конца. Хватит уже выглядеть придурком в его глазах, в конце концов.

-          Привет, - Тёма открыто улыбается и пропускает меня в квартиру, тут же вырывая из моих рук тортик и таща его на кухню. Алкоголь парня совершенно не интересует. А жаль, я бы не отказался для храбрости.

-          Ты чай или кофе будешь? – раздаётся из кухни.

-          Разве за этим позвал? – в лоб спросил я, заходя на кухню.

Тёма резко оборачивается и внимательно смотрит на меня. А дальше… Дальше, как в тумане. Я очнулся только в его комнате. На его кровати. Рядом с человеком, которого я хотел больше всего на свете, которого не должен был разочаровать или напугать, которого не имел права отпускать.

Крепко целую своего мальчика, совершенно позабыв о том, что не так давно я боялся близости с ним, боялся перейти грань, боялся опозориться. К чёрту страхи! Это ведь мой Артём – парень, который свёл меня с ума за два года, парень, о котором я думал по ночам, парень, который стал моей навязчивой идеей. И вот он рядом, прижимается ко мне, сам тянется за поцелуями, сам нежно стонет мне в рот и робко обнимает меня в ответ. Да, мне страшно, да, я действительно боюсь стать ближе с ним, боюсь того, что будет дальше. Но я не имею права его оттолкнуть только потому, что мне страшно. Я до одури хочу его, хочу, чтобы он был моим. Полностью и без остатка.

Сейчас есть только поцелуи, от которых плавится тело, а разум сваливает из головы, на прощание помахав мне рукой. Любое его прикосновение отдаётся дрожью в моём теле, и я отчётливо понимаю, что никогда ничего подобного не чувствовал. Наверное, это и есть любовь… Да и как иначе объяснить, что лишь от одного присутствия этого кудрявого придурка мне хочется выбежать на улицу и орать: «Сдохните все от зависти, я счастлив!».

В джинсах уже тесно и неуютно, член слишком сильно трётся о грубую ткань, причиняя дискомфорт. Но я упорно игнорирую это, слишком глупо сразу стаскивать штаны и орать: «Я на всё готов!». И слишком страшно…

Губы Тёмы опускаются на мою шею, а руки начинают расстёгивать мою рубашку. Вздрагиваю от прикосновения его холодных пальцев к разгорячённой коже. Мне приятно, что он сам перехватывает инициативу, нравится, что не попрекает меня, а просто ведёт вслед за собой.

-          Я люблю тебя, очень-очень, - шепчет мне в самые губы Артём, после чего чуть отодвигается от меня и начинает раздеваться.

Медленно и смотря мне прямо в глаза. Словно провоцируя. Сначала футболка, потом лёгкие бежевые брюки. Я нервно сглатываю, смотря на практически обнажённого Артёма. Не могу не заметить его возбуждение, не могу не заметить этот жадный блеск в глазах. Он не раздевается до конца, явно предоставляет мне выбор. Не хочет на меня давить. Боже, самый любимый парень на свете не динамит меня, а сам же соблазняет, но я сижу, как идиот и тупо пялюсь на него, думая о том, что у меня есть шанс сбежать.

Сдавленно рычу и, притянув Тёму к себе, набрасываюсь на него с поцелуями, на ходу стаскивая с себя давно ненужные джинсы. Я не хочу ничего бояться, не хочу из-за глупых страхов терять то, что у меня есть. Да, я придурок,

накрутивший сам себя, но даже, если я облажаюсь, Тёма не будет меня унижать и не будет надо мной смеяться. Он ведь любит меня. А я люблю его. Разве это не самое главное?

Укладываю Тёму на кровать и освобождаю его от последнего барьера, мешающего мне шагнуть дальше – от боксеров. Позже стаскиваю их и с себя. Всё. Дальше отступать некуда. Мы оба разгорячённые, возбужденные и жаждущие друг друга. И сейчас мне абсолютно не страшно. Есть только желание. Дикое, необузданное, дремлющее во мне долгих два года и наконец-то вырвавшееся наружу. Я уже достаточно возбуждён, и любое прикосновение пальчиков Тёмы к моему телу заставляет меня сдавленно выдыхать и морщиться от болезненных ощущений внизу живота. Мне чертовски мало поцелуев с ним, чертовски мало его стонов и моего приглушённого рыка.

-          Хочу тебя, - шепчу ему в самое ухо и кусаю парня в шею, заставляя его сдавленно заскулить.

-          Девственница больше не боится? – ехидный голосок Тёмы злит и одновременно приносит удовольствие.

-          Ты сам напросился, - я злорадно улыбаюсь и спускаюсь поцелуями ниже.

Облизываю его соски, целую в пупок и провожу языком то вверх, то вниз. Тёма сдавленно стонет и хватается за мои волосы, вызывая на моих губах улыбку. Мне приятно дарить удовольствие этому мальчику, приятно слышать его всхлипы и стоны, до одури приятно осознавать, что он только мой.

-          Ты такой красивый, Миш, - шепчет Артём, после чего резко дёргает меня за волосы, тем самым заставляя отвлечься от своего увлекательного путешествия по просторам его тела.

Парень вновь тянется за поцелуем. Горячо, но в то же время нежно исследует глубину моего рта, обнимая меня за плечи и притягивая ещё ближе, хотя мне казалось, что ближе уже некуда.

-          Я лучше твоих девушек? – неожиданно спрашивает он, причём серьёзно так смотрит на меня и явно ждёт ответа. Меня хватает только на то, чтобы кивнуть в ответ. Тёма тепло улыбается и резко подаётся вперёд, меняя нас местами.

Теперь я нахожусь под ним и меня это слегка напрягает, честно говоря.

-          Расслабься и получай удовольствие, - Тёма пошло улыбается, после чего скидывает ненужное нам одеяло с постели, чмокает меня в щёку и начинает покрывать мою грудь рваными поцелуями, с каждой секундой спускаясь всё ниже и ниже.

Это настолько потрясающие ощущения, что мысли полностью плавятся, подавляя разум и давая волю только чувствам. Я громко стону, чувствуя, как язык Артёма проходит по основанию моего члена, после чего парень многообещающе улыбается и одним движением заглатывает, погружая мой возбуждённый и неудовлетворённый орган в пучину своего рта. Я хриплю от удовольствия, позабыв обо всём, хватаю парня за волосы и насаживаю ещё глубже, тем самым сам задаю темп. Тёма не сопротивляется, а лишь хитро улыбается и пошло причмокивает, то облизывая только головку, а то проводя длинным языком вверх-вниз по основанию. Надолго меня не хватает. Изливаюсь в глубину его рта, чувствуя, как меня трясёт от возбуждения и переизбытка эмоций. Тёма глотает всё до капли, при этом дерзко улыбаясь и пошло чмокая губами. Чёрт, я бы никогда не подумал, что Артём может быть таким…

-          Боже, куда ты дел милого и смущённого Кудряшку? – хриплю я, стоит ему оторваться от своего занятия и снова потянуться за поцелуем.

-          Он сдох, прости, - хмыкает парень в ответ и впивается в мои губы.

Странно ощущать вкус собственной спермы на губах. Я не скажу, что мне нравится это, но я не могу оттолкнуть Артёма от себя, не могу, потому что это именно он – парень, которого я люблю.

-          Я тоже должен тебе отсосать? – вопрос срывается с губ быстрее, чем я успеваю подумать.

Тёма отлипает от меня и с недоумением смотрит мне в глаза, после чего начинает громко и заливисто хохотать. Обидно даже, честное слово.

-          Успокойся, девственница, мне хватит и твоего члена в своей заднице.

После его слов я отчаянно краснею и закрываю глаза. Неужели Тёма всегда такой в постели? Открытый, пошлый и до жути сексуальный. И да, рядом с ним я смотрюсь действительно напуганной девицей, которую сейчас лишат самого- самого ценного. Бля, Миша, возьми себя в руки, ты ведь альфа-самец, в конце концов!

-          Миша, ты особого приглашения ждёшь? – рычит Тёма, снова потянув меня на себя. – Ты-то кончил уже, грёбаный скорострел, а я разрядки хочу.

-          Ненавижу тебя, - фырчу ему в губы, после чего подминаю парня под себя и набрасываюсь на него, целуя каждый сантиметр его тела.

-          В тумбочке смазка и презервативы, - сдавленно шепчет парень. Я удручённо киваю в ответ и достаю то, о чём просил Артём. Тюбик наполовину пуст и мне почему-то слишком неприятно думать о том, с кем именно Тёма его потратил.

-          Давай уже, действуй, девственница, - насмешливо произносит парень, тем самым снова провоцируя меня.

-          Раком встань, - хрипло выдаю я, шлёпая парня по заднице и выпуская из своих объятий.

Он с недоумением и насмешкой смотрит на меня, после чего кивает и разворачивается, принимая позу, о которой я просил. Боже, лишь от одной этой картины я снова готов кончить. И плевать, что он не девушка, плевать, что у него нет груди, а между ног такой же предмет, что и у меня, далеко немаленький, надо сказать. Самое главное, что я хочу его. Хочу быть с ним и никуда его не отпускать. Никогда.

-          Только не забудь меня растянуть, придурок, - издевается он, поворачивая голову в мою сторону.

Киваю ему в ответ и, взяв в руки смазку, выдавливаю липкую жидкость себе на пальцы. Нервно сглатываю, смотря на ровную спину Тёмы, прикасаясь пальцами к его упругой заднице и думая о том, что через несколько минут я окончательно стану педиком. С ума сойти.

-          Давай уже, ссыкло, - хрипит Тёма и выпячивает зад, при этом недвусмысленно толкаясь бёдрами.

Глухо рычу и, притянув парня ещё ближе к себе, вторгаюсь в его тело сразу двумя пальцами.

-          Су-у-у-ука, больно! – шипит парень, уткнувшись лицом в подушку.

Я замираю и, нервно закусив губу, начинаю медленно двигать пальцами,

проталкивая их ещё глубже, при этом вторую руку всё-таки опускаю на возбуждённый член Тёмы, заставляя его тихо и сдавленно стонать.

-          Чёрт, покрути ими во мне, - едва слышно шепчет Тёма, раздавая указания, а у меня от его тона ноги подкашиваются, честное слово.

Делаю так, как приказывает Тёма, вызывая у него стоны и всхлипы.

-          Третий давай, придурок, - хрипит он, прикусывая свой палец и сдавленно скуля. Мне вот интересно, ему слишком больно или ему в кайф?

В нём настолько узко и жарко, что я с ума схожу от этих совсем новых, непонятных мне ощущений. Потрясающих ощущений…

-          Давай уже, девственница, хватит кота тянуть за причинное место, - фырчит Тёма. И снова этот насмешливый взгляд. Бля, я бы никогда не подумал, что этот маленький мальчик может быть таким в постели. Таким потрясающим и горячим… Мы как будто поменялись местами. И теперь я тот робкий, зажатый парень, каким я всегда считал Одуванчика.

Вытаскиваю из него пальцы, которые выходят с пошлым причмокивающим звуком. Тяну Тёму на себя и осторожно вхожу в него, стараясь причинить парню как можно меньше боли.

-          Ты презик не надел, мудила, - сдавленно шипит Артём, двигая бёдрами и подаваясь мне на встречу.

-          Ты не залетишь, не волнуйся, - хрипло смеюсь я в ответ.

-          Бля, кто знает, чем там тебя наградили твои тёлки.

-          Ой, заткнись, - отмахиваюсь я, после чего хватаю Тёму за волосы и резко вхожу в него. Сразу и до упора.

-          Мра-а-а-а-азь, - хрипит Тёма, но при этом громко стонет и выпячивает задницу, подмахивая бёдрами.

Я больше не сдерживаюсь. Сильными толчками вколачиваю его в кровать, не забывая надрачивать его сочащийся смазкой член.

-          Убери лапу, - ворчит парень, после чего сам тянется к месту своего возбуждения и начинает яростно дрочить, задавая тот темп, который ему сейчас нужен.

Сильные рваные толчки, громкие стоны Тёмы и мои хриплые рыки. Ничего кроме этого сейчас не существует. И не будет существовать никогда…

-          Чёрт, глубже, глубже давай! – сдавленно шепчет Тёма, вновь подмахивая бёдрами и практически насаживаясь на меня.

От его шёпота совсем сносит башню. Я громко рычу и набрасываюсь на него, как волк на беззащитного зайца. Животная страсть и похоть – это у меня было и с девушками, но только с Тёмой я ощущал нежность. Нежность, не которую я дарил, а нежность, которая была внутри меня.

Мы кончили практически одновременно. Мне даже хватило мозгов выйти из него и излиться ему на спину. Наверное, это было правильное решение, иначе Тёма бы меня убил.

Я вытер нас влажными салфетками и завалился на кровать, но через несколько минут Тёма всё равно поднялся и пошёл в душ.

От этого было как-то неловко. Я не знал, что говорить ему после секса. Вернее, знал, но Артём, просто вставший и сбежавший в душ, здорово так меня задел. Было страшно что-то у него спрашивать, страшно говорить с ним и интересоваться, понравилось ли ему. Да, Тёма стонал подо мной, просил вставить ему глубже и сильнее, но может быть, он просто не хотел меня обидеть. Ведь после жаркого секса не встают и не уходят в душ, как я думаю.

Тяжело вздохнув, я закутался в одеяло и закрыл глаза. Я подумаю обо всём позже. Обязательно.