— Теперь можно начать.
После слов Обливиона никто не ответил.
Потому что все смотрели на Аэрис.
Она стояла на коленях.
Посреди белой пустоты.
Слёзы всё ещё текли по её щекам.
Но боль уже менялась.
Она больше не ощущала ту пустоту,
которая жила внутри неё всю жизнь.
Ту самую.
Необъяснимую.
Будто чего-то не хватало.
Будто часть души всегда оставалась где-то далеко.
Теперь этого чувства не было.
Вообще.
И именно это пугало.
Потому что впервые за всю жизнь
она чувствовала себя завершённой.
Целой.
— Аэрис.
Голос Раэля.
Она подняла голову.
И сердце болезненно сжалось.
Потому что он смотрел на неё так,
словно боялся потерять.
Снова.
Всегда один и тот же взгляд.
Во всех мирах.
Во всех судьбах.
Во всех жизнях.
И теперь она знала это.
По-настоящему знала.
Аэрис поднял
