Сборник рассказов

Одиночка 29

Женя почувствовала, как внутри что-то оттаивает. Возможно, не всё потеряно. Возможно, она сможет начать новую жизнь, пусть даже скрывая лицо под маской. Но главное — у неё есть семья, которая принимает её такой, какая она есть.

— Хорошо, — наконец ответила она, и впервые за долгое время в её голосе прозвучала надежда.

Саша осторожно провела сестру в квартиру отца, где на кухне собрались Толя (муж Саши), Валентин и недавно вернувшийся в городок капитан. Атмосфера в доме казалась напряжённой и натянутой.

Женя остановилась в прихожей, её сердце сжалось от тревоги.

— А где бабушка, Наталья, Лера и братишка? — тихо спросила она, стараясь скрыть волнение.

— Никита и Лера гуляют. Мама и бабушка пошли в магазин, — ответила Саша, усаживаясь на диван в зале и жестом приглашая Женю присоединиться.

— Как у вас тут дела? Никто не болеет? — спросила Женя, пытаясь завязать разговор.

— У нас всё хорошо, — начала Саша. — Только вот папе было очень плохо, когда сообщили о твоей смерти. У него так сильно прихватило сердце, что пришлось лежать в больнице несколько недель… А теперь он говорит, что ты никого из нас не любишь и что мы тебе не нужны.

В этот момент в комнату вошёл Валентин. Его появление заставило Женю напрячься.

— С кем это ты пришла? Новая подружка? — спросил он добродушным тоном, не подозревая, кто сидит к нему спиной.

Женя медленно повернулась, и выражение лица Валентина мгновенно изменилось. Улыбка исчезла, сменившись недовольством. Он подошёл ближе, пытаясь заглянуть ей в глаза, и потянулся к её подбородку.

— Что под твоей маской? — резко спросил он, заметив скрытое лицо дочери.

Женя отпрянула, инстинктивно защищая своё лицо.

— Отвечай! — настаивал Валентин, теряя самообладание. — Что ты скрываешь?

Не дождавшись ответа, он взорвался:

— Убирайся из моего дома! И никогда не возвращайся! Ты не хотела видеть меня — теперь я не хочу видеть тебя! Прочь! Вон отсюда! Исчезни с моих глаз!

Его голос дрожал от гнева и разочарования. Женя почувствовала, как земля уходит из-под ног. Все её надежды на принятие и понимание рухнули в одно мгновение. Она поднялась с дивана.

— Постой, Женя! — воскликнула она, хватая сестру за руку. — А ты, отец, мог бы сначала узнать, почему мы не виделись с ней, а потом уже прогонять? И не надо было пытаться снять с неё маску!

Валентин замер, его лицо выражало смесь гнева и недоумения.

— А ты знаешь, что она там скрывает? — прорычал он, сверля дочь взглядом.

— Я-то как раз знаю! — голос Саши звенел от возмущения. — Её лицо изуродовано шрамами, а ты, видимо, об этом забыл!

— А ты заглядывала под маску? Может, она врёт?

— Может, и нет! — Саша повысила голос. — Ты сам не помнишь, в каком состоянии доставил её в госпиталь? Вспомни, как рассказывал, что её тело было практически полностью обожжено!

Она подошла ближе к отцу, её глаза пылали от гнева:

— Скажи, в чём она виновата перед тобой? Почему ты постоянно отталкиваешь её? Почему не позволяешь ей почувствовать себя частью нашей семьи? Ты сам разрушаешь ваши отношения своим упрямством и гордыней!

Женя, не в силах больше слушать этот разговор, резко оттолкнула сестру и бросилась к выходу. Протиснувшись между отцом и Сашей, она выбежала из квартиры.

Саша смотрела вслед сестре, не зная, как остановить этот кошмар. В её глазах читалась боль и беспомощность. Толя, стоявший в стороне, тяжело вздохнул, понимая, что ситуация вышла из-под контроля.

Когда дверь за Женей закрылась, в квартире повисла тяжёлая тишина. Валентин, осознав, что натворил, опустился на стул, но было уже поздно — его дочь снова исчезла из его жизни, на этот раз, возможно, навсегда.

Слёзы застилали глаза Жени, когда она спускалась по ступенькам. Добежав до нижней площадки, она медленно опустилась на холодные бетонные ступени.

Её плечи содрогались от беззвучных рыданий. Маска слегка сдвинулась, но Женя не обратила на это внимания. Она обхватила колени руками, пытаясь собраться с мыслями.

В голове крутились слова Саши, слова отца… Почему всё так сложно? Почему тот, кто должен любить её больше всех, причиняет такую боль?

Она сидела там, чувствуя себя совершенно одинокой в этом огромном мире, пока где-то наверху продолжался разговор, который, возможно, мог всё изменить, но было уже слишком поздно.

Ветер из приоткрытого окна холодил её щёки, а в душе бушевала настоящая буря. Женя не знала, куда ей идти и что делать дальше, но одно она понимала точно — здесь ей больше не место.

Через несколько мучительно долгих минут рядом с Женей опустился капитан Александр. Девушка сидела, закрыв глаза, её дыхание было тяжёлым и прерывистым. Она прислонилась к холодной стене, словно та могла дать ей силы.

— Тебе плохо? — тихо спросил Александр, обеспокоенно глядя на её смертельно бледное лицо. — Что случилось?

— Таблетки… — едва слышно прохрипела Женя.

— Где твоя сумка? — встревоженно спросил он.

— В коридоре, у отца…

Не теряя ни секунды, Александр стремительно ворвался в квартиру Валентина. Его глаза лихорадочно искали сумку Жени. Найдя её, он схватил и выбежал обратно на лестничную площадку.

— Где они лежат? — спросил он, открывая сумку.

— В маленьком кармашке, — прошептала Женя.

Дрожащими руками он достал таблетки и протянул их девушке. Женя достала сразу две и положила их в рот.

— Может, воды? — заботливо спросил Александр, не дожидаясь ответа, он метнулся за водой.

Через десять минут на лестничной площадке появились Наталья и баба Шура.

— Я же говорила, что ты придёшь к нам! Что мы тебе нужны! — с торжеством в голосе произнесла баба Шура. — Почему ты здесь сидишь? Валентин не пускает тебя домой? Пойдём, поговорим с твоим отцом.

— Я не вернусь туда! — твёрдо ответила Женя. — У меня нет ни сил, ни желания. Бабуль, а тебя не смущает моя маска?

— Какая маска? — с искренней улыбкой спросила баба Шура.

— Вы были в больнице?

— Были, — ответила Наталья. — И что с того? Мы знаем про твои шрамы. Пойдём домой, мы уладим всё с Валентином.

— Простите, но я не вернусь в ваш дом, — тихо произнесла Женя. — Он прогнал меня, и я больше не переступлю порог его квартиры. Я ему чужая, никогда не была нужна… Кто я вообще такая? Зачем он спас меня? — эти слова повисли в воздухе.

В этот момент из квартиры вышел Валентин. Услышав последние слова дочери, он резко развернулся и зашёл обратно, громко хлопнув дверью.

Женя почувствовала, как слёзы снова наворачиваются на глаза. Она обхватила колени руками, пытаясь собраться с мыслями. В этот момент она ощущала себя совершенно одинокой, несмотря на то, что рядом были люди, готовые помочь.

Александр молча сел рядом, не зная, что сказать. Он понимал боль этой девушки, но не мог найти нужных слов утешения.

— Может, пойдём ко мне? — тихо предложил он. — Не стоит оставаться здесь одной.

Женя подняла на него глаза, в которых читалась глубокая печаль. Она знала, что должна принять какое-то решение, но сил на это не было.

Александр осторожно поднял Женю на руки и отнёс в свою квартиру. Он уложил её на кровать в спальне, заботливо укрыв одеялом.

— Спи, тебе нужно отдохнуть, — тихо произнёс он.

— Закройте, пожалуйста, занавески, — попросила Женя слабым голосом.

— Хорошо. Хочешь, чтобы я никого не пускал к тебе, пока ты отдыхаешь? — спросил Александр, заметив, как она платком вытирает слёзы из-под маски.

— Если это возможно, — прошептала она.