Сборник рассказов

Одиночка 31

— Давай помогу тебе с готовкой?.. И, заодно, поговорим?

— О чём? О моём уродстве? Об этом я говорить не хочу, — глухо отозвалась Женя, плотнее прижимая к лицу медицинскую маску, что скрывала её безобразные шрамы.

— Неужели нет других тем, — мягко произнесла Наталья, присаживаясь за кухонный столик.

— Например? — в голосе Жени проскользнула тень интереса, смешанная с горечью.

— Например, о капитане… Ты ведь его любишь? — Наталья внимательно посмотрела на собеседницу.

— О моём отношении к капитану никто и никогда не узнает… Да и ни к чему это! — ответила Женя, опустив голову. В её глазах блеснули непролитые слёзы о нём.

— Почему ты не хочешь раскрыться? Я уверена, что он любит тебя также как и ты, и очень давно. Ты ему нужна!.. Он тобою только и живёт. Ждёт, чтобы ты его полюбила в ответ, — Наталья говорила тихо, но уверенно.

— Ему нужна другая, не такая, как я. Посмотри на меня. От меня муж с ребёнком убежал, гражданский муж изменил мне с моей сестрой погиб. Я приношу одни лишние приятности, да и на кого я теперь похожа? По-моему, лучше жениться на крокодиле, чем на мне, — голос Жени дрожал от сдерживаемых эмоций.

— Ты не права, — мягко возразила Наталья.

— Ты бы так не говорила, если бы увидела моё лицо. Поверь мне! На меня не посмотрит ни один мужчина, если я сниму маску… Я стала уродкой, — в её словах звучала отчаянная боль.

— Ты слишком сильно зациклилась на своём лице. Для некоторых мужчин лицо — это не самая важная часть тела женщины… Важно для них то, что их любимая может выслушать, понять, утешить в трудную минуту, приласкать, как ребёнка, если это понадобится… Мужчины, они как дети! Им зачастую важен только внутренний мир той, которую они любят всей душой и сердцем!.. — Наталья говорила с такой уверенностью, что в душе Жени что-то дрогнуло.

— Но как ты можешь это знать наверняка? — впервые за весь разговор Женя подняла глаза на свою собеседницу.

— Потому что я видела, как он смотрит на тебя. Видела, как меняется его лицо, когда он думает, что никто не замечает. В его глазах — нежность и боль. Боль оттого, что он не может быть с тобой открыто. А нежность… Она всегда там, где ты, — Наталья говорила так просто и искренне, что Женя почувствовала, как ледяной панцирь, сковывающий её сердце, начинает таять.

— А что, если я ошибусь? Что, если снова обожгусь? — прошептала она, впервые признавая свою уязвимость.

— Тогда мы вместе поможем тебе подняться. Потому что ты достойна счастья, Женя. Ты достойна любви не за внешность, а за то, какая ты есть — добрая, чуткая, способная любить и заботиться. И поверь мне, есть мужчины, для которых шрамы на лице не важнее шрамов в душе. А твоя душа прекрасна, — Наталья протянула руку и мягко сжала ладонь Жени.

В этот момент что-то изменилось в воздухе между ними. Словно невидимая стена, отделявшая Женю от мира, начала рушиться, открывая путь к новой жизни, в которой есть место не только боли и отчаянию, но и надежде, и любви.

— Прости, но я больше не хочу подпускать к себе мужчин. Слишком много боли от них, — голос Жени звучал твёрдо, но в глубине глаз таилась невысказанная боль. — Я здесь уже семь лет, и за эти годы, живя с мужчинами, которые якобы любили меня, я испытала столько страданий, что хватит на целую жизнь. Я больше не желаю ни страдать сама, ни причинять боль другим. Теперь я буду жить отрешённо от всех.

— Хочешь сказать, что собираешься уехать? — Наталья внимательно смотрела на дочь своего мужа, чувствуя, как тяжело той даётся этот разговор.

— Может быть… А если потом вернусь сюда, то вернусь совсем другим человеком, — Женя отвернулась, словно не желая показывать свои истинные чувства.

— Хочешь сказать, что никогда не думала над тем, что могла бы создать семью с капитаном, в которой была бы гармония во всём? — осторожно спросила Наталья, всё-таки возвращаясь к теме о мужчинах и любви.

— А кто об этом не мечтает? — горько усмехнулась Женя. — Любая девушка в этом городке, знающая капитана, спит и видит это. Капитан — красивый и сильный мужчина! — в её голосе проскользнула нотка горечи. — Ты бы знала, как я сохла по нему в начале, когда я сюда приехала. Он часто разговаривал со мной… Потом он поймал меня, когда меня хотели повысить в звании против моей воли, притащил на совещание, где были почти все командиры, но многих из них я не знала. Ухаживал за мной, а я, дурочка, начала мечтать, придумывать всякую ерунду и не могла даже подумать, что один из командиров, а точнее, Полтавский Георгий Валерьевич, станет позже моим мужем. А тот, о котором сохла сама останется не удел.

Она замолчала, погрузившись в воспоминания.

— Вот тот точно ухаживал! Пытался ухаживать за мной, только я этого не поняла, занятая мыслями о капитане… Сейчас с мечтами о счастливой жизни с мужчиной покончено. Я не хочу приобрести счастье, а потом потерять его… Я устала от всего этого, — её голос дрогнул.

— И что тебя так разочаровало в мужчинах, что повлияло на это? — мягко спросила Наталья, чувствуя, как важно для Жени выговориться.

— Всё! — резко ответила Женя, поднимая глаза. — Измены со стороны мужчин, предательство, непостоянство, недоверие ко мне и тому подобное… Да и к тому же меня лишили возможности видеть собственного ребёнка, хотя в этом я виновата сама, — ответила Женя и резко повернулась, услышав шорох за спиной.

В воздухе повисла тяжёлая тишина. Наталья видела, как глубоки раны Жени, как сильно она закрылась от мира. Но в глубине её глаз ещё теплилась надежда — надежда на то, что однажды она сможет снова поверить в любовь, в искренность чувств. Просто для этого нужно время… много времени, чтобы залечить душевные раны и научиться снова доверять.

Там стоял капитан. На его лбу залегли глубокие морщины, свидетельствующие о том, что он слышал практически каждое слово… Слова девушки повергли его в смятение. «Я во что бы то ни стало должен притащить сюда Полтавского с ребёнком!» — пронеслось в голове капитана. Его сердце болезненно сжалось от услышанного.

— Ладно, я пошла к себе… Тоже пора начинать готовить еду для своей семьи, — тихо произнесла Наталья и, бросив на Женю и капитана понимающий взгляд, оставила их наедине.

Женя стояла у плиты, задумчиво помешивала гуляш, погружённая в свои мрачные мысли. Кухня наполнялась аппетитным ароматом специй, но девушка не замечала этого. Внезапно сильные руки обняли её сзади, и она замерла.

— Станешь моей женой? — услышала Женя хриплый от волнения голос капитана.

— Нет, — ответила она, не оборачиваясь. — Во-первых, я замужем за другим человеком. А во-вторых, я не хочу, чтобы ты просыпался и видел моё изуродованное лицо день за днём… Ты достойный мужчина и заслуживаешь лучшего.

После этих слов она всё-таки повернулась в его объятиях, встречаясь с ним взглядом.

— Возможно, нам было бы хорошо вместе, но я не хочу видеть страх, боль и отвращение в твоих глазах, — произнесла Женя с горькой улыбкой, нежно проводя пальцами по его щеке и губам.

— Я ждал этого момента семь долгих лет… Ждал, когда смогу сделать тебе предложение… Но я не думал, что всё закончится отказом.

— Ты должен понять и принять мой отказ.

— Понять — может быть, но принять — никогда.

— Ты обязан это сделать.

В этот момент дверь распахнулась, и на пороге появилась Лера.

— Такс, и что это вы тут делаете? — спросила она, врываясь в их интимный момент.

— Выясняем наши отношения, — ответил капитан, неохотно выпуская Женю из объятий.

— Женя, а Женя? — протянула Лера. — Так ты его всё это время любила? Из-за него ты ни с кем не хотела знакомиться и отвергала все отношения?

— Киса, отвали, пожалуйста, со своими вопросами. Найди себе другое занятие, — с улыбкой ответила Женя.

— Броненосец, ты зараза! — рассмеялась Лера.

— От заразы слышу! — парировала Женя, шутливо показывая сестре язык. — Чай или кушать будешь?

— Нет, я домой пойду. Пойдём погуляем?

— Извини, но я хочу отдохнуть, побыть одна.

— Ничего страшного. Когда получишь премию, оторвёмся по полной. Не против?

— Нет, я только за! — оживилась Женя.

— Я могу сейчас купить вам пива, посидите, посмотрите какой-нибудь фильм, — предложил капитан.

— Отличная идея! — подхватила Лера и потянула сестру в зал. — Пошли выбирать киношку! Пока я не сбежала домой.