Моменты. Точка невозврата

Глава21

В доме стояла тишина, я слышала, как уехали ребята. Но вот где был Зак, я не знала. Думала, что найду его в кабинете, сидящим за своим столом, как ни в чем не бывало, и просматривающим что-то в ноутбуке.

Но, голоса Зака и Дилана доносились из кухни. И я не придумала ничего лучше, как застыть в темном углу гостиной, подслушивая их разговор…

- …черт, Дил! Я мужчина. Нормальный мужчина. К тому же, у которого девушка осталась дома… А тут… Да в гребаном раю ангелы не выдержат, если перед ними несколько дублей будут трясти такими буферами, – я замерла от того, как он выделил слово «такими». Ну, да, мои раза в полтора меньше… – Тут помимо воли в голове возникнут фантазии о том, как эти самые… будут вот так… перед твоим лицом. И не делай вид, что ты не пытаешься ржать! У тебя у самого, что, не вставал, когда ты на тренировке, в зале, пыхтишь рядом с мало-мальски симпатичной девушкой?

- Ну, и не только… - Дил перевел дыхание, наверное, после приступа беззвучного смеха. - И на улице, если мимо тебя проходит длинноногая красотка. Но только, понимаешь в чем дело? Мой… стояк, не делают достоянием всего мира.

- Мой тоже не делали. – Зак вздохнул. – Откуда ты знаешь, может, так было задумано? Для интриги? Для раскрутки? Дил, ты и сам пишешь сценарии. Ты, мать его, продюсер! Так может, мне стоит сказать «спасибо» режиссеру за то, что он не навесил на меня искусственный член, как Джону.

- А чего? – Дилан опять смеялся. Нет, он ржал. – Не хило болтался и выпирал. Даже сквозь эти шорты…

- Вот наеб***ся я по-настоящему…

- Мэм года. – Дилан фыркнул. – А теперь честно, мне. – Я буквально видела, как Дилан иронично приподнял бровь. А Зак вздохнул. – Так у тебя с ней, ничего не было?

- Черт, бро! Если ты мне не веришь, то, как мне убедить Лекси?

- Если честно, не знаю.

- Дерьмо, бл*ть! Самое настоящее дерьмо!

- Поговори с ней. Мне кажется, Лекс уже накрутила себя.

- Алекс, она… Она хороший друг, понимаешь. С ней легко говорить. И потом, мы из одной обоймы, сечёшь? И что мне сказать Лекси? Что кроме флирта, дружеских подколов и того, что мы все вместе проводили время после съемок, ничего не было? А вдруг, и этого будет достаточно? Дил, я в полной панике. Мне снова улетать в Европу, через несколько дней. Я не могу оставить все так, как есть. И все это, как назло, накануне…

- Ты влип серьёзно, не понимаю почему, но мне так кажется. Лекси расстроена, ты и сам это чувствуешь. И надо как-то... Иначе, все сорвется…

- Я не дам этому произойти. Ни в этой жизни. Впервые я чувствую, что эта самая жизнь наполнена только потому, что в ней появилась Лекси. Я буду бороться, за неё, за ребенка. Мне с ней… не знаю, как объяснить.

- Давай надеяться, что до этого не дойдет. Лекси, она всегда была такой рациональной, взвешенной. Она никогда не выискивала ничего о тебе в интернете…

- И сейчас с ней играют её гормоны. Не смотри на меня, как на инопланетянина. Я говорил с Пакс, копался в интернете… Черт! Почти полгода разлуки. И потом, вот… Она и так сомневается, думает, что я сделал ей предложение только из-за того, что она…

- А это не так?

- Ты знаешь, что не так. Ну, или не совсем так… Ты сам отвозил предоплату тому ювелиру, у которого я заказывал кольцо. Ребенок только немного ускорил этот процесс. Так меньше шансов, что об этом пронюхает пресса. Меньше гостей, меньше суеты, меньше риска. Меня не страшит огласка. Рано или поздно… я не хочу рисковать Лекси и малышом.

Мое дыхание остановилось от этих слов. А сердце, наоборот, стало бить о грудную клетку с удвоенной скоростью. Может, еще не все потеряно?

- Так может, Лекси и права? Сходили бы к мировому судье.

- Это исключено. У неё должна быть и будет самая настоящая свадьба. Ей и так всю жизнь придется мириться с этим дерьмом в моей профессии… Господи! – я слышала его протяжный стон. – Не дай мне её потерять.

Что было в этих словах? Боль? Отчаяние? Тоска? Но вот только сейчас я поняла, что была не права отвернувшись от него. Я же обещала верить ему. Говорить обо всем. И вот, струсила и спрятала голову в песок при первой потенциальной ссоре. Сама говорила себе, что его работа не должна иметь никакого отношения к нашей личной жизни, и… Надо было все исправлять, срочно. Немедленно. И придумать способ, как не выдать себя, своего присутствия.

- Дил, как ты думаешь, того времени, что уже прошло, хватило, а? Я могу подняться к Лекси? Святые угодники! Не знаю, что буду делать, если она возненавидит меня. Если будет кричать. И плакать. Я чувствую себя херово, ей Богу! Беспомощным и раздавленным.

- Будет тебе урок: говори все и сразу.

- Легко сказать! Посмотрю я на тебя… Ладно, была, не была. Я пошел…

О-хо-хой! Он сейчас выйдет из кухни и пойдет в спальню. Ко мне. Что же придумать? Сделать вид, что загремела, спускаясь с лестницы? Нет, не в моем положении… но и вернуться в спальню и притвориться спящей я, увы, не успевала…

Я прошмыгнула на террасу, прихватив плед, что лежал на диване в гостиной, на носочках пробежала под окнами кухни, надеясь, что никто меня не увидит, и успела спуститься на второй этаж и устроиться в плетеном кресле, переводя дыхание и прося сердце сбавить темп.

Через несколько секунд на полу образовалась яркая полоска, отражающая включенный в спальне приглушенный свет. А ещё через несколько панорамные двери тихо заскользили по рельсам, разъезжаясь в стороны и впуская в моё убежище Зака.

- Цыплёнок? Ты не спишь?

Он стоял за моей спиной, выжидая или ожидая моей реакции. Я не повернулась к нему, но ответила, ровно:

- Люблю смотреть на город. Отсюда. Это, как неизведанная Галактика. Все эти огни… Как мириады звезд. Правда, красиво?

- Очень. – Зак придвинул соседнее кресло, почти вплотную к моему, сел и взял в ладони мои пальчики. – Как давно ты здесь?

Что ему ответить? Конечно, лучше правду. И я так и собиралась сделать, но Дилан опередил меня:

- Она всё слышала.

Я опешила на какой-то миг:

- Откуда ты знаешь? И почему?..

- Я видел тебя в окне.

Дилан поднялся к нам по внешней лестнице, но так и остался стоять на верхней ступеньке, облокотившись о перила. И ждал. Только чего? Моего ответа? Реакции Зака? Я вздохнула:

- Дилан прав, я всё слышала. И собиралась сказать тебя, правда.

Я смотрела в глаза Зака, ставшие сейчас тёмными, настороженными.

- И?

- Обещаешь выслушать и не перебивать?

- Я подумаю, - он невесело улыбнулся.

- Эта, - я пыталась подобрать подходящее слово, - церемония… Она мне не важна, правда. Ни это белое платье, ни само… торжество. Мне важен ты, точнее, мы. Если мы есть, то мы и дальше будем без этих клятв, без обязательств, без мишуры.

- Нет, цыплёнок, ты не права…

- Зак, ты обещал не перебивать. – Он хмыкнул, давая понять, что ничего мне не обещал. – Я не знаю, что заставляет тебя думать иначе? И возможно, ты прав, и это всё гормоны. Не знаю? Не знаю, что заставляет меня ревновать тебя к твоей профессии именно сейчас? Но я справлюсь. Обещаю. И если тебе так важно устроить всю эту… для меня, то… То могу я попросить тебя?

- Конечно, Лекси. О чём угодно.

- Пожалуйста, - я взяла в ладони его лицо. Ощущала приятную колючесть и проводила подушечками пальцев по высоким скулам, - пожалуйста, не давай мне никаких клятв. Давай обойдёмся без них. Клятвы – это просто слова. Сиюминутные. А жизнь, она такая… дай мне обещание. Одно единственное.

- Какое, цыплёнок?

Он был серьёзен, возможно, как никогда в нашей с ним совместной жизни.

- Обещай мне, что скажешь правду, сразу, как только поймёшь, что в наших отношениях что-то не так. Если поймёшь, что хочешь двигаться дальше своей дорогой. Нет, молчи, выслушай. Я знаю, что ты не оставишь апельсиновое зернышко без своей любви, но… но я не хочу связывать тебя, понимаешь? Не хочу делать тебя обязанным, и, вследствие этого, несчастным. Не хочу, чтобы это сказывалось на твоём любимом деле. – Я слабо улыбнулась, - твои фанаты мне этого не простят. Да и сама себе я этого не прощу. Так что… Мы найдём выход, сумеем. Ради нашего зёрнышка.

Одна капля влаги, словно непрошеная дождинка, обрисовала контур подушечки большого пальца, а потом скатилась по щеке Зака вниз.

- Я обещаю, Лекси. Обещаю. Но ещё обещаю, что буду стараться делать всё, чтобы этого не произошло. – Он накрыл своей ладонью мою и поцеловал запястье. – Но не думай, я и с тебя возьму обещание.

- Какое?

- Не знаю, еще не решил. Но… Я люблю тебя, Лекс. Понимаешь, люблю.

- И я люблю тебя. И буду повторять, пока ты не запомнишь: мне не нужно от тебя ничего…

- …кроме меня самого. Я ценю это. Я это знаю. Но от тебя мне надо так много…

Я закрыла глаза, когда его теплые губы осторожно, бережно и почти нерешительно коснулись моих. Этой поцелуй, он, словно подтверждал все те сказанные нами друг другу слова. И те, что так и остались невысказанными, но каждый из нас знал о них. Этот поцелуй разжигал страсть, просил забыть, хотя бы на время, все недомолвки и обиды. Он обещал так много, особенно, когда плед, что укрывал мои ноги, стал сползать на пол; когда Зак, опираясь на одно колено и удерживая вес тела на руках, положив ладони на подлокотники кресла, навис надо мной; когда насмешливый голос Дилана заставил нас вспомнить, что мы тут не одни…

- Ты счастливый мужик, чувак.

- Я это знаю. Свали.

- Я чувствую себя самым последним неудачником в мире…

- Твои проблемы…

- И это вместо благодарности…

- Ты ещё здесь?

- Я просто предостерегаю… Заниматься этим, на открытой веранде?

- Это мой дом. А ты опусти шторы и включи музыку…

- Безнравственно и безответственно…

- Дил! Затухни!

Я хихикнула и уткнулась носом в плечо Зака: видимо, такой теперь моя жизнь будет всегда. Но… Разве мне было на что жаловаться?