Моменты. Точка невозврата

Глава23

То, что произошло дальше, было похоже, для меня, во всяком случае, на действие какой-то дешевой комедии. Пока Зак продолжал говорить, что в моей беременности кроятся все отказы от обычаев и традиций, что причина, по которой мы решили узаконить наши отношения только частично в этом, что он будет рядом, потому что за мной нужен глаз да глаз и всё в таком духе; каждый из присутствующих воспринял эту новость по-разному. Дедушки хмыкнули и пожали друг другу руки. Бабушки прослезились и, склонив головы, о чём-то зашептались. Дилан облегченно выдохнул. Мой брат насупился и неприязненно смотрел на Зака. Впрочем, как и отец. А вот мама… И Старла…

Старла повернулась к моей маме, вытянула руку и звонко хлопнула по маминой вытянутой ладони в каком-то непонятно приветственном жесте.

- Ну, наконец-то! А то у меня уже язык за зубами не держится. Так и хочется отвесить этой девчонке подзатыльник. Прости, Мария, но…

- Да я и сама еле держусь. Александра!

Я испуганно уставилась на двух подруг, что, словно коршуны, смотрели на меня.

- А, а что не так?

- Да всё не так, – Старла всплеснула руками. – Начиная с того, как ты сидишь. – А как я сидела? Обычно, подтянув колени к груди. – Ты перекрываешь ребёнку весь кислород!

- А что ты ешь? – Ох, и моя мама подключилась…

- Правильное питание? – Указательный палец Старлы был направлен в мою сторону. – Мороженое? Одно сплошное мороженое ты называешь…

Я закрыла глаза, боясь закричать, боясь сорваться с места и рвануть, куда глаза глядят. Две мамочки, вычитывающие мне лекцию о том, что они хотят растить своего внука здоровым и счастливым — это перебор. Ну, ладно, я безответственная, бестолковая девица, которая так несерьезно и наплевательски относится к своему здоровью и к здоровью своего малыша; что я еще не осознала всю ответственность, которая ляжет на мои плечи… Ага, не осознала. Просто… Просто, помогите мне сейчас, кто-нибудь.

Если возможно выключить частичный звук в этой гостиной и среди разношерстного гула услышать один единственный нужный тебе голос, то я это сделала.

-… очень надеюсь, что это будет девочка пап… что у меня будет дочь.

- Зак…

Я не была уверена, что он меня услышит, но он услышал. Повернулся и оторопел.

- Эй, эй, эй… Мам! Перестань. – Он сел на подлокотник кресла, заботливо обнимая меня. – Теперь это моя прерогатива - доканывать Лекси. Что вы налетели на неё? Ну, подумаешь, мороженое? Зато, не тошнит…

И тут бы началось все заново, если бы не дедушка Эфрон:

- Значит так, я думаю, что за некоторые послабления бог нас не накажет. Всю организацию церемонии я беру на себя. Давид поможет…

- Ну а мы с Алексом обзвоним всех и попросим перенести свои дела, насколько это возможно. – Дилан подмигнул мне.

- А мы договоримся с персоналом отеля, - Старла мило улыбнулась, обнимая мою маму.

- Ну а мы поможем, – Дэвид стоял рядом с моим отцом, - со всем остальным…

Вот так начались самые безумные дни в моей жизни…

Позже, когда все разошлись по своим комнатам, погружая отель в тишину, я забралась после душа в постель и сидела, укрыв ноги одеялом и уставившись в одну точку на стене. Мыслей в голове не было никаких. Усталость, да, возможно. Ну и небольшое беспокойство о том, как все можно будет успеть всего за пару дней? Договориться с поварами? Со службой доставки цветов? Со многими-многими другими, кто был втянут в это дело?

Я даже не обратила внимания на Зака, когда он, с полотенцем на бедрах, с мокрыми взъерошенными волосами, вышел из ванной.

- Кто бы мог подумать. – Он усмехнулся, привлекая моё внимание. – Моя еврейская женушка! Ну, Александра…

- Странно, правда? – Я наклонила голову к плечу, наблюдая, как он тянет на себя ящик комода, доставая из него легкие штаны. – В одной вещичке заключена история целого рода. Я никогда не думала, что вторая мировая война сыграла такую роль в нашей семье. Теперь я точно знаю, что во мне есть итальянская кровь, пуэрториканская, и, кажется, французская… от бабушки по папиной линии…

- Смесь кровей и взрыв характера. – Зак лег на подушку, протягивая мне руку и предлагая устроиться рядом с ним. – Теперь я понимаю, почему мой цыплёнок самый красивый на свете. – Он поцеловал меня в висок. – Ну, это еще одна история, которую мы будем рассказывать нашим внукам.

Внукам… Как он не боялся загадывать так далеко вперёд?

Мы лежали в полной тишине. Я рисовала узоры на груди Зака, а он лежал, обнимая меня одной рукой, и смотрел в потолок.

- Знаешь, Лекс, - он так внезапно приподнялся на локте и наклонился ко мне, заставляя внимательно смотреть на него. – Я всё решил.

- Что решил? – я опешила от его такой неожиданной прыти.

- Ты только выслушай. Знаю, ты можешь быть против. Можешь не согласиться со мной, но… - Зак сделал глубокий вдох, на миг прикрывая глаза. – Если будет сын, назовём его Дэвидом. Дэвид Заккари Александр Эфрон. Да.

Я молча смотрела на него. С открытым ртом. Если и были какие-то слова, что я должна была сказать ему, то они застряли где-то, должно быть. Как так? Начать спорить? Сказать о том, что мы не обсуждали этого всерьёз? Разве можно назвать тот первый, шоковый разговор, обдуманным подходом в выборе имени?

Но, посмотрев на Зака еще раз, я поняла, насколько это важно для него. Эта его связь с отцом. Да, порою, Дэвид был строг, безапелляционен и прямолинеен. Но он любил Зака, гордился им. И Зак любил его. Несмотря ни на что, не просто любил: он обожал, боготворил своего отца.

Я провела раскрытой ладонью по щеке и Зака и молча, кивнула. Дэвид. Ладно, так и быть. Красивое имя. Красивое имя для мужчины красивого народа. К коему и я теперь принадлежала. Ну и со вторым именем всё понятно: это имя отца малыша. Но вот с третьим?

- Уф, - Зак шумно выдохнул, продолжая внимательно смотреть на меня. – Значит, ты не против? Слава Иисусу! Или, кому ещё там…

- Ну, мне нравится это имя. По крайней мере, по двум причинам. – Я прикусила губу и отвела взгляд, стараясь казаться серьёзной. – Уже хорошо, что это не какая-то там зашифрованная аббревиатура с нашими именами. Ну, или, название города, места, или ещё чего-то необычного. Ну а второе: это шанс для меня смягчить твоего отца.

- Детка, да брось! – Зак фыркнул. – Мой отец без ума от тебя, хоть и скрывает это. А уж после известия о том, что его непутёвый и беспутный сын скоро сделает его дедом…

Мне бы его уверенность. Я вздохнула: может, Зак и пытался утешить меня и приободрить, но, я всё равно сомневалась.

- Ладно. – Я снова посмотрела на него. – А если дочь?

Зак, как мне показалось, помедлил, словно набирался смелости. Взял мою ладонь, поцеловал внутреннюю сторону запястья и на выдохе сказал:

- Эмилия. Или Эмили. Тут можно подумать и решить. Но звать мы её будем Эмма.

- Эмилия? – Я эхом повторила за ним. А Зак коротко кивнул. – Или Эмили?

- Да.

- Ну, хорошо уже, что не Эппл или Оранж… А там, глядишь, мы бы её и Персиком назвали. Или Арбузиком…

Я бурчала себе под нос, надеясь, что Зак не услышит и не обидится. Но то, что он выдал сразу после своего короткого и лаконичного «да», заставило меня снова раскрыть рот в немом изумлении.

- Эмили Захария Александра Эфрон. Нет, всё-таки, Эмилия Захария Александра Эфрон звучит как-то лучше. Определённо.

Нет, ну, каков, а? Самоуверенный? Самовлюблённый? Значит, Эмилия? Мне что? Благодарить его, что не Кхалиси? И то, слава Богу… Зная его страсть к «Игре престолов» и к «матери драконов» всё могло быть… Но, Эмилия…

- Выслушай– Зак строго посмотрел на меня, заставляя стать серьёзной и умерить свой гнев. – Эмилия – в честь твоей пра- какой-то там бабушки. Прости, поколения считать не буду. Мы не знали её лично, но… Я благодарен ей за то, что в тебе течёт её кровь, и это позволяет нам сделать подарок моему деду, устроив ту церемонию, которую хочет он. Ну и твой. Я бы мог спорить с ними и дальше, но… Давай уважим их.

- Ну, ладно. – Я нехотя согласилась. – Сама до сих пор не могу поверить… И Дед никогда не рассказывал нам об этом. Эмилия… В общем, мне нравится. Но вот, Захария?

- А что? Я её отец! А ты мать. И всё это звучит красиво. – Он откинулся на подушку, но провел рукой по волосам, ероша их. – Значит, решено. Сын – Дэвид, дочь – Эмма. Это не обсуждается, и так и будет. А ещё одного мальчишку назовём Гордон, и второе имя, так и быть, Дилан, пусть мелкий засранец успокоится. Вот только, надо как-то договориться с этими головастиками, что владеют Y-хромосомой, что сначала должны родиться мальчишки, а потом девчонка. Или, наоборот. Девчонка, а потом двое пацанов…

Он еще о чем-то рассуждал, сам с собой. Но я села, уставившись на него и потеряв дар речи. Зак… Он, что? Он, серьёзно?!

- Эй! – я стукнула его. – Отмотай всё назад! До того момента, как… Какие два сына и дочь? А я? А, а меня спросить? Ты считаешь, что я инкубатор для твоих детей? Трое? Да ты в своём уме? Я думала… Ну, сын и дочь… всё, точка… Но, трое?.. Нет! Я тоже имею право голоса. И мне решать…

Но Зак быстро протянул ко мне руку, потянул и уложил к себе на грудь. Чёрт, прижал так сильно, что я и пошевельнуться не могла. Гладил по волосам, успокаивал и целовал:

- Трое, цыплёнок, трое. Тут и обсуждать нечего. Два пацана. Потому что, парню нужен брат. Самый настоящий, с минимальной разницей в возрасте. Ну, вот как бы я рос без Дила? Или, он без меня? Да я жизнь свою без этого засранца не могу представить. Мы как одно целое.

- Но нам с Алексом тоже было неплохо вдвоём.

- Вы – двойняшки. Вы дополняете друг друга. Но у Алекса, я уверен, есть друг, с пелёнок, которого он считает своим братом.

- Ну, так и давай остановимся на двух сыновьях.

- Нет. Потому что я хочу дочь. Двух сыновей и дочь.

Ох, мамочки! И это говорил мне тот, кто заявлял в интервью, причем неоднократно, что не только не готов остепениться и завести семью лет так до сорока, но думает, что дети, это, вообще, не его?

- А почему не две дочери и сын?

- Это, конечно, как получится, но… я знаю мало сестер, которые в детстве ладили между собой. – Он снова навис надо мной. – Цыплёнок, предоставь это мне. – Он наклонился, задрал на мне майку и поцеловал маленький, почти незаметный, так мне хотелось думать, живот. – Малыш, я не знаю, кто ты – мальчик или девочка – но, в любом случае, следующий, кто займёт твоё место, будет твой брат. Так что, начинай готовить комнату. Думаю, синий, самый подходящий цвет стен для мальчишки. И с твоей мамой я договорюсь. Об этом даже не думай.

- Хохмач!

Я стукнула его по плечу. Вывернулась и улеглась на бок, подкладывая руку под подушку. Сумасшедший. Самый сумасшедший из всех, кого я знала. Трое детей… И ведь, не блефовал, зараза. Честно говоря, я боялась быть мамой и для одного… А вдруг, не справлюсь? Буду недостаточно хороша для этого. Я ничего не знала детях, ничего. И ещё, да, мне страшно потерять свою работу, хотя и понимала, что достойную карьеру, работая личным переводчиком, сделать не получиться, но… Трое детей… Что это значит? Засесть дома и погрязнуть в бытовых проблемах и воспитании отпрысков? Я не хотела так! Я не был готова. Но… Я постаралась подавить тяжелый вздох, я прекрасно понимала, что Зак принял это решение. Да, и за меня тоже. Решение, которое далось ему нелегко. Зная его, представляла, как долго он шел к нему; как взвешивал все «за» и «против». Как говорил с братом, пусть и завуалировано. Расспрашивал отца. Представляла, как долго колебались из стороны в сторону чаши его весов; как одно решение перевешивало другое, пока, наконец, он не уравновесил их. И вот теперь ничто не могло сдвинуть этот баланс с мертвой точки. И спорить с ним бесполезно… Но кто сказал, что я не найду способ, как это его решение обойти?

Трое детей… Хотя, да, сама идея не так уж плоха. Я и сама хотела девочку, дочку.

Да, согласна, у Алекса был лучший друг, Чет, с которым они были не разлей вода. Так что, да, мальчишке нужен брат… Два старших брата для одной маленькой голубоглазой крохи…

Я сморщила нос. Что ж, так и быть, я согласна с этим его решением. Но вот только фиг он дождётся от меня признания в капитуляции. Я изрядно помучаю его, перед тем как… скажу, что согласна. И это не будет уступкой или компромиссом. Это будет… А что это будет?

Трое детей… И тут только до меня дошло, что он думал о наших детях. Моих и его. И это значит… господи боже… неужели я та самая? Та, единственная для него, с кем он готов разделить свою жизнь? Построить будущее? Создать семью? Родить детей? Я? Что есть во мне такого? Почему я? Почему не одна из тех, что?.. Были в прошлом? Или могли быть? Или были бы? Я? Не синеглазая Александра? Не дочь знаменитого певца? Не умудрённая жизненным опытом Мишель? Я?

Я не знала, что я испытала в тот момент. Но какое-то непонятное чувство легкости от того, что я отпустила невысказанные между нами обиды и недомолвки, собралось в уголках моих глаз. Я развернулась и смотрела на Зака, даже не пытаясь вытереть мокрые щеки. Это не мои взбушевавшие гормоны сейчас солеными дорожками катились вниз. Нет. Это все те чувства и эмоции, которые я испытывала к этому удивительному мужчине.

- Я люблю тебя.

- И я люблю тебя, цыплёнок. Дурында ты моя. – Он протянул руку, убирая мне за спину прядь волос, и улыбнулся той самой улыбкой, от которой замирало моё сердце. – А плачешь-то чего?

Я приподняла одно плечо:

- Потому что люблю.

Зак придвинулся ко мне, просунул руку под голову и притянул к своему телу, обнимая и целуя волосы на макушке.

- Знаешь, я думаю подать запрос властям города. Хочу увековечить то место, в Беверли Хиллс, где ты свалилась ко мне в руки. Установить табличку с чем-то таким, - он выдержал небольшую паузу, - пафосным. Типа, в этом самом месте всемирно известный актёр, добившийся признания не только своим талантом, но смазливой рожей, поймал за маленький хвостик свою желтую птицу удачи. Кстати, а цыплята, они птицы?

- Ха-ха! – Но не улыбнуться я не могла. – Очень смешно. Ты забыл добавить: всемирно известный самовлюбленный, самодовольный и самоуверенный актёр.

- Ну, есть от чего быть таким.

- Серьёзно? – я подняла глаза.

- Ага! Еще бы, ведь в меня влюбилась такая девчонка. Упрямая, упёртая, своенравная. До сих пор поверить не могу, что ты согласилась выйти за меня.

- В самом деле? – Я приподнялась на локте. – Обсудим?

- Не сейчас, цыплёнок. – Зак притворно вытаращил глаза. – Не сейчас. В четверг, после свадьбы. Сейчас спи. – Я повозилась, устраиваясь рядом с ним; закинула ногу на ноги Зака и закрыла глаза. Спать, в самом деле, хотелось. – Рад, что ты согласилась. Может, это будет твоим свадебным подарком мне, а? Соглашаться со всем, что я тебе предложу?

- Не знаю. Не уверена, - я даже не пыталась скрыть зевоту, - но я подумаю… А минимальная разница в возрасте, это сколько?

Вместо ответа я услышала громкий и беззаботный смех…