ИСКРА ВО МРАКЕ

Точка Возгорания

Элиас внимательно смотрит на Лиру, пока перед ней ставят кружку с дымящимся напитком. Атмосфера накаляется.

— Порошок — это то, во что превратились мои товарищи три года назад, когда столкнулись с Кошмаром Синдиката, имея на руках только девять миллиметров свинца, — голос Элиаса стал сухим, как треск старых костей. — Я не боюсь смерти, Лира. Я боюсь своей бесполезности.

Лира на мгновение замерла, а затем её плечи затряслись, и она зашлась звонким, надрывным хохотом, который заставил посетителей бара обернуться. В этом смехе не было веселья — только острая, как бритва, ирония.

— Так спешишь отправиться на тот свет и прихватить за собой кого-нибудь еще? — она резко оборвала смех и подалась вперед, в упор глядя в глаза Элиаса. — Забудь об этом. Синдикат тебе не по зубам. Просто… Не лезь в это, если жизнь дорога. Потому что ты и твоя мутная компашка — просто шум на заднем фоне для них. Вы… Мухи, которых они прихлопнут и глазом не моргнув, когда им наконец надоест ваше жужжание.

Она отхлебнула обжигающий напиток, даже не поморщившись. От кружки пошел легкий пар, потому что её собственная температура тела была выше человеческой.

— Думаешь, пара гравировок на железе, твоя вера в пророчество и моя сила, защитят твоих парней от того, что вылезет из Бездны, когда Окулус завершит ритуалы? — Лира покачала головой, и её голос упал до шепота. — Я видела, как горели целые отряды таких же смельчаков. Всё, что от них оставалось — вонь от паленой плоти и застывший ужас в глазах, пока они не превращались в пепел. Просто забудь о этом, Элиас. Пей свой виски, лови мелких воришек, но не надейся стать героем в войне, где боги играют с окропленными кровью картами.

Элиас не отвел взгляда. Он медленно вытянул руку и накрыл ею барную стойку, непроизвольно сжимая пальцы зараженной руки. Тьма под его кожей едва заметно запульсировала, словно бы откликаясь на её браваду.

— Я и не ищу геройства, Лира. Я ищу способ нанести ответный удар. И если для этого мне нужно будет сгореть в твоем пламени — пусть будет так.

Он подвинул свою руку к её, но не коснулся. Словно бы испугался реакции собственного тела или силы.

— Ты говоришь, я не по зубам Синдикату? Возможно. Но вместе мы могли бы стать костью, которой они поперхнутся.