Кумир на мою голову

Глава 16

Ещё не до конца проснувшись, по большей части все еще пребывая во власти Морфея, снится мне, будто бы я нежусь в тёплых и самых уютных на свете объятиях. В объятиях своего начальника. И просыпаться от такого сна совершенно не хочется.

Чувствую его сильные руки, обнимающие меня, чувствую невесомый поцелуй на лбу и ласковый шёпот мне на ухо. Затем лёгкое поглаживание по волосам, отчего всё-таки приходится невольно пошевелиться, ощущая странную тесноту с двух сторон.

Странно, моя кровать ведь достаточно свободная для того, чтобы там уместилось как минимум человека три... И всё же, несмотря на подобные тревожные мысли, пробравшиеся в мою голову, я не слишком тороплюсь открывать глаза, никак не желая отпускать от себя столь прекрасный сон, происходящий словно бы наяву.

Нет, мне, чего уж скрывать, часто снятся сны с непосредственным участием Дмитрия Николаевича, однако, чтобы настолько всё реалистичным казалось — впервые. Так по-настоящему тепло и уютно.

Невольно подаюсь ближе к источнику этого тепла, намереваясь вновь погрузиться в глубокий сон, но вдруг слышу тихий смешок у самого уха, коснувшийся моих волос. Настораживаюсь уже сильнее, медленно приоткрываю веки и первым, что я вижу, оказывается нежный взгляд до боли знакомых голубых глаз. Любимых мною глаз. И только тогда до меня постепенно доходит осознание того, что всё это не сон.

Я действительно проснулась в объятиях Жданова и прямо сейчас глупо хлопаю ресницами, не в силах поверить в реальность происходящего.

Лихорадочно начинаю вспоминать события, случившиеся накануне, и всё встаёт на свои места. Щёки вмиг опаляет румянец, а сама я опускаю глаза, утыкаясь ими в мужскую грудь, облаченную в футболку. Разряд тока пробегает по всему телу от ещё более острого ощущения того, насколько близко я лежу к мужчине и насколько тесно он прижимает меня к себе, продолжая поглаживать рукой мои волосы.

И если не брать во внимание затопившие меня неловкость и смущение от всей этой ситуации, то больше всего хочется одного. Просто взять и подвинуться к нему вновь, обнять в ответ, забыв о всех словах, которые я вчера сказала, тем самым не давая нам обоим совершить непоправимый поступок.

На короткую долю секунды действительно жалею о том, что вчерашним вечером мой разум оказался громче стука влюбленного сердца, но в конце концов я понимаю, что поступила правильно. Познакомились бы мы при других обстоятельствах и в другое время, ни за что бы не упустила шанс впустить в свою жизнь такого мужчину, но... Имеем то, что имеем.

Поднимаю глаза и снова встречаюсь взглядами с Дмитрием, который определённо забавляется от моей реакции. Тоже еле заметно улыбаюсь и внезапно понимаю, что эта проведенная вместе ночь как-то стёрла между нами очередную границу, подведя друг к другу ещё ближе. Пусть даже физической близости и не было.

Рука моя почти тянется вверх, желая всё-таки прикоснуться к нему в ответ, но тут я мельком смотрю на висящие на стене часы и испуганно вздрагиваю. Сонливость наравне с нежным очарованием в мгновение ока покидают меня, возвращая в жестокую реальность.

— Дмитрий Николаевич, мы же опаздываем на съёмки! — поднимаюсь резко, едва ли не запутавшись в одеяле, которым, как оказалось, он ночью нас укрыл.

Вскочив с дивана, на миг застываю, толком не зная, что вообще делать. Мне собраться как-то надо, я же не поеду в помятой одежде. Но времени совсем нет на то, чтобы заскочить домой... Чёрт! Вот как меня угораздило уснуть так безответственно, как? И это ведь в то время, когда я прекрасно знала, что утром нам ехать в студию на шоу.

Боже, за такое меня точно уволить мало!

— Саш, успокойся, — не замечаю момента, когда мужчина тоже встает и приближается ко мне, обхватив за плечи руками. Заставляет посмотреть на него. — Я сказал Мишке, что мы опоздаем, не переживай. Но времени у нас действительно мало, поэтому выбирай, что предпочтешь: душ или кофе?

Смотрю на него и понемногу в самом деле успокаиваюсь, видя то, насколько он сам собран и спокоен. Должно быть, всё не так страшно, или, по крайней мере, мне хочется в это верить.

Делаю глубокий вдох и отвечаю робко:

— Душ, если можно.

Даже представить себе боюсь, насколько помятой сейчас выглядит не только моя одежда, но и лицо. Да и тушь наверняка растеклась во время сна.

Вот же угораздило.

Он вновь улыбается, а затем кивает в сторону одной из дверей.

— Хорошо, иди в ванную, а я тогда напишу, чтобы Михаил встретил нас с кофе. Перекусим позже. Чистые полотенца там есть, если что. Бери, не стесняйся, — подмигивает, после чего я направляюсь в указанном мне направлении, но тут же замираю, когда в спину доносится: — Могу составить компанию — сэкономим время.

Оборачиваюсь назад и широко распахнутыми глазами смотрю на Дмитрия, вмиг запаниковав от столь смелого предложения. Краснею, кажется, сильнее прежнего, так как даже уши у меня "горят". Но стоит мужчине задорно рассмеяться, запрокинув голову, тут же прогоняя нависшую над нами неловкость, как я вспоминаю о его особой любви к шуткам.

Послав ему один из своих самых строгих и недовольных взглядов, почти бегом дохожу до нужной двери и скрываюсь за ней, всё ещё слыша довольный смех своего начальника.

Мельком оглядываюсь в ванной комнате и замираю напротив зеркала, висящего над раковиной. В целом, вид не такой уж и ужасный, как я думала, но освежиться не помешает.

Быстро напомнив себе о том, что нужно торопиться, я раздеваюсь и оказываюсь в душевой кабинке. Включаю воду, настраиваю температуру и вот уже стою под тёплыми струями, прикрыв глаза. Дома я бы потратила как минимум сорок минут на водные процедуры, но в данный момент у меня нет такой возможности, а потому приходится действовать в темпе.

Оглядев полку со стоящими на ней средствами гигиены, почти с замиранием сердца протягиваю руку и беру гель для душа. Открываю его и подношу к носу, втягивая такой знакомый мне запах, ставший одним из самых любимых за последние несколько недель.

Вспоминаю вчерашний вечер и мое пробуждение, случившееся всего несколько минут назад. Мурашки тут же атакуют всё тело, стоит лишь подумать о горячих поцелуях на своей шее, о сильных руках, сжимающих мою талию. И о том, насколько нежным был взгляд Жданова этим утром.

Боже, всё происходит так быстро, что я банально не в состоянии подстроиться под бешеный ритм этих перемен в моей жизни. И с каждым днём всё становится ещё более и более сложным, запутанным. Я совершенно не имею понятия, к чему нас это приведёт, но внутренний голос подсказывает, что легко и просто определённо не будет.

Уложившись в рекордные семь минут, я облачилась вновь в свои вещи и на скорую руку высушила волосы, искренне надеясь на то, что от меня не слишком сильно пахнет мужским парфюмом из-за использования шампуня Дмитрия.

Не досушив до конца волосы и оставив их досыхать самостоятельно, в очередной раз мысленно обругала себя касаемо непрофессионализма, последствия которого сейчас разгребаю. Вышла обратно в гостиную, где меня уже ждал мой начальник, полностью собранный и готовый ехать.

Что-то быстро печатая в своем телефоне, он посмотрел на меня, на пару секунд так и задержав свой взор, а после повел по направлению к выходу. И, спускаясь вслед за ним на первый этаж к уже ожидающему у подъезда нас автомобилю, я пыталась себя успокоить тем фактом, что до моего внешнего вида никому нет дела, ведь я буду находиться за кулисами, а то и вовсе ждать в машине.

Хоть и не в достаточной мере, но подобные размышления мне помогли не чувствовать себя совсем уж отвратительно.

За всё время пути мы с Дмитрием не разговариваем, сидя на заднем сидении, но пару раз обмениваемся понятными только нам двоим взглядами. Не знаю, о чем думает он, но я никак не могу перестать вспоминать события вчерашнего дня, когда он практически признался мне в любви.

Повторюсь, в другой ситуации я бы визжала от восторга и радости, но не тогда, когда он женат, а я всего лишь его ассистент.

Без особого интереса смотрю в окно и вдруг чувствую вибрацию своего телефона. Достаю его из кармана и гляжу на экран, замечая только что пришедшее смс от того самого друга, встреча с которым в караоке-клубе принесла нам немало хлопот.

Открываю сообщение и быстро пробегаюсь глазами по тексту, с каждой проходящей секундой настораживаясь всё больше. Он пишет какой-то бред о том, что совсем скоро я узнаю что-то такое, из-за чего моё к нему отношение резко изменится. И просит за это прощения.

Хмурюсь и пытаюсь ему позвонить, желая узнать, что конкретно он задумал, но телефон оказывается недоступным, словно парень специально его отключил после отправки сообщения. И это уже не просто настораживает, а даже пугает и заставляет ощутить укол плохого предчувствие в районе рёбер.

Минуты, как мы доезжаем до нужного места и выходим из машины, проходят для меня как в тумане из-за мыслей о странном смс. Поэтому, когда перед нами оказывается Горшков, я немало теряюсь.

Он встречает нас на заднем дворе студии, где и будут проходить съёмки, с обещанным кофе. Останавливается и зачем-то опускает глаза вниз, после чего эти самые глаза резко сверкают от вспыхнувшей в них злости.

Я непонимающе прослеживаю за его взором и застываю на миг от шока при виде того, как Жданов держит меня за руку. Честное слово, даже не почувствовала того, когда он успел ко мне прикоснуться!

Испуганно вырываю свою ладонь и отхожу от начальника в сторону, а затем и вовсе проношусь мимо такого же ошалевшего Михаила. Слышу, как он нападает на Дмитрия с претензиями по поводу нашего опоздания и с вопросами о том, чего это ради мы заявились сюда держась за руки. Однако ответов я решаю не дожидаться, как можно скорее скрывшись в здании и оставив мужчин позади.

Ну просто невообразимо "прекрасное" утро!

Стараясь не акцентировать своё внимание на ненужных сейчас вещах, и так слишком растерянная всеми происходящими сегодня событиями, я оказываюсь в самом центре множества людей, бегающих туда-сюда. Среди них замечаю спокойно стоящих поодаль от всеобщего хаоса двух знакомых мне мужчин. Ведущий нашего будущего шоу и друг Жданова, с которым они часто вместе работают. Вячеслав Журавлёв — очень талантливый композитор и просто отличный человек.

Последний, судя по всему, тоже приглашен как гость, что и не удивительно. Помимо него, тут будут и другие люди, чьи жизни в той или иной мере невольно изменил мой начальник с помощью своего творчества.

Собираюсь уже спросить, не нужна ли где помощь, как ко мне внезапно подбегает женщина лет тридцати пяти и зовет переодеваться. Я непонимающе хлопаю глазами и осматриваю свой внешний вид. Да, он неидеален, но чтобы прям переодеваться...

Собираюсь, конечно же, отказаться, как вдруг она выдает ещё более странное заявление:

— Александра, верно? Вы будете в кадре, а значит, нужно привести Вас в порядок, — произносит она уверенно, видя моё замешательство. Начинает настойчиво тянуть за собой.

— Нет-нет, подождите, это какая-то ошибка... — усмехаюсь нервно, а у самой ноги подкашиваются от осознания приближающегося кошмара.

— Никакой ошибки нет, Калинина, — раздаётся внезапно за моей спиной мужской голос, отчего даже эта женщина тут же отходит в сторону, не желая попасть под горячую руку Горшкова. — Ты тоже участвуешь в съёмках.