Кумир на мою голову

Глава 6

Спустя пару недель.

Внезапный звонок телефона резко вырывает меня из тёплых объятий сна. В голове сразу же пронеслась мысль о том, что я безбожно проспала. Тут же подорвавшись с подушки, схватила смартфон и взглянула на экран. С облегчением медленно выдохнула, успокаивая быстрое сердцебиение. Звонок не от коллег и не от начальства точно.

Падаю обратно на белоснежные простыни, так как в запасе ещё есть целых два часа. Прямо-таки подарок небес, не иначе. Но вот вопрос: кто всё-таки звонил?

Опять поднеся телефон к лицу, нахожу пропущенный вызов по мессенджеру. Внимательно рассматриваю фотографию звонившего. Не уверена на сто процентов, но изображённый на картинке парень похож на Кольку Харитонова, моего давнего приятеля. Когда-то мы с ним очень тепло общались в период моей учёбы в университете, главным образом на тему сотен прочитанных книжек.

Интересно, что же ему могло понадобиться-то... И ещё более интересно, откуда у него мой новый номер?

Сейчас я имею работу, о которой могла только мечтать каждая девчонка в начале двухтысячных, да и сейчас тоже. Личный ассистент самого Дмитрия Жданова! С тех самых пор, как я стала частью этой большой и дружной команды, на меня обрушился более чем ощутимый поток разных просьб с той или иной стороны родственников, друзей, просто знакомых и так далее. Прислать фотографию, непременно с личным пожеланием и автографом от Дмитрия, видео-привет и тому подобное. В общем, я уже стала ощущать себя не иначе как волшебной феей по исполнению желаний, но этот водопад подобных запросов меня основательно утомил. Да и перед самим начальником было по-настоящему неудобно. К тому же, он и так достаточно уделяет внимания поклонникам в социальных сетях. Поэтому-то теперь мой номер знают только несколько самых близких человек.

Вот что бывает, когда на тебя падает отблеск славы настоящей звезды.

Нет, я изначально знала, на что шла, однако не представляла всё же, что на меня свалится столько "счастья".

Возвращаясь в реальность, на ум приходит мысль, что, наверное, Коля каким-то хитрым образом выудил номер у моей мамы. Она ведь никогда не могла устоять перед обаянием человека, цитировавшего наизусть "Войну и Мир".

В очередной раз смотрю на часы. Есть ещё немного времени до первой утренней чашки кофе Дмитрия Николаевича, которую я отношу ему в номер, а после мы обсуждаем дела на грядущий день.

Накрыв лицо одеялом, не особо как-то желая вылезать из уютной постели, принимаюсь думать над тем, стоит ли перезванивать старому другу, так внезапно объявившемуся. Раздумья мои длятся не так уж и долго, после чего я набираю его номер. Прикладываю смартфон к уху с надеждой в душе, что ему не нужно от меня чего-то такого, что я могла бы исполнить только обратившись за помощью к Дмитрию.

— Саша, здравствуй! — почти сразу радостно зазвучал в трубке знакомый мелодичный голос. — Я уже и не надеялся, что ты перезвонишь. У меня к тебе дело есть на миллион. Ты же в Рязани сейчас? Я точно знаю, что да, ведь у Жданова завтра концерт здесь. И ты тоже наверняка тут.

Я смотрю на солнечные лучи, пробивающиеся сквозь прозрачные шторы, на медленно разгорающийся летний день. Распрямив левую ногу и вытянувшись на мягком матрасе, с разочарованием понимаю, что Кольке всё-таки нужен видео-привет или ещё чего веселее.

Дослушав быстрый поток слов парня, который даже не дал мне возможности поздороваться нормально, прерываю своё молчание.

— Да, завтра у нас концерт и я тоже тут.

— Мне очень нужно с тобой встретиться сегодня вечером. Я как раз в Рязани, так уж получилось, что...

— Коль, ты извини, но у нас вечером репетиция, а мне обязательно необходимо быть там. Этот вопрос не потерпит до моего возвращения домой?

— Нет, Сань, дело крайне важное. Пожалуйста. Когда ты услышишь, о чём я говорю, то всё поймешь. Давай увидимся сегодня в караоке-клубе, часов в восемь вечера, прошу. Адрес я скину.

Пинаю одну из десяти подушек, в изобилии валяющихся рядом, и проклинаю свой мягкий характер.

— Ладно, давай, если такая срочность. Только не больше часа, хорошо?

— Да, конечно. Просто огромное тебе спасибо. До встречи, обнимаю, — парень отключается, оставляя меня в лёгкой растерянности и злости на саму себя.

Спустя некоторое время я уже стучу в дверь Дмитрия Николаевича с пластиковыми стаканчиками кофе в руках. Переминаюсь с ноги на ногу и размышляю теперь о том, как же мне отпроситься у него на этот вечер. В принципе, репетиция должна будет уже закончиться, но я не знаю, где ещё может понадобиться моё присутствие. Мало ли какой форс-мажор приключится.

Чуть вздрагиваю, когда дверь наконец-то распахивается и во всей своей красе передо мной предстаёт босс.

— "Чуть свет — уж на ногах! и я у ваших ног", да, Александра? — бодро приветствует меня Жданов, одаривая своей очаровательной улыбкой.

— Да, Дмитрий Николаевич. Вы, как всегда, шутите.

— Конечно, а как иначе.

Подмигнув мне, мужчина забирает у меня из рук свой стакан и направляется в сторону кофейного столика, стоящего у симпатичного дивана насыщенного синего цвета. Присаживается.

Я же каждый раз не устаю поражаться простоте и душевности своего, во всех смыслах идеального, начальника. А ещё тому, с какой лёгкой непринужденностью он носит самые простые вещи и выглядит в них по-настоящему ослепительно. Как, например, сейчас. Всего-навсего белая футболка и спортивные чёрные штаны. Его внешность, мне кажется, способна любые вещи превратить в писк моды. И это в его сорок с лишним лет.

Дмитрий хоть и курит, но это единственная его вредная привычка. В остальном же он регулярно бегает по утрам и по возможности занимается в зале, поддерживая здоровый образ жизни и своё тело в тонусе.

Заметив мой ступор, приглашает присесть рядом.

— Ну что, давай быстро пробежимся по нашему списку дел, — забирает у меня из рук также принесённую с собой записную книжку. Внимательно вчитывается и указывает пальцем на одну из строчек. — К этому времени закажешь мне такси на радио, а водитель наш пусть отдохнёт. Потом жду тебя, как всегда, с кофе внизу. Так, ещё это и это...

Взяв шариковую ручку, он ставит галочки, зачёркивает и исправляет некоторые пункты, а я сижу и просто стараюсь держать спину прямо, дабы не завалиться в огромные подушки, находящиеся позади нас.

Наблюдая за тем, как Жданов уверенно орудует в моей рабочей книжке, опять поймала себя на мысли, что не могу перестать любоваться его руками, ловкостью пальцев и быстротой, с какой он делает что-либо.

Вы спросите, как можно общаться с таким человеком каждый день и не поддаться его обаянию? Очень сложно, на самом деле. Просто нужно понимать, что то, как он очаровывает всех вокруг мимоходом и искрометно юморит — это просто его способ общения с миром. И как мантру твердить в своей голове лихорадочное, но такое необходимое мне правило: он счастливо женат!

Стыдливо отведя взгляд, словно бы Жданов мог прочитать мои неподобающие мысли, я чуть дёргаюсь, когда он заканчивает ставить галочки и произносит:

— Итак, репетиция у нас закончится в половине восьмого, и я хотел бы показать тебе одну забавную штуку, местную экзотику. Памятник грибам. Все туристы туда ходят вроде. Что скажешь, заслуживает твоего внимания маленькая прогулка? Пойдём мы с тобой и наши пацаны, должно быть весело.

Мужчина широко улыбнулся, словно бы предвкушая интересную и крайне увлекательную экскурсию, о которой с таким запалом мне только что поведал.

— Дмитрий Николаевич, тут такое дело...

Конечно, мне хотелось бы посмотреть на этот любопытный памятник, а не тащиться в караоке-клуб, где меня явно будут просить о каком-то хитром пособничестве, но раз дала обещание, то нужно ведь его сдержать.

— Та-а-ак. Когда в ход идёт этот твой виноватый тон, значит, опять кто-то что-то попросил. Если мне не изменяет память, мы это уже обсуждали. После того как где-то всплывает очередной такой привет, моя почта разрывается от подобных просьб. Дружба дружбой, но... — чуть улыбнулся и вдруг накрыл мою руку своей ладонью.

Для него это ничто иное, как деликатный способ смягчить свой отказ. Для меня же каждый раз нечто подобное становится таким волнующим ощущением, от которого сердце начинает биться так, будто я пробежала марафон. И вот сейчас я сижу рядом с ним, застыв и задержав дыхание на несколько секунд.

Но не отдёргивать же руку в самом деле, это выглядело бы странно.

— Нет, проблема не в этом. Мне нужно будет уйти часов в семь. Один мой знакомый сейчас здесь, в Рязани, и у него какое-то очень срочное дело ко мне, — быстро тараторю с вопросительным выражением на лице, задержав взгляд на внимательных глазах Жданова.

— О как. И что это такие за дела, интересно. Мне ведь может понадобиться твоя помощь. Кто же будет важно ходить по сцене и проверять звук микрофона? Эту почетную обязанность мы с недавнего времени делегировали тебе, помнишь?

Сегодня мужчина, судя по всему, в отличном настроении и откровенно забавлялся, наблюдая за моим смущением.

— Дмитрий Николаевич, только час, пожалуйста. Я уже пообещала, а Вы же знаете, что обещания свои нужно сдерживать.

Повернувшись к нему всем телом и сложив руки в молитвенном жесте, я посмотрела на шатена взглядом широко распахнутых глаз.

Мужчина перестал улыбаться и вдруг вернул мне ровно противоположный взор. Серьёзный, почти жёсткий.

— Ладно, Саш, хорошо. Час. А то "дела"... Плавали, знаем мы эти дела, — хмыкнул он и, вставая с дивана, добавил: — Давай, быстро допиваем кофе и едем на интервью.

Взглянув теперь на меня сверху вниз, начальник хитро прищурился и как-то странно оглядел с головы до ног, заставив смутиться ещё больше.

— И в чём же ты пойдёшь на это своё свидание? У тебя, насколько я знаю, одни джинсы, кеды, да футболки. Никаких платьев и туфель.

После этих слов я оказываюсь совершенно сбита с толку. Он что, обращает внимание на содержимое моего гардероба?

Не представляя, как к этому отнестись, отвечаю несколько возмущённо:

— Дмитрий Николаевич! Какие туфли! За Вами разве угонишься на каблуках? Как обычно я буду выглядеть, прямо с репетиции и поеду. И никакое это не свидание.

Жданов удовлетворённо кивает, словно бы только что я выполнила одно из его пожеланий.

— Вот и хорошо. Не надо никому давать ложных надежд. Не хочу, чтобы тебя что-то отвлекало от работы.

Смесь удивления, недоумения и странной радости волной прокатилась по всему телу, и от переизбытка эмоций я, не успев подумать, резко выпалила:

— Дмитрий Николаевич... — пауза. — Вы как-то странно реагируете. Неужто ревнуете?

Артист снова, но на этот раз как-то особенно пристально взглянул на меня, криво усмехнулся и потёр пальцами крылья носа. Затем со странным смешком бросил:

— Иди, Александра, встретимся внизу. Я отпущу тебя ровно в семь.

Всё ещё смотря на мужчину немало удивлённым и чрезмерно застенчивым взором, я покинула его номер, на ходу размышляя о том, что же это всё могло бы значить. И, конечно же, бурно ругалась сама на себя за неумение порой держать язык за зубами.