Кумир на мою голову

Глава 4

Приоткрываю глаза и сонно моргаю, пытаясь разглядеть хоть что-то в темноте салона. Вдруг включается лампочка, даря достаточно хороший источник света, и только после этого я понимаю, что мы остановились.

Вынимаю из ушей наушники, выглядываю в окно и вижу автозаправку, затем подношу свой телефон к лицу и смотрю на время. Зеваю, прикрыв рот ладонью.

Только три часа ночи, а ехать нам ещё около двух.

Слышу приглушённые голоса с передних сидений, после чего со своего места поднимается Дмитрий Николаевич и выходит на улицу. Кроме водителя, больше никто не нашёл в себе сил составить ему компанию. Почти все в нашем автобусе сейчас мирно спят в той или иной позе сидя, а вот я, как бы ни старалась, так и не смогла уснуть достаточно крепко. Дремала — да, но поспать не удалось даже пару часов, хотя выехали в путь мы в девять вечера. Слава богу, осталась малая часть дороги.

Подняв руки, потягиваюсь всем телом, разминая затёкшие мышцы, и едва ли не стону от удовольствия.

— Сань, чего не спишь? — вдруг оборачивается сидящий на два ряда вперёд Максим Ермаков — один из особо приближённых к Дмитрию музыкантов. Высокий, тоже вполне симпатичный и любит пошутить.

Не могу сдержать лёгкой улыбки при виде забавной маски для сна, в данный момент находящейся на его лбу.

— Не могу спать в дороге, — пожимаю плечами и ёрзаю на своём месте, наслаждаясь свободой в целых два сидения, принадлежащих только мне одной. Пытаюсь устроить небольшую подушку под головой, но та как назло раз за разом сползает вниз.

— Саш, а можно вопрос? — подключается к разговору и Егор, который тоже отчего-то бодрствует.

Мой ровесник, немного дурной, но хороший. В первый день знакомства показался мне похожим на плюшевого мишку. Однако лёгкая полнота не мешает ему на все сто исполнять свою работу. По сей день не устаю восхищаться тем, как искусно он играет на своих барабанах.

Удивляюсь немного от неожиданно развернувшейся беседы, но положительно киваю, всё ещё не оставляя попыток состроить себе уютное гнездо, состоящее из пледа и подушки.

— Как у тебя с личной жизнью дела обстоят?

— А ты для какой цели так внезапно интересуешься? — с хитринкой в голосе задает ему встречный вопрос Макс, даже чуть привстав со своего места.

— Чисто из любопытства, — отмахивается тот, снова возвращая внимание ко мне.

Напрягаюсь, пытаясь понять, как будет лучше всего ответить. Можно, конечно, сказать правду касаемо того, что никакой личной жизни у меня нет, но ведь стыдно как-то. У них, почти у всех, семьи с детьми имеются, а я одна неприкаянная какая-то.

С другой стороны, не могу же я рассказать о том, что во время и после окончания учебы в университете мне некогда было заводить отношения, ну а сейчас и подавно нет на это возможностей, учитывая, что я каждый день в разъездах.

Только приоткрываю рот, чтобы неопределённо отшутиться, как Егор в лёгком нетерпении подгоняет меня с ответом.

— Ну так что, встречаешься уже с мальчиками? — при этом говорит шёпотом, чтобы не тревожить остальных.

Слышу в тот же миг приглушённый смешок Ермакова: добрый и без издёвки, но при этом довольно обидный лично для меня.

Явно не желая меня смущать сильнее, музыкант поворачивается ко мне спиной, но я вижу по его макушке, как он продолжает посмеиваться. Сама же тихо закипаю от негодования.

Какие ещё мальчики?!

Неужели в их глазах я выгляжу юной девчонкой и они все воспринимают меня за школьницу? И это после всех тех недель, которые мы провели бок о бок, путешествуя и практически живя вместе!

Смотрю недовольно на Егора, бесясь из-за его снисходительной улыбки. Вот стоило же ему всё испортить этой последней фразой, ну! Язык так и чешется ответить что-нибудь колкое в ответ, хоть я и понимаю, что парни просто шутят. В конечном итоге решаю в принципе ничего не говорить.

Мельком взглянув в окно, словно бы в поисках защиты, вижу, как наконец-то к автобусу возвращается Дмитрий Николаевич, успевший купить себе бутылку воды и выкурить сигарету. Водитель тоже забирается в салон и устраивается на своём месте, готовясь вновь отправиться в путь.

И стоит Жданову только вернуться, захлопывая за собой дверцу, как я тут же негромко, но крайне недовольно произношу, чуть высунув голову:

— Дмитрий Николаевич! Они надо мной издеваются, — указываю ему пальцем на до сих пор веселящихся мужчин. — Спрашивают, встречаюсь ли я с "мальчиками".

Последнее слово выделяю крайне твёрдо. Затем ещё чуть поднимаюсь со своего сидения, чтобы увидеть в мельчайших деталях то, как он их сейчас будет отчитывать. Дмитрий, сурово на них посмотрев, приближается ко мне и останавливается рядом. Поворачивается к парням и строго командует:

— А ну не обижать Александру!

Тут же улыбаюсь, целиком и полностью довольная этим, пусть и коротким, выговором. Как оказалось, радовалась я рано.

Сразу после этого мужчина поворачивается и на этот раз обращается уже ко мне, подавшись немного вперёд.

— Так встречаешься уже или нет?

— Да ну вас всех! — произношу возмущённо, уже по-настоящему злясь от раздавшегося смеха сразу из нескольких сторон. Даже со стороны тех, кто ещё несколько минут назад мирно дремал, как мне казалось.

Ну надо же, Жданов действительно поддержал их! Шутники, блин.

Собираюсь немедленно воткнуть наушники обратно в уши, тем самым весь оставшийся путь игнорируя всех этих товарищей, но тут вдруг слышится:

— Чего ты забилась в этом углу как мышка? — спрашивает начальник мягким тоном, примирительно улыбаясь.

Свет в салоне снова тухнет почти полностью, отчего сразу же хочется прикрыть глаза и попытаться в сотый раз за эту ночь уснуть.

Бросаю на шатена сердитый взгляд, отчётливо показывая, что именно я думаю о словах, сказанных им минуту назад. Он улыбается шире и смотрит на меня как на надувшего щёки ребёнка. Поднимает руку и уже знакомым жестом взъерошивает мои волосы, после чего кивает на наушники.

— Что за музыку слушаешь? Мою?

Освободив себе место на сидении и тем самым нагло разворошив моё идеально созданное "гнездо", присаживается рядом как раз в тот момент, когда наш автобус приходит в движение, покидая пределы заправки и выезжая на проезжую часть.

Закатываю глаза и подавляю внутреннее желание сказать что-нибудь колкое в отместку за недавнее предательство, но всё-таки решаю быть умной и отходчивой.

— Я, конечно, люблю Ваши песни, но мне их вполне хватает на репетициях и концертах. Уж извините.

Посылаю ему самодовольную ухмылку. Но мужчина, никак не отреагировав, устраивается удобнее и втыкает один наушник себе в ухо, прислушиваясь к звучащей мелодии. Я с искренним изумлением за этим наблюдаю. Предпринимаю попытку возмутиться, но сразу же слышу непреклонное:

— Не жадничай. Ты со мной ещё за "Димочку" не рассчиталась.

Мгновенно тушуюсь и стыдливо краснею. Отвожу взгляд в сторону, слишком отчётливо помня подробности недавнего вечера, когда впервые за долгое время расслабилась. Да так расслабилась, что Жданову пришлось придерживать меня под руку по пути от машины и до самого номера отеля.

— Вы что, до конца жизни мне это припоминать будете?

— А как же. Ещё скажи спасибо, что я ребятам не рассказал о твоих пьяных приключениях.

— Вот уж, действительно, спасибо... — бурчу недовольно, после чего плотнее кутаюсь в свой плед и поджимаю под себя замёрзшие отчего-то ноги.

Дмитрий, убедившись, что больше у меня претензий к нему нет, откидывает голову на спинку сидения и складывает руки на груди. Прикрывает глаза и чуть склоняет голову набок.

Хмурюсь слегка и гляжу в его расслабленное лицо, освещаемое лишь слабым отблеском горящей в другом конце автобуса лампочки.

— Вы не собираетесь возвращаться на своё место?

Приподнимает уголки губ в лёгкой, мальчишеской улыбке, а затем хитро прищуривается.

— Ты имеешь что-то против моей компании?

— Да нет, в общем-то.

— Вот и славно, — ставит точку в нашем диалоге. Зевает и возвращается в прежнее положение.

Глубоко вздохнув, решаю не заострять внимание на его присутствии рядом. Так даже теплее, если подумать.

Прислонившись виском к стеклу и подперев ладонью подбородок, тоже закрываю глаза и наслаждаюсь мерным покачиванием автомобиля, а также звучащей в одном ухе расслабляющей музыкой.

Удивительно, но в этот раз я наконец-то засыпаю, причём очень даже крепко и на весь оставшийся путь.