Смуров вышел из здания суда шаркающей старческой походкой. По-другому он просто не мог идти, ноги плохо слушались его. Он проиграл процесс, проиграл в чистую. Он даже не мог припомнить, когда потерпел подобное поражение в последний раз. Ни один его аргумент не был услышан, судья полностью встала на сторону его оппонентов. Впрочем, Смуров понимал, почему это случилось, он был неубедителен. Он так и не сумел перебороть то ли волнение, то ли внутреннее несогласие с самим собой. А потому говорил путано, непоследовательно. Даже его голос звучал не очень разборчиво, и судья несколько раз просила повторить то, что он только что сказал. Зато Шипова была в ударе, она выстроила линию своего поведения логически убедительно, раз за разом опровергала выдвигаемые им аргументы. И зачастую он не знал,

