Дикая в чистилище. Книга 2

То, чего не ожидали

   - Ку-у-урт! Ты оглох? Ку-у-у-урт? Мать твою! Сколько еще мне, нужно звать тебя, чтобы ты, наконец, меня услышал? Ку-у-у-урт! ворчит старческий голос, раздраженный и недовольный, что его правая рука ушла, в очередной раз, в самоволку и не смотрит на время, это единственное, о чем просил его, старик. - Неужели, так сложно, запомнить? - их телепатия, она только  усилилась с годами, а может, и место, наложило свой отпечаток?! Как это узнать?! Только Курту, уже, нет нужды находится рядом, чтобы знать все, и помнить, все вариации их диалогов, всю небогатую с годами, мимику отца, и этот диалог, он ведь уже знает, все, что скажет ему отец.

   - Я здесь, отец! - холодно и спокойно, все еще убирая следы, задумчиво поглядывая на дверь, все еще находясь в недоумении, но, не имея, ни сил, ни времени на то, чтобы подумать и решить или решиться?! Не понимая, всех своих и порывов Муссы. Он давно мог, покинуть эту комнату, потому что по-сути, практически подготовил все, еще до начала, но что-то останавливало, что-то не давало ему покоя, что-то знакомое и не уловимое. Хотя он отослал волка, и должен был спешить, а не хотелось, медлил, будто замедлялся, намеренно и не осознанно, одновременно. Чего с ним, не было уже давно! 

   Курт выйдет из лаборатории, спешно подойдет к дверям кухни, куда ее направил и присмотрится. Суетятся вокруг нее одной, практически, не видимые существа. И мелкого гадливого приметит, что в волосах у нее копошится, узнал, значит, не от всего значит, Курт смог ее избавить! А другие, не реагируют! Что с ней не так? Сил в ней, остаться не должно было! 

   - Ну, наконец-то! - обрадуется, как маленький, что отозвался. - Что привезли? Ты торговался? Не продешевил? - немного с интересом, изнемогая без общения. С другими, так не поговоришь. Все огрызаются, злые стали. А он стареет, не молодеет, годы идут, и не успевает оборачиваться! Так, и чего его, теперь в гроб его, еще живого!?! Так, не дождутся! Хорошо, этого выдрессировал, "солдатика", которого, вечно где-то, носит. - Опять, поди, тебе этот ежикастый, полудохлых подсовывал?! Чего молчишь? Прав! Я ведь, знаю, какой он - пройдоха! Надо было, его тогда, вместе с этими мелкими, колючими, кодлами, в общую трясину, отправить, сгноить, а земли, другим, почему, молчишь?! Что я не прав?! Прав! Я сам знаю, что прав, надо было! Да, полезные они, в небольших дозах, а этот, пройдоха, он их намерено разводит, и как только?! Мне вот, все не удалось узнать, как ни пытался! Курт, ты не узнавал?! Да, куда тебе, ты же занят! - Сам спросил, сам себе ответил, душевно, ведь, пообщались! - Вечно, ты занят, и для меня, теперь тоже! - немного с надрывом в голосе. - А я не молодею. Мог бы, и уважить старика, сам придти и привести уже, любопытно же, кого еще нелегкая принесла! Чего ты молчишь?! Я тебя спрашиваю?! Опять, отключился, что ли? И я, сам с собой? Ку-у-у-урт! - заголосит старик, как ребенок, что тихо слишком. - Скотина неблагодарная! Я тебя вырастил, слышь?! Выучил многому, чего ты не отвечаешь?! Да, если бы не я, не было бы всего этого! Курт! Ответь немедленно! - переходя в агрессию, в гнев.

  Ворчит старик, обычно, его это, не особо интересует, но вспышки, такие яркие и многочисленные, заметили все. Так что, ждать, когда они явятся на их земли, в пещеры, на их владения, долго и не пришлось. Старик, раньше сам проводил учет, торги, и даже вел реестр всех тех, кто присоединялся. Затея с эхолокацией, ему бы понравилась, только тех, кто ее тут, использует практически, и не было. Поэтому, видения, что выдали ее фрагментарные воспоминания, были полезны, хотя и всего по двум землям. Старик, раньше и учет своих вел, переправлять их в другой мир, тогда, было опасно. Это сейчас, порой, Курт, еще несколько раз пытался, все о балансе беспокоясь. Так и не понял, за все это время, правильно ли делал? Или напрасная трата сил и ресурсов?

   - Сестер Лютого! - Курту не хочется об этом говорить, но и не говорит, вообще ничего, нельзя. 

   Курт заметит, что мелкий измотан, а значит, настанет момент, когда ему нужно будет подкрепиться! Отец захочет увидеть новые игрушки в своем арсенале, значит, устроит театральное шоу. Кого бы послать ее выкрасть, так, чтоб не много вопросов, но и не ощущалось, что она здесь?! Но ум приходит, только один должник, хотя он коварный, хитрый, и может ее "потерять", так, что Курт ее потом, не найдет, даже под всеми этими, амулетами. Стоит ли, риск, того? Он еще не решил, глядя, как ловко она крутиться, в узком пространстве, занятая делами.

   - Почему, ты, опять молчишь? - негодует старик, скорей всего жует губами, теребит ногти на пальцах. - Почему не приводят их сюда? - Курт еще размышляет, он еще не решил, что именно сказать отцу, но ее надо спрятать! Это, как инстинкт, как знание, что давно не встало перед глазами. Все еще стоит у окна и наблюдает. До него никому нет дела и она, его не вспомнит, как и всего того, болезненного ритуала очищения. Хорошо ли это? Вот, в чем вопрос.

   "Значит, они ее видят, и соответственно, эти невидимые, с мелким и гадливым, попытаются ее выкрасть! Интересно, почему? Сил, у нее практически, не осталось, воспоминаний нет. Волка лишилась, и возможно, всей связи разом! Сейчас, вообще, сложно сказать, что есть, а чего в ней не осталось. Каждый раз, на всех, эти масла и пропитка, по-разному действует, предугадать заранее, что и на кого, да как, не возможно. Считай, новая личность! Вопрос хорошо ли это?! Почему она здесь,  кто ее сюда закинул?! И сколько еще пришли сюда?! За ней? Или с ней? Почему он не реагирует на нее? Никак?" - мысли летели, детали подмечались, маяк связи с Альбертом уже работал, но встретиться с ним разумнее, до того, как к старику на поклон идти.

   - Курт! Какого черта, я сижу на этом троне, если ты не говоришь мне, такие вести, сразу же? - злится старик, готовый сейчас, даже ногами топотить. 

   И Курт бы, послал его, этот старик, так сильно сидит у него в печенках, за все эти годы, да что там годы, столетия! Что он, уже готов был, сам его прибить, и не дрогнула бы рука, если бы знал, если бы только знал, как выбраться отсюда или создать другие места?! Если бы только мог, сбежать очень далеко, и про семью - не вспоминать, как страшный сон! Всех этих! Хотя и не все, конечно, везде есть свои исключения, и у него они были.

   - Я тебя спрашиваю, глупый ты, щенок? - злится и продолжает поливать его грязью. - Не благодарная скотина?! Где они? - орет дурниной оглашенный, один, запертый в тронном зале, который по какой-то, неведомой никому причине, не покидает уже очень давно. И спит на своем троне, и есть за ним же, и встречает гостей, как и семью. Туда ему приносят лохань, мыться. Хотя есть синие воды, но он их опасается, только они вызывают у него смешанные чувства. А Курт только морщится, придется рисковать! Посылая сигнал с метками, Альберту, этот контрабандист, точно где-то поблизости, доставляет очередной заказ кому-то из членов семейства. Думают, Курт не в курсе. - Отвечай, и не вздумай, не привести их сюда, ко мне! - снова грозит старик, не понятно кому! И это бы, не было, так смешно, если бы не было, так грустно!

   - Не могу отец, - пропуская мимо ушей, очередные высказывания отца, коих становилось все больше, по мере того, как он терял терпения, - они на обработке! И волк Лютого, тоже там! - этого, пожалуй, с лихвой, должно хватить! 

   Потому что наступает пауза, достаточно долгая, чтобы Курт успел оторваться от кухонной двери, все еще никем не замеченный и уйти в направлении к тронному залу. Он никогда не хотел быть правой рукой или занять место отца, вообще, не грезил этим. Ему, все это, поперек горла встало, с самой первой минуты, но по праву рождения, по праву наследования, у него не было выбора! У него никогда, не было выбора, и это злило! За эти прожитые, в многочисленных ипостасях и экспериментах отца, да и матери, противостоящей ему, Курт был заложником, как и сейчас, в этом месте, все они были заложниками! Пока один из миров, созданных матерью, не рухнет, пока ее защита, не ослабнет! Курт не знал, всех их планов, в этой бесконечной борьбе, их борьбе друг с другом! 

   - И? - снова негодует старик, пока Курт шагает по коридорам, за углом встречаясь уже с Альбертом, не отключаясь, а лишь заглушая, чтобы не мешало говорить, а не отца слушать. У Альберта, хищно блестят глаза и он готов, на все, что угодно. Даже, если очень сложно, успеет урвать и себе немного, удовольствия. - Как долго, мне, их ждать? Я хочу знать!?! - словно маленький ребенок, который знает, что его ждут игрушки, но нужно, чего-то, там выждать. А он в нетерпении, потому что ждать не хочется. Курт порой забывает, что он старик, который к тому же теряет силу, но так и не передает ему, всех нужных знаний, медлит, страхуется. Что-то, все еще держит его, на этих руинах, их семьи, что-то не отпускает! - Почему ты опять молчишь, неблагодарный? Курт?! Где они? Почему мне их не привели? Когда это, случится? Лютый, здесь? А ты ее видел? Не привел, не смог? Хоть бы и его поглотили чертовы болота! Курт! Где они? Сестры Лютого?! Выросли, наверное! Прикажи, меня помыть, и переодеть! Вечером сбор, семейный, успевай, я сказал! Слышал?! Слышь!?! Курт! Почему ты опять молчишь, - плаксиво и истерично, - ну, что я как идиот, сам с собой?! Курт! Где тебя черти носят?!

   - Боюсь, у меня не приятные вести! - стоя, почти перед самой дверью, и медля. Курт, он не хочет его видеть, ему интересно, сейчас, совсем другое, ему надоело, быть бесконечно долго, марионеткой, но он должен, и сам не понимает, что и кому, но должен нести это - бремя! 

   Уже раздав приказы, тем, кого поймал в коридорах. Предупреждая всех членов большого семейства, о вечернем торжестве. А значит, работы на кухне, прибавиться, и она будет занята. Только бы, на нее, никто не обратил внимание, все о чем, может и думает Курт, глядя на ненавистные двери, тронного зала и всей этой жизни, что поперек горла!  

   - А не мог бы, ты, явиться и не орать на весь замок, что у нас, тут, проблемы? - оглашено, вопит сам старик на весь тронный зал. Акустика поднимает этот вопль, до самой крыши, как и все ее вопли. Поэтому никто не хочет с ним разговаривать, отгораживаясь от этой телепатии, кто и как, только может. А Курту смешно, хоть он, и не показывает этого, потому, что если, кто и орет на весь замок, так это старик, в своем детском нетерпении. Но он, тут главный, все еще - вожак, все еще Альфа, что давно не выходил на пробежку, не выходил из зала, уже очень давненько! Бессмертный, как Кощей, такой же сухой и высокий. - Я, тебя, спрашиваю? - если сейчас, Курт не войдет в зал, он снова будет крыть его, самым не приятными словами, к которым привыкаешь, за все эти годы ли, столетия, да привыкаешь.

   - Уже иду, отец! - откроет дверь в пустынный тронный. 

   Тут, не как на землях Северян. Замок иной, сам трон иной, куча деревьев и травы, листвы, что постоянно опадает. Никто, так и не понял, замысла матери. Воды, вдоль белых мраморных колонн, такой синей и глубокой, что никто не нашел дна. А умельцы находились, за столько столетий, что даже отец, просто устал пытаться. Света в окнах, так много, что порой, такие яркие солнечные лучи, режут старческие уже почти не зрячие глаза, но он не может выйти. Этот сильный и мощный когда-то вожак, опора семейного клана, он не может уйти с этого тронного зала, и это его злит и раздражает. А еще, и то, что здесь его волк не слушается, они не едины. И он ушел, не оглядываясь, ушел куда-то и не вернулся. Так, что Альфа без волка, это уже не такой уж и грозный противник!

   - Выродок, ты! - выплюнет ему, входящему, в лицо с ненавистью, что топит, в ярости, что выхода не видит, в агрессии, так как по большей части, он один, все время один в этом огромном ненавистном зале, и не может уйти, теряет силу, почти полностью рассудок. Курт прикроет двери. - Что ты, сделал? - он, вдруг не узнает голоса отца, из-за спины, сиплый и испуганный, не успеет обернуться, а его вынесет водой, вон, за его пределы. 

   "Что ты сделал, выродок? - голосит отец не узнаваемо, на весь тронный зал, и одновременно, в его голове. - Почему вода разливается? Курт? Какого черта происходит? Курт? Поторопись или..." - осекается отец. 

   Курт попробует открыть неподдающуюся дверь, где голосит старик, но она не поддается, вода больше не выливается и не пытается покинуть пределы, будто только и должна была его выдворить. Трещат под напором, медленно ползущей вверх поверхности воды, дубовые доски, дверей. Голосит неузнаваемо старик в тронном зале, а войти в него просто нет возможности. Все слишком быстро изменилось и Курт он не понимает, ни черта! Что запустило, этот механизм? 

    "Любопытно!" - удивит его, эта выходка синих вод, и он очень быстрым шагом направится, обратно на кухню, искать, ту, которой там, уже нет! Чертыхаться у двери, глядя, как спят, все существа, и люди. - "Вот, же, черт!" - посылать снова сигнал и метки, на которые, просто нет ответа, и придется идти самому, в самые глубокие шахты, потому, что только, там ее никто не найдет, а значит у него времени не так много!-  "Успел, должничок! Пройдоха!" - он ведь понимает, что пока она не появилась в замке, все шло хорошо, своим размеренным ходом.

   "Курт?! Какого черта? - голосит ошалелый взвинченный старик. - Курт?! Она поднимается! - визгливо капризным тоном чертыхается отец. - Ну, чего ты, там, так долго?! Опять твоя мать, стерва, такая, постаралась! Ненавижу воду! И синий, ненавижу! Курт?! Сделай же, хоть что-нибудь?! Не бросай меня! - снова с мольбой и жалобно, голоси старик. - Она уже подступила к трону, слышь?! Курт?!" - он измотан и устал, сядет на трон с ногами, и вода медленно ползет к ступеням и все, что остается, только ждать, хоть, какой-то помощи, он не привык надеяться на Курта, и вообще, ни на кого-то из членов семьи! Все не то, все не те! Ни у кого, по его мнению, не хватает хребта! Все слабаки!  

   "Спешу, как могу!" - бросит Курт, он спешит, насколько это возможно. Выставляя себе замену, снова отдавая четкие приказы, по поводу, тех, что в очистке. По поводу тронного зала и ужина. Всем членам семейства, новые указания. Волка, призывая к себе, может, поможет ее найти?! Так, ведь и не помнит, ее! Чертыхнется, а сам спешит! Все равно, лучше Мусса под рукой, чем вообще, один! Стучатся разные мысли, да еще старик, что не унимается, и не отключить его сейчас, вдруг реально, не станет?! А, так, хоть курировать, что у него там, творится. Все равно, будет поносить всех и вся, но может и ценное что-то в этом бреду обронить!?! А вдруг?!

   "Это Лютый, да? Это он? Ку-у-у-урт! Или его мать? Она ведь, здесь? Ку-у-у-урт! Всегда знал, что она меня ненавидит!" - это что-то напомнит, отголоском, хотя Курту некогда, ему надо очень спешить, пока она в пределах замка. Может, и следовало бы, оглянуться в прошлое, которое, не так уж и часто, его балует, но он не может и отмахивается. Все выходит из-под контроля, и он понятия не имеет, что будет после. Во что все это, может вылиться, как бы комично, это не звучало!? Что подтолкнуло воды? Почему его вынесло? Что вообще, происходит?

   "Они, все - здесь! Богини из замка Северян, я думаю, но не уверен, на все сто! Лютый здесь, и его сестры уже у нас, а значит и его мать, а вместе с ней, были и другие! - Курт и, правда, не уверен, их еще не нашли, а значит завертелся вихрь водоворота, как бы комично, это не подходило к ситуации. - Кто-то освободил их, отец! И я не знаю, хорошо ли это?! Но спешу и попытаюсь, сделать, что в моих силах! У дверей стоят люди, и пытаются, попасть к тебе! Со всех сторон, отец, пытаются! Так, что, потерпи!"

   "Они, еще не здесь? - как-то больно истерично и очень напугано. - А чем занят ты? Как ты будешь меня вызволять? Ты не посмеешь меня бросить, слышь? Курт! Сынок, вернись - Курт, давненько не слышал, что бы он его так называл, если не сказать, никогда! Значит, совсем паникует, - и взломай, эти чертовы двери, эта мать, твоя мать, тебе должна открыть, слышь?! Ку-у-у-урт! Верни-и-ись, не оставляй меня, тут! Они ползут выше, эти чертовы воды!"

   "Не все, отец, пока еще не все! Держись!" - отцом, его сейчас, даже в мыслях, называть не хочется, но еще есть необходимость в нем и его знаниях, к тому же, Курт не уверен на все сто, но ему кажется, что у***ь его нельзя! Не простым способом, ведь пытались и не раз. Ранений по его телу, не сосчитать. Только на его памяти, он не помнил, чтобы отец умирал, ну, прям смертельно! Раза - два или три, от силы, но это было так размыто и смутно, а время поджимало, он чувствовал и не мог ничего с этим поделать!

   "За что? За трон? - усмехаясь и с кашлем. - А когда она, заполнит весь зал? Курт, ты должен меня спасти!" - жалобно как-то, скулит старик.

   "Непременно!" - четко и спокойно выговаривает Курт, даже не веря, что ему что-то удастся, но не пугать же, итак, истерично-визжавшего старика?!

    P.S. Еще одна глава и необычная сцена. Почему, старик - отец не может покинуть тронный зал? Что такого таит в себе, не только трон, но и все обставленное в нем? Ожидали, что оказывается, волк Альфы - вожака, уже давно, за пределами пещеры, гуляет сам по себе? Так, что за сила, держит его, в этом месте? Почему, все они, не могут покинуть, этот мир? И никто не пытается даже? Еще зарубки в памяти Курта и воспоминания, на которые у Курта просто нет времени! Почему вода, вынесла его из тронного зала и не причинила вреда? Что ждет старика, если воды поднимутся слишком высоко и далеко? Как двери смогли удержать напор воды? Какая сила заключена в этом месте?

   Вопросов пока больше, чем ответом, но движемся, дальше и все новые события, как персонажи, все больше разворачивает история, такая запутанная. Может ли на самом деле, Курт вырваться? И старик ли держит его? А еще, был ли у него выбор? Еще немного вопросов, еще немного интриги, еще ожидания и терпения. Книга пишется, главы наполняются и прорисовывается, постепенно то, что казалось ранее не существенным. Так, что идем дальше, в следующие главы и смотрим, и ищем ответы, на многочисленные вопросы.

   Благодарю за внимание, за оценки и комментарии, за  то, что вы со мной на этих страницах, переживаете и читаете. Без вас не было бы продолжения, осталась бы не завершенной первая часть и Дикая, бы просто ушла, в неизвестный никому мир. А тут, возможно, еще не зарекаюсь, еще и продолжение этой намечается, пока только в общих чертах. Но будет ли?! Тот еще вопрос. Так, что до новых встреч, в следующих главах!