Дикая в чистилище. Книга 2

Глазами Дикой волчицы

   - И, где здесь, выход?!

   - Там, где не ожидается! - он еще не договорил, а вибрации уже расходятся. Землетрясение для пещеры, для многого что наверху, на поверхности, как и для тех, что под землей, обнажит их скрытых, как казалось, ранее, туннели, подземные пещеры, расщелины и многое другое, скрытое ранее от посторонних глаз. - Надо уходить! - задрожит его голос, и темные женские фигуры, они укажут путь по туннелям и им придется уходить, несмотря на то, что какие-то их них уже будут завалены.

   - Что происходит?! - подрагивает голос Лютого.

   - Неизбежное! - фыркнет Борода. 

   Ему почему-то кажется, что он может сейчас, слиться с волком, и не понимая этого до конца, сделает, просто на уровне инстинктов. Это вызовет среди них, темных фигур, что давно уже не видели этого момента, когда был человек и волк, а остался только волк, непонятный резонанс, вернется в облик человека, ему не интересны, сейчас, вопросы и снова нырнет, за доли секунд. Получается только в волка, а вот из него в волчицу, и это покажется странным. В этих движениях, в этих спешных маневрах, пока они пересекают туннели, пока огибают завалы. И только Богиня скажет, попросит о чем-то, и их изолируют с волком и волчицей, куда-то, где безопасно. Оттесняя Лютого и его шаманов подальше с другими темными, уводя в сторону.

   - Ищи то, что скрыто! - тихо говорит она ему. - Только там, есть, кое-что, что важно!

   Будто она знает, что-то, чуть больше, чем остальные, не хотела, чтобы и сын, это видел, и все совсем не логично, все не понятно. Но Борода, он снова зовет волчицу по имени, она откликается, и видятся, образы, видятся воспоминания. Он видит ее очертания, но такой, какой видела ее волчица, чуяла ее запах, приняла такой, какая была. Только, она ведь, сейчас, иная!?! Так, как ему ее найти?! И только, один, всего один момент, который четко встанет у него перед глазами, как подсказка. Только это место, его нет ни в этом мире, не в его. И, что теперь? Прыгать за ней? Искать то, место? Что именно?

   Там, наверху дует ветер, что тревожит все живое и сущее, разграничивает и просматривает все, как на поверхности, так и под ней, в туннелях. Кажется, ерзает ее Элли, будто чувствует ее дуновение, легкий свистящий звук. Меняются очертания земель, границы, немного смещаются, бегут звери, будто с тех мест, что уже больше не принадлежат этому миру и не понятно все это?! 

   И всего миг, когда женщины, темные фигуры сбиваются вокруг одной, а он еще не успел, что-то детальное понять, рассмотреть, кроме одного места, что никак не связано, ни с этим Чистилищем, ни с его миром, никак. Потому, что почувствовал, как и ее волчица, момент, этот момент, когда Богиня прошла барьеры, как отсекла их обоих, будто они лишние части, не нужны более, не оборачиваясь, просто и легко, как росчерком руки, махнуть на что-то не существенное. Это было, так неприятно и это жуткий вой волчицы, как зов ее, своей Дикой Богини, что не откликнется уже. Она отреклась от такого большого и светлого дара, глаза волчицы наполнены слезами, непониманием, разочарованием и все, что осталось это Борода, да его волк, все. Ей другого и не дано, она ведь, не может вернуться, даже к Зоуи, никуда, вообще. Он вынырнет из сознания и сам готов завыть, от боли, от ощущения, еще плохо понимая, что происходит.

   - Она скинула, их попытки ее спрятать! - скажет Богиня, будто поясняя их встревоженность, будто не слышала жуткого воя волчицы?! И вообще, все происходящее, оно, будто не здесь, и не сейчас, и только для него одного, его волка и ее волчицы, это слишком?! - Говорят, как маску, скинула! Так же, не бывает?! - а он еще, сам плохо понимает, что происходит. 

   И где-то поблизости, в воде, всплывет эта самая маска, из ниоткуда, ее быть не может, не настолько глубоко в этом небольшом водоеме. И это только он не верит, смотрит, не узнает черты лица, будто восковое чужое что-то. Фигуры, они как-то странно пошатываются, будто вместе горюют, что ли?! Обнимают друг друга и покачиваются, все вместе, не синхронно, а даже в разные стороны и получается, красиво и странно, все!

   - Она отказалась от нас! Отреклась! - скажет он ей, безумной Богине, а у самого слезы, ничуть не меньше, чем у ее волчицы стоят в глазах. 

   Сил стоять не много. Но что-то изменилось и ощутимо, а мозг он в нескольких измерениях, кипит от полученного, от увиденного, от всего, что есть и то, что нового поступило, но еще не обработано, еще не до осознанно, пока только есть, в его знании. Эмоции лишь перехлестывают, это знание и сил на сопротивление, их почти не осталось и все же, есть что-то, что не дается в понимании. Зачем было оставлять хлебные крошки, по которым он может ее найти? А может ли? Но, ведь, есть, что-то, виделось?!

   - Это необходимость, пойми! - это скажет, а потом снова подожмет губы. - Она не может не сделать так, как уже есть!

   - Скажи уже, как есть, без всей этой ерунды! - он смертельно устал, от всего этого, и едва ли стоит на ногах. - Давай без недомолвок и прочего! Лютого нет рядом. Эти вроде, тоже заняты сейчас! - кивая, на темных женских фигур, что все еще горюют по чем-то, кому-то, не совсем понятно.

   - Как только она обезопасит эти два мира, этот еще подкорректировать необходимо, - поднимет голову, принюхается, как-то не привычно, вернется с полной концентрацией внимания, - как ты понимаешь, и твой, их необходимо запечатать и создать между ними мост или несколько, как у нее с силами, там будет!? Но останется связующий третий и без него, все это не имеет смысла, брешь еще будет, и возможность попасть, тоже. А ей необходимо, избежать этого сценария. Поэтому, она пойдет в третий, так или иначе. Скорей всего истощенная. И отречение от волчицы, лишь подтверждение этому, там они не вместе и даже не знают друг друга. Мера через, чур, радикальная, но вполне, оправданная. В предыдущий раз, насколько мне известно, из того мира, она не смогла вернуться, поэтому пошла не в своем облике, а скорей всего, в том человеческом. Да, я знаю, не делай такие глаза. Сын выродок и прочее! Папаша не лучше! - закатит непривычно глаза, сделает такую мимику, отвращения, что будто не о сыне говорит, и не об отце общего, одного ли ребенка?!

   - Ты не настолько безумна, как кажется! - усмехнется он, что еще ему остается.

   - Все мы, в меру безумны, насколько это удобно и выгодно! Она отреклась не только от нее и тебя, но и человека, и всего, что связывает! Дабы и себя уберечь от боли и всего, что уже было, даже если ты не помнишь!

   - Ага, жертва во имя всех, - немного содрогнется все, от того, что это может быть правдой и оттого, он так долго не мог ее найти, потому, что не знал, нигде, ни что искать, - и семья превыше всего! Как она выбралась, если не могла? - Это кажется, существенно, и даже самому, не совсем понятно для чего? Что, он вспомнит, это потом? Где и как ее найти, потом? А вспомнит ли? 

   - Тут, есть вероятность, что контрабандист, не она сама. Они не в первом поколении, занимаются этим промыслом, - немного помолчит, будто припоминая что-то, хотя и знать, все это не должна, а вот, пригодилось, - если знал, по наводке, что или, где, хотя бы, искать! Это чистой воды догадка, как ты понимаешь! - он кивнет. Что это ему дает? Да, и где их искать, нужных контрабандистов? 

   - Если отреклась, как туда попасть мне?! И должен ли? - Это более существенный вопрос, сможет ли найти, и если найдет, она ли, это будет? Какой в этом всем смысл, если ничего не понятно, и все это, высшие цели, пророчества? Почему именно она? Что их мало ли? Другая не могла? Почему именно, она должна, чего-то, там и кому-то?

   - Ты должен знать, что она отличается от остальных, - будто не может углубляться в детали, морщит лицо в гримасе, и это немного удивит его, будто она прочитала его мысли, - не сильно, но все же. Они все, Курт, дочь ее, - которая сестра, на самом деле, в перевоплощении. Связь с водой, пещерами и эта возможность, доделывать, сохранять и оберегать ценное, запечатывать, даже ценой более важного для нее самой, она не отступиться, пока не завершит. Поэтому она и отреклась, дабы уберечь тебя и остальных, себя тоже, чтобы не повторять прошлого. Если ты все же, решишься, они могут тебе переправить, есть на самом деле несколько мест, как выходы отсюда, она не могла запечатать все?! - и снова поведет так по волчьи или даже лисье носом, будто принюхивается к чему-то в воздухе, к тому, что уже есть и веет, не только переменами, изменениями, что-то, что не доступно, всем, будто бы?! - Одно из этих мест шахты, там есть туннель, и тебя отведут. Но волков, ты не сможешь взять их. Там, ты сам по себе, один, и все что будет, это только ты! А еще, скорей всего, она, там не одна и пока не завершит все, что нужно и важно, а это на уровне рефлексов, ты не остановишь ее, и я обязана, тебе это сказать! - он кивнет, понимая и соглашаясь. Ему просто немного нужно времени, осмыслить все, что имеет, переварить, передумать немного все это. А пока, выслушает, вникает, но не принимает ничего на веру. 

   - Скажи им! - кивая, что все равно, готов пойти. 

   Почему-то в этом, он непоколебим, и сам, не до конца этого, всего понимает, только, что за ней, хоть на край света, хоть на тот свет, да куда угодно, лишь бы, снова обрести ее, такую странную связь, что между ними и не сказать, что крепкая, но необходимая, как кислород! Без которой, он не он, не может без нее, будто она часть него самого, очень важная и неотъемлемая, без которой он никак! 

   - Ищи место, горы и воду, лес, это все, что я знаю! И Борода, - она поймает его за руку, он так посмотрит на нее, - будь готов к тому, что можешь не успеть! Не найти, и даже не узнать, что с ней! Подготовить себя, к этому, не возможно, но постарайся! Потому что там, к этому, никого не готовят, не просят и простят! - снова осекается, будто язык, прикусывая, и как бы не может сказать и не смеет, и будто это выше нее самой. Чертыхнется, проклиная, что-то, и снова губы в эту узкую линию подожмет. Вот, как хочешь, так и понимай!?!

   - Ага, это все опасно! Я могу, не вернутся, и понятия не буду иметь, что и, кого я ищу, так?!

   - Нет, ты будешь помнить все, насколько это возможно, но она двигается рефлексами! Инстинктами, остальное не имеет значение. И тебе, придется стучаться многократно и слышать, что закрыто, что она тебя не помнит, находить ее в чужих руках и не только, потому, что все, что имеет значение, это место, это ее цель и средства, они не важны, понимаешь?! Тебя и все, что с вами было связано, оно осталось в пещере, в замке, под водой, в другом мире, как и дети, что сейчас, тоже не имеют никакой роли, веса, ничего. Как в запертой шкатулке, в пещере. Тебя нет, в ее сознании. И сейчас, легко не будет, ни на минуту, где бы ты ее не нашел и какой бы! - снова прикусит язык, чертыхнется, будто и хочется сказать, да никак не можется, не имеет права и это выше нее и всего остального.

   - Что будет, после исполнения своего долга? - переведет он тему разговора. - Того, что важно?!

   - Без понятия! - пожмет она плечами, и так, будто этого никогда и никто не знал?! Не задумывался, ни анализировал, не знает, вообще никто!  

   - Супер! Главное, информативно, то, как! - он просто обалдел, от этого ее знания

   - А никто и не доходил до этого, если ты не заметил! Мы много раз, доходили до некоего порога, предела, доходили, но угроза, она, будто сама собой спадала, и все эти атаки, они просто исчезали. В прошлые разы, но в этот все не так! Я не могу тебе объяснить, но что-то иное, все иначе, будто... - снова прикусывая себя, отведет взгляд.

   - Понял! И никто не сопоставил это? Причины? Механизмы?

   - Нет! Только, то, что была гибель кого-то из них, первых, - она скажет это так странно, будто они не просто первые, а что-то большее, опять же прозвучит, будто важнее всех остальных, но может просто он надумывает?! - Курта, матери его, сестер и что, больше одной, они вообще, практически не появляются, так, что...

   - То, что появилась еще одна из их вида, это аномально? Так? Да еще, и от нее же!?! - закусывает губу, уже сам Борода, до него, наконец, начало доходить, все ее недомолвки, что ничем хорошим, данная ситуация, не грозит, она кивнет.

   А потом, он будет прощаться с волком, с Элли, и уходить, быстро, не оглядываясь, туннелями. У него есть, кое-что, что возможно, поможет впоследствии вернуть, и волка, и Элли, возможно да, а возможно и нет. Но он обязан, просто не может не рискнуть, и волки, они найдут другой способ последовать за ним, и место другое найдут, но не останутся с полубезумной Богиней и Лютым, просто не могут. 

   В какой-то момент, уже далеко впереди, даже вспышка, осенит, что есть угроза для волчицы, что безумная Богиня, может попытаться завладеть ею!?! Он ведь, в этом вообще, ни черта не смыслит! Да и слушать не хотел, когда она только заткнулась, ограничен был слишком, а сейчас, такой удобный момент и она на нее там смотрела, с таким горящим взглядом?! А он оставил их в этом месте!?! Но он спешит, туннеля, эти темные оказываются, умеют спешить и знают в этом толк, он не успевает за ней и этими поворотами, путаясь будто бы, но все, же улавливая, и успевая за ней кое-как!

   Шахты, выглянут из-за поворота, а он еще не пришел, от всего этого, в себя. Еще слишком много эмоций и знаний, образов, что перемешаны, и пока, не встают в общую картину. Добиваться ее ему не в первой. Каждый раз, это не было простым испытанием, так, что ему не привыкать, в некотором роде. А еще, нелегко дается воспоминание, того, как выглядит Зоуи на самом деле. Что-то молодое, слишком, надежда, что волосы будут рыжими, но не обязательно и глаза, синие, кажется, но он не уверен. Их первый раз, был размыт. В домике в Асуры, он был напряжен, братом, дочерью, и тем, как она двигалась. А в озере, боже, кажется, все это было, в другой жизни, как будто?!

   Резкие рывки, как движения в пространстве, почти в полной темноте. Прикосновение к лицу, странных, будто деревяшек, как три точки по его лицу, что-то горькое на вкус во рту. А потом, они шли по шахте, нехватка кислорода, они что- то говорили, длинное, тягучее, а он в какой-то момент, оказался по грудь в воде. И ведь хорошо плавать умеет, только тут, почему-то он один, его несет по течению, куда-то, где, будто воронка кружит, и он уходит, с головой, в эти синие воды. Усмешка женская, видится, и не поднимается, он не поднимается, даже чтобы глотнуть воздуха, откуда это все. Еще звук плескания, где-то выше, и потом было темно. Все виделось то, чего там быть не должно. И будто бы он тонул, но этого не могло случиться, он ведь хороший пловец и он, и его волк.

   "Лети, туда, где думаешь, где видишь, лети, ты ей нужен!" - вот, и все, что останется. 

   А вынырнет он, под руку с двумя волками, меньше намного, чем он привык. Собственно, его и вытащат они оба, до самого берега, все уставшие и он рад, безумно, только сил не так много. Отряхнутся и отойдут, будто не уверенные, что он не бросит их снова, пока он приходит в норму, пока выплевывает воду из легких и дрожит. Тьма вокруг и ничего знакомого, никаких ориентиров и волки ушли, он думает, так. Усмешка лишь, там, в воде, да последние проблески в сознании, чужого смеха женского, так похожего, но чуть грубее, чем у его женщины. 

   "Ну, попробуй найти!" - и он провалится в дрем, от того, что устал, от переполненности образов, от того, что мозг кипел и кипит, а он без понятия, где он, что с ним, и вообще, куда ему надо, да и откуда он?! Не сразу, ощутит два тепла, что рядом, согревая, что не уйдут и не бросят, его одного здесь в этом моменте. Потому что слишком замерз, слишком истощен, слишком много в голове каши и информации, знания, лишнего и нужного, не разобрать, эмоций и ощущений, предчувствия, что выворачивает, разламывая грудину. Всего слишком много, и только два теплых бока, что оближут его немного, нерешительно и согреют в этом моменте, пока все остальное восстанавливается после всего этого длинного и не дня, а будто вечности.

   P.S. Решилась, все-таки, отправить Бороду за Дикой, теперь уже Зоуи, в современный, в третий мир, раз уж в Чистилище за ней,  прыгнул, то, и тут, как-нибудь, а там, посмотрим, что из этого выйдет. Пока он на траве, пока один и мерзнет. Два верных товарища, два волка, что не бросят в трудную минуту и согреют его своим теплом. Верность, преданность, открытость, честность и прямолинейность, в чем-то хороши.

   Еще одна глава, окончена. До новых встреч в следующих...