Дикая в чистилище. Книга 2

Образы под толщей воды

   Размытой картинкой виделась клетка, и не было понятно, ни ее очертания, ни размеры, ни почему именно клетка?! Темными, почти черными, размытыми пятнами оба бока. Впереди, крепкие пять или шесть прутьев, к которым пристегнуты или привязаны руки. И сил, пока хватает, удерживать равновесие на локтях, хотя голова такая тяжелая, и периодически, падает вниз, отчего карусель перед глазами вертеться, и немного тошнит, от образов леса впереди, яркого и солнечного, где-то, и такого незнакомого по траве, стволам деревьев и местности, что мелькают, пока голова в очередной раз, удерживает ее и не склоняется. Боль уже поднимается выше, основание костяшек, что упирается в дно клетки, не ощущается, но немеет. 

   Незнакомый лес видится через прутья клетки, но сил послать еще одно эхо нет, по мере того, как кто-то втирает что-то в ее расслабленную, и не защищенную кожу. Дикая все больше теряет очертания реальности, и себя в этой реальности, она тоже теряет. Сил удерживать себя на привязи, сжимать крепко руками эти прутья, это все, на что ее хватает.

   - Не тронь лицо, сказал! - слышится где-то и не близко, и не далеко, голос неприветливого старика, что помогает не теряться в этих массажирующих движениях, сохранять стойкость и держаться, насколько хватит ее сил. Этим окриком, от которого она дергается, будто ее ударили. - Только по контуру! - но рядом с ее лицом никого нет, она не видит, даже когда голова падает, и сил, казалось бы, удержать ее, не остается. 

   Так, откуда он знает? Что кто-то рядом с ее лицом? Если даже она сама не чувствует никого? И ничьего присутствия? 

   Теплые расслабляющие движения, будто сразу несколько человеческих рук ее касаются? Только человеческих ли? Шершавые, теплые, небольшие, с ладонями и пальчиками, да когтями, будто бы!?! 

   Но места, так катастрофически мало, ей едва ли хватает, там устоять, опираясь на локти и колени. Эта унизительная поза по-собачьи, казалось бы, но не для нее. Смущает только, что позади нет стенки, ноги не упираются ни в прутья, ни в крышку. Это немного непривычно, и не понятно, по конструкции. Да и вообще, кому это все понадобилось?! Для чего? 

   - Как это мелкий допустил, только этого, аморального, прикосновения? Ее же теперь, никто и не купит, с этим-то на лице, да и не избавиться от этого, так просто! Чтоб их! Этих! Лесных духобаб! - чем больше и дольше он ругался, хотя походило это на ворчание уставшего пожилого человека, что было на руку Дикой, ибо это не позволяло ей отпустить все на самотек. Не вырубиться, держать концентрацию, даже не понимая, на чем именно, она держится?! Это и незнакомое странное место, где она никогда не была, не давали ей спокойствия, скорее обратный эффект, тревога тормошила ее. Вынуждала, сквозь все эти расслабляющие массажирующие действия, не терять концентрацию. Жжение от прикосновения мелкого, а теперь там были веревки или что-то похожее на это, все же помогали держаться.

   Попытки сосчитать руки не увенчаются успехом, потому что напрочь, засела мысль, будто их не четное количество. И мозг от этого факта, вставал в тупик, а сил на развитие этой мысли и понимания, почему их все же не четное количество, у нее не хватало?! Но нужно сфокусировать взгляд. 

   Это так странно, будто она знает, что это нужно не только ей самой, будто кто-то может, и будет смотреть ее глазами. Эта была не догадка, это было полноценное знание, объяснить которое она никак не смогла бы сейчас, да и сил на это у нее не хватило бы. Ей хватает сил на противостояние этому расслаблению, кажется, и не совсем реальному, ведь как только она смотрит вперед, видит рельсы в траве не сильно густой и не высокой. Еще думается, что трава, она ниже, чем была на другой территории, та была гуще и плотнее, что ли?! Рельсы бы там, не увиделись, никак!

   Много воздуха в легких и не надо, хватит того, что есть, этого должно хватить на небольшой свист, который покажет, что есть, и что скрывает хозяин владений. Ветер будто озорник помощник, что так вовремя решил помочь, подхватит ее свист и добавит в него семян, трав и пылинки, которые, как и до этого, рисуют историю данных владений. Он тихий ее свист, в этих остатках воздуха в легкий, а ворчание и что-то еще, она ведь чувствовала, что-то, как ткань, что двигалась в районе ног и бедер. Сил насторожится, не было. Это мелкие руки, они везде, по всему телу, но эта легкая мешковатая ткань, что едва-едва касается ее и что-то кажется, капало, хотя скорее слышно, чем видно.

   - Вот ведь упертая! - он будто спохватился, исчезла рука одна, и их стало, снова четное количество. Ей не нравилось, там, где он ее касался, но сил на сопротивление у нее не было. А свист, был вынужденный. То, что он вынудит его, прекратить что-то, убрать руку, убрать ткань и что-то перестанет капать, зато ругани станет больше и опуститься задняя крышка, теперь ее ноги упираются в нее. И места, стало, кажется, еще меньше. 

   Ускоряются движения на теле, открывается с правого боку, будто ниша. Ее ослепляет солнечный свет, что внезапно бьет в глаза. Дикая жмурится от яркого света, и из-за закрытых век, очертания владений проступают четче и более детальнее. Так она и узнает, что рядом еще одна линия движения по рельсам, они очень близки друг к другу и на соседней ее волчица в клетке. Тут не надо быть телепатом, чтобы услышать легкий скулеж. Конечно, ее волк всегда знает, когда она рядом! Они, так долго были едины, что перемещение в незнакомые владения, и разделение, еще не столь сильны, для обеих, не столь критичны. Их взаимосвязь еще сильна и крепка. 

   Капает что-то на волчицу сверху, будто с небольшого поддона, а поскуливает, так как запах дурманит сознание, ослабляет волю, липкой становится шерсть. Сил стряхнуть эту жижу с себя, у волчицы не хватает, как и места для разворота, узкие, будто специально, для этого сделанные клетки, мало в них места. Волчица просит помощи, скулит, что капает беспрестанно жидкость, жерсть вся в этой маслянистой, и Дикая знает, понимает, что ей придется, идти на риск.

   Не одна она, там такая, за ней еще несколько, неспешно, движутся по смазанным рельсам, колеса и ни скрипа, ни скрежета, только запах от этой жидкости, которым и ее кожу обрабатывают, не трогая только лицо, на котором будто маской застыло прикосновение темной фигуры, из таких, кажется, далеких уже земель, как будто это было так давно. И как минимум в другой жизни.

   А руки ускоряются, теплые и быстры, немного шершавые местами где-то, чуть грубоваты на более нежных участках, от плеч до локтей, по спине вниз до поясницы, грудь, живот и бедра. Дикая только вперед смотрит, а там между двух полос рельс мальчуган, тот самый, стоит, только веки ее все еще закрыты, она не дрогнет от увиденного в эхолокации. Щуплый и худенький в одеждах, что явно не по размеру. А не человек!

   Хью касается губ Зои, все это время, и не поцелуй, а просто прикосновение. Это он робеет и краснеет, время от времени. А она будто и не здесь, будто не чувствует этого. Но только так, он может увидеть лучше ее глазами, а она и не здесь. Он понимает, что настроил передатчик, и трансляция удалась, хоть и не верил, что получится! До последнего не верил в успех дела. И от ее эмоций, то четче картинка, когда ей жаль, когда сочувствует, более сильнее связь, чем, когда абстрагируется и не понимает всего происходящего.

   Только Зоуи уже увидела волчицу, на соседней полосе рельс, в клетке, уже услышала скулеж и просьбу о помощи. Ей было неприятно, когда старик касался Дикой в клетке, там, где было по ее мнению, недопустимо, ей самой и от осознания, что он не просто так, это делает, что задумал воспользоваться ее беспомощностью. Ткань, лишь скрывала детородный орган, слишком близко к ней, и капал он же. Возможно, что она, этим своим отвращением, подстегнула, придала немного сил. Хью не был до конца уверен, как это работает?! Но то, что это помогло, был рад, безмерно!

   Когда же Зоуи, как и Хью, в этой эхолокации, с закрытыми глазами Дикой, увидела, это существо, щуплое, худое и скрывающееся за людскими одеждами, что так был похож, на человеческого ребенка, мальчика, лет восьми, может десяти, и ее передернуло от увиденного. Да, такой сильной волной, передернуло. И то ли связь с озером, то ли с пещерами и скалами, связь с землями Северян, сказать, что именно, помогло, придало сил Дикой, на следующие маневры, объяснить это никто не смог бы. А возможно, что одно и на другое наложилось!?! Но это случилось!

   А далее все было, настолько четко, что будто покадрово. Вот, Дикая из последних сил отшвыривает мальца, будто порывом ветра, волной, такой силы, что он не устоит на ногах, успевает по касательной задеть клетку с волчицей, которая слетает с помоста, будто и не была закреплена на нем, а просто стояла сверху, легко скатываясь в траву. Воет волчица в переворачивающейся клетке, чудом вставая на ребро из прутьев где-то на границе между владениями, там такая тонкая грань, и она, чудом покачиваясь, стоит. Скулит ее волк, чуя разлуку, и возможно, что-то еще.

   - Брось ее там! - вопит старец, пока трава едва шевелится, хотя и не видно в ней, кто именно, там движется, и кого отзывает старик. - Не успеем! - хмыкает с досады. - Вот ведь, упертая, попалась! - он недоволен, он зол, что не удалось ее потрогать, а того, что было, было мало. 

   Потеря всего одной волчицы, уже не сделает ему ничего. Потом, они ее, все равно найдут, всегда находили и отлавливали, этих, что еще не знаю, куда попали! Всякий раз, как их перемещали сюда, а случаться это стало, реже! Не уж то всех переловили?!

   Но их уже ждут, и он торопится, так как эта из последней партии, а есть и те, что он заполучил ранее, и у них выходило время. Хотя зубами заскрежетал, что у нее хватило сил, сквозь все масла,  и яды, что впитались в кожу, хватило-таки сил противостоять. Сильная. И он бы ее оставил, да не может! За нее одну, попытается побольше выручить на торгах! Только бы горный старик не явился. Не любил он его, этого мерзкого и "солдатика" его, но лучше уж со вторым, чем с первым, что может и уже не раз, почти полностью изводил его ежиков, подручных. Кое-как спасал поголовье и почти вручную, вытаскивал, кое-как, да кого-как.

   Торги тоже не любил. Но выхода не оставалось, только так они не пытались избавиться от них и их земель, что слишком близко прилегали к шахтам. Рельсы не трогали, позволяя возить в клетках, отловленных. Тут, у всех свои функции, и если ты не полезен, от тебя избавятся, и некто не гарантирует, что туда, куда "эти" с шахт, способны выслать, будет лучше!?!

   Дикой не нужно подтверждение, что темные фигуры с других земель подберут и помогут ее волчице, не оставят бегать по этим странным землям. Не позволят, снова попасть в эти клетки, и на эти земли. Она уже получила полную картинку и больше всего страшит ее пещера впереди, куда уходят рельсы и это где-то под землей. Торопится старик, подгоняя подопечных. Фыркает малец в траве, вернее, то, что кажется малым и щуплым ребенком, прикосновения которого оставили следы на ее руке, в том месте, где он держал ее и пытался сдвинуть. Сейчас, там в несколько слоев, будто из очень прочного материала стяжки, что удерживают ее руки связанными.

   Хью успеет увидеть, что, несмотря на кажущуюся растительность леса, караван из двух рядов клеток, почти достиг пещеры. Он успеет передать Бороде о ловушках и поджидающих опасностях в траве, и на всей территории, царствования старика, что и усыпить голосом можем, на своих землях. 

   Эхолокация сильно помогла. Волк Бороды уже держит в зубах клетку с волчицей Дикой, что все еще поскуливает и не может отряхнуться от липкой жижи на ее шерсти, это доставляет дискомфорт и лишает воли. Мелькнет рядом темная фигура и выдохнет ей в морду что-то из трав, это успокоит ее и усыпит, что значительно облегчит, ее перемещение, и без того в узких просторах земель темных фигур. Только они будто ухнут под землю. Вот, ведь, стояли, а в следующий миг, пустота и ни клетки, ни волка Бороды, ни фигуры темного. Только трава, линия неровная между землями и пустота. 

   Борода, так и не сделает, ни шаг на эти земли, уже нет нужды, но восхититься его маленькими стражами с колючками, что уже заготовили для него иголки пропитанные средством, для усыпления бдительности, подавления воли, средством, что так часто применяется на этих землях. Они уже выстроились в траве и выставили свои маленькие орудия, кто-то даже около его ноги на землях темных фигур, пытается подкрасться, но фигуры не дремлют и дротик в непосредственной близости от зверька не просто просвистит, встанет. А тот лишь пофыркает и уйдет, за линию, обратно. Сопит смешно, фыркает, оборачивается, но колючки не убирает.

   - С силой значит! - хмыкает старик, и кажется, Бороде, что он уже слышал это голос, знаком и не знаком, одновременно, ему и выговор старика. - Не прогадал! Он должен, захотеть, ее! - скрипит в довольной усмешке. - Живее дармоеды! - опуститься стенка клетки и снова Дикая окажется во тьме. 

   А впереди только, огромной большой черной беззубой и бездонной пастью с желтыми прогнившими бревнами смотрит на нее пещера. Видны едва различимые движения существ, которых она никогда не видела ранее. Ее эхолокация, свист, посланный с ветром, не смог проникнуть внутрь этой пустоты. 

   Наступает с тенью приближения апатия и ее почти накрывает волной безмятежности, хоть она и пытается разглядеть этих существ, но все так безразлично, так бессмысленно, так бесполезно. Только теплые и быстрые движения уже четного количества рук в таких небольших просторах. Только тьма, что почти полностью поглотила ее, только мысль последняя медленная, что волчицу она спасла от этого ужаса, хоть что-то смогла. 

   Связь оборвется, но вот видение мальца насторожит Хью, да и Борода не в восторге от увиденного, что означает, здесь есть и другие такие, как он. Видимы они или нет, пока никто не знает!?! Зоуи, ее трясет, она плачет беззвучно в его руках. Хотя они итак, все еще под водой. Рвет огнем легкие, у Хью. Выходит их время пребывания здесь. Но он еще немного медлит, еще чуть-чуть терпит, что бы только услышать:

   "Спасибо!" - в вое волка, что все еще держит в зубах клетку со своей волчицей, что эхом проникнет в сознание всех, кто видел эти видения, кто так или иначе связан был этими водами синей воды...

   P.S. Картинка со стариком и связанной Дикой была, сразу встала, как она в клетке, тоже, и в более глубоких подробностях, но все же, не имела бы продолжения. Ведь это была бы задержка в развитии событий, которой в данном случае, потом бы не встали в образ. Поэтому, оставляю только намеки, и полет для вашей фантазии, в этом моменте. Если есть, все же желание, стоит ли, что-то более прописать, оставьте комментарий, дабы понимать, необходимость в этой и сценах в дальнейшем?!

    То, что Зоуи, как и Хью, видят данный образ, получается, как бы со стороны видение, но и ощущения, ведь, на тот момент, Дикая богиня, она практически безвольна, сил едва ли хватает на удерживания себя в этом моменте. Держать открытыми глаза и голову, оглядывать лес и окружающий мир. Хотя ее тянет в сон, ей не очень хорошо, и эти масла, как наркотик, дурманят и лишают воли, но об этом будет чуть позже, в другой главе, пояснения. Борода тоже видит эти образы. Что в этой взаимосвязи, и как она работает, пояснение будет. Но не прямо сейчас. Терпение, дорогие мои, немножечко терпения!

   Описание мальца, пока в общих чертах, это не человек, пока виден размытый образ, надеюсь в дальнейшем, в книге он встанет полноценно, и возможно, даже появится в визуализации персонажей по книге, в отдельном виде. Если есть предложения, рассмотрю, пишете.

   Пока только в общих чертах, вообще о связи, с озером, с пещерой и землями Северян, все пока только в намеках, Проявите терпение, будет все же пояснение, сложности в этом моменте и почему все это так важно. Стараюсь упростить понимание, поэтому и расшифровывается более детально некоторые сцены.

   Оставляйте отзывы, комментарии и до новых встреч в других главах. Спасибо за внимание  то, что переживаете эти нелегкие моменты с героями книги.