Проводы Антонины Петровны и Елены прошли на удивление тепло. Бабушка, усаживаясь на переднее сиденье их семейного седана, погрозила Ксавьеру своим неизменным зонтом-тростью и строго произнесла:
— Ну, Ксавьер Эдуардович, в понедельник ждем вас с документами в столице. И смотрите мне, если ЗАГС перенесется хоть на день из-за вашей «Блэквуд-Групп» — я лично устрою вам аудит, от которого ваша строительная лицензия превратится в тыкву.
— Всё будет сделано в лучшем виде, Антонина Петровна, — с абсолютно искренним облегчением и вежливым поклоном ответил Альфа.
Едва машина скрылась за поворотом лесной дороги, Ксавьер шумно выдохнул, сорвал с себя галстук и расстегнул три верхние пуговицы рубашки. Его внутренний волк ликующе завыл — свобода! Больше никаких разговоров о трудовых книжках и проверк
