Пленница Альфы. Не моя Луна

Анатомия замка

Ночь опустилась на заповедник Блэквуд тяжелым, непроницаемым саваном. За панорамными окнами башни бушевала глухая, первобытная тьма, сквозь которую изредка прорывался бледный, холодный свет полной луны. Ветер с яростным свистом бился о бронированные стекла, словно дикий зверь, пытающийся прорваться внутрь, к теплу камина.

Аврора сидела на краю огромной кровати, замерев и прислушиваясь к каждому звуку. Прошел час. Два. Три. Замок погрузился в глубокий, мертвенный сон. Тяжелые шаги патрульных в коридоре больше не повторялись. Всё затихло.

Она поднялась, стараясь не издать ни единого шороха. Свет в комнате она предусмотрительно выключила, оставив лишь тусклое, умирающее сияние углей в камине. В этой полутьме её золотистые волосы казались серебряными, а синие глаза лихорадочно блестели от адреналина.

Аврора подошла к углу за балдахином кровати. Пальцы коснулись темных деревянных панелей. Теперь, когда страх окончательно отступил перед холодным архитектурным азартом, её разум работал как швейцарские часы.

— Итак, давай включим логику, Аврора, — едва слышно прошептала она сама себе. — Средневековые зодчие не были фантастами. Они были прагматиками. Если здесь есть скрытый проход, механизм его открытия должен быть простым, надежным и доступным на уровне человеческого роста. Никто не станет строить тайную дверь, для открытия которой нужно подпрыгнуть к потолку или лезть под плинтус.

Она медленно повела ладонями по стыкам деревянных плит. Рисунок резьбы казался хаотичным — классический готический орнамент с переплетающимися листьями и гроздьями винограда. Но Аврора знала: хаос в архитектуре — это всегда маскировка.

Она визуально разделила фальш-стену на сетку координат. Сначала проверила уровень груди — пусто. Уровень талии — ничего. Панели сидели плотно.

Тогда Аврора закрыла глаза, полностью положившись на тактильные ощущения. Её пальцы сантиметр за сантиметром изучали деревянные завитки. Вдруг на высоте примерно ста двадцати сантиметров от пола её мизинец зацепился за едва заметную асимметрию. Один из вырезанных виноградных листьев был чуть более выпуклым, чем остальные. И, что самое странное, дерево вокруг него казалось более затертым, словно к нему прикасались сотни раз до нее.

Сердце Авроры пропустило удар. Она надавила на лист. Ничего не произошло. Она попробовала потянуть его на себя — безрезультатно.

«Думай, Аврора, думай. Механика средних веков — это противовесы, рычаги и поворотные оси», — мысленно прикрикнула она на себя.

Она обхватила деревянный элемент двумя пальцами и аккуратно повернула его по часовой стрелке.

Щелк.

В тишине комнаты этот звук прозвучал как выстрел. Аврора испуганно замерла, вжав голову в плечи и со страхом косясь на входную дверь. Но за дверью по-прежнему было тихо.

Прямо перед ней, в месте стыка двух массивных деревянных панелей, образовалась тонкая, едва заметная щель. Пыльный, прохладный воздух, пахнущий сыростью, старым камнем и вековой заброшенностью, ударил ей в лицо.

Аврора аккуратно потянула панель на себя. Скрытая дверь, подвешенная на идеально сбалансированных древних петлях, открылась абсолютно бесшумно. За ней зияла пронзительная, глухая чернота.

Девушка заглянула внутрь. Прямо в стене начиналась узкая, крутая винтовая лестница, ступени которой были вырублены из грубого серого гранита. Проход был настолько узким, что крупный, широкоплечий мужчина вроде Ксавьера пролезал бы здесь с огромным трудом, цепляясь плечами за стены. А вот для её хрупкой, изящной фигуры это пространство подходило идеально. Еще один расчет в её пользу.

«У меня нет фонарика. Телефон остался в рюкзаке, который забрал этот чертов Альфа», — Аврора на секунду заколебалась. Идти в абсолютную темноту неизвестного подземелья без источника света было чистым безумием. Она могла оступиться, сломать ногу или просто задохнуться в каком-нибудь тупике.

Она оглянулась на камин. Среди тлеющих углей лежал небольшой, длинный обрубок сосновой ветки, который еще не успел полностью сгореть. Аврора быстро подошла, подхватила его за холодный край и подула на тлеющий наконечник. Тот слабо вспыхнул тусклым, оранжевым огоньком. Не бог весть что, но для первых шагов хватит.

Сжав самодельный лучину в правой руке, Аврора осторожно перешагнула порог и вошла внутрь фальш-стены. Левой рукой она аккуратно притянула деревянную панель обратно, оставив лишь крошечную щель, чтобы дверь не заклинило намертво снаружи.

Каменный мешок потайного хода встретил её леденящим холодом. Стены здесь были сырыми, покрытыми тонким слоем векового мха. Ступени уходили круто вниз, закручиваясь по спирали.

Аврора двигалась медленно, прощупывая носком сапога каждую следующую ступень, прежде чем перенести на нее вес тела. Её архитектурный мозг лихорадочно просчитывал траекторию: «Так, я сделала уже тридцать ступеней. Каждая ступень примерно по пятнадцать сантиметров в высоту. Значит, я опустилась примерно на четыре с половиной метра. Я прохожу уровень второго этажа».

Вдруг на её пути стена расширилась, образуя небольшую нишу. Огонек её лучины выхватил из темноты узкую горизонтальную щель в каменной кладке. Аврора прильнула к ней глазом.

Это был смотровой глазок, скрытый с внешней стороны в элементах декоративной лепнины коридора второго этажа. Девушка затаила дыхание. Ей открылся вид на роскошный, ярко освещенный коридор. На стенах висели старинные гобелены и картины с изображением огромных волков под полной луной.

И прямо в этот момент по коридору кто-то шел.

Аврора замерла, прижавшись спиной к сырому камню потайного хода. Через щель она увидела двоих мужчин. Один из них был тем самым серым волком из леса — бетой стаи, отцом стервозной Тани. Второй — молодой парень, судя по всему, обычный охранник.

— Альфа Ксавьер совсем потерял голову из-за этой девчонки, — глухо, сдерживая ярость, говорил отец Тани. — Он запер её в своих покоях и выставил мою дочь за дверь, как последнюю прислугу! Стая начинает шептаться, Марк. Мы не можем позволить, чтобы какая-то человеческая потаскуха разрушила иерархию, которую мы строили годами.

— Что ты предлагаешь, Берт? — тихо спросил молодой. — Ксавьер убьет любого, кто тронет то, что принадлежит ему. Ты же видел его ауру сегодня. Его зверь на пределе.

— Ксавьер не узнает, — Берт жестоко оскалился, и его лицо на миг показалось Авроре уродливой звериной мордой. — Ночью охрана у ворот будет снята на десять минут для пересменка. Таня найдет способ вытащить девчонку из башни и выбросить её за забор. А там... в лесу сейчас бродят волки из стаи Изгоев. Если они найдут человеческую девчонку на нашей территории, они разорвут её. Ксавьер решит, что она сбежала сама и попалась диким зверям. И никто не будет виноват.

Мужчины прошли дальше, и их голоса затихли в конце коридора.

Аврора стояла в темноте потайного хода, чувствуя, как ледяной ужас сковывает её внутренности. Они хотят её у***ь. Прямо сегодня ночью. Таня и её отец уже готовят ловушку. И если она вернется в свою комнату и будет просто ждать утра — она труп.

Единственный путь к спасению лежал только вперед — вниз, в самую глубину замка, к выходу, о котором эти чудовища даже не подозревали.

Она крепче сжала догорающую лучину и быстро, больше не заботясь о тишине, бросилась вниз по винтовой лестнице.