Пленница Альфы. Не моя Луна

Коронация и печать судьбы

Прежде чем надеть шелка и предстать перед сотнями оборотней стаи Черной Луны как их законная правительница, Аврора должна была закрыть долги перед своей прошлой жизнью. Мир оборотней мог требовать её целиком, но её человеческое сердце всё еще помнило тех, кто остался там, за коваными воротами Блэквуда.

Сидя на краю огромной кровати в уже отремонтированных покоях башни, Аврора сжимала в дрожащих руках новенький смартфон. Ксавьер лично принес его полчаса назад — без ограничений, без шпионских программ, демонстрируя ей свое абсолютное, безграничное доверие.

Экран светился, отображая список контактов. Глубоко вздохнув, Аврора набрала первый номер. Звук гудков казался ей ударами метронома, отсчитывающего секунды её прежней свободы.

— Алло? Аврора, детка, это ты?! — в трубке мгновенно раздался взволнованный, родной голос мамы. На заднем плане слышался привычный шум работающего телевизора. — Господи, я места себе не находила! Хлоя звонила вчера какая-то сама не своя, говорила, что ты пропала в лесу, что полицию вызвала... Что у вас там происходит? Ты в порядке?!

Слезы обожгли глаза Авроры, и ей пришлось прижать ладонь к губам, чтобы не разрыдаться в трубку. Ей стоило колоссальных усилий заставить свой голос звучать ровно и спокойно.

— Мама, мамочка, успокойся, со мной всё хорошо, — мягко произнесла она, глядя на свое отражение в зеркале. — Хлоя просто слишком паниковала. Я действительно немного заблудилась во время экскурсии, но... меня встретил очень хороший человек. Его зовут Ксавьер Блэквуд, он владелец крупного архитектурного фонда здесь, в Блэквуде.

— Фонда? — голос мамы стал чуть тише, в нем прорезалось удивление.

— Да. Он увидел мои наброски и чертежи, которые я делала для университета, и предложил мне контракт, — Аврора уверенно плела ту самую спасительную ложь, которую они обсудили с Ксавьером. — Масштабная реставрация его старинного замка. Это шанс всей моей жизни, мамуль. Огромный гонорар, практика... Я решила остаться здесь на несколько месяцев. Буду жить в резиденции фонда. Тут потрясающие условия, охрана, так что не переживай за меня. Я буду звонить тебе каждые выходные.

— Ох, слава Богу... — мама облегченно выдохнула в трубку, и Аврора практически физически почувствовала, как с её плеч свалился огромный груз. — Ты так напугала меня, дочка. Но раз это работа... Я так горжусь тобой, Аврора. Ты всегда была моей умницей. Береги себя там.

— Я люблю тебя, мама, — прошептала Аврора и отключила вызов, чувствуя, как внутри разливается горькая и успокаивающая пустота. Первую, самую главную стену она защитила.

Но оставалась вторая. Самая болезненная.

Аврора отыскала в списке имя Хлои. Сердце заныло от воспоминаний о том, какими глазами подруга смотрела на нее на площади. Она нажала на кнопку вызова.

Один гудок. Второй. На третьем гудке связь резко оборвалась. Короткие гудки. Сброс.

Аврора закусила губу и набрала снова. Снова два гудка — и безжалостный, сухой щелчок отмены. Хлоя скидывала её звонки, отказываясь даже выслушать. Подруга сочла её предательницей, променявшей их дружбу на роскошь замка и объятия «чудовища».

«Прости меня, Хлоя... — мысленно обратилась к ней Аврора, бережно откладывая телефон на столик. — Ты думаешь, что я в плену у монстра. Но ты не знаешь, что этот монстр — единственный, кто удержал меня над бездной. И когда-нибудь ты меня поймешь».

В этот момент дверь покоев тихо открылась. Вошел Ксавьер.

Аврора обернулась и на секунду забыла, как дышать. Альфа был великолепен. Вместо привычных боевых кожаных доспехов на нем был роскошный, сшитый на заказ темно-синий бархатный сюртук с золотым шитьем на манжетах — традиционный парадный наряд верховных вожаков Черной Луны. Его длинные черные волосы были аккуратно убраны назад, а янтарные глаза светились мягким, торжествующим теплом. В руках он держал бархатную коробочку.

— Ты готова, моя Луна? — тихо спросил он, подходя к ней. От него потянуло ароматом морозного сандала, который теперь ассоциировался у нее с абсолютной безопасностью.

— Я сделала звонки, Ксавьер, — Аврора поднялась ему навстречу, её простое, но элегантное изумрудное платье в пол, присланное омегами, идеально подчеркивало её тонкую талию и золотистые кудри. — Мама спокойна. Хлоя... Хлоя меня ненавидит. Мосты сожжены.

Ксавьер остановился в шаге от нее, его лицо посерьезнело. Он бережно взял её за подбородок, заставляя посмотреть себе в глаза.

— Хлоя жива и в безопасности только благодаря твоей лжи, Аврора. Со временем её обида пройдет, — его голос вибрировал от нежности. — А сейчас... стая ждет свою спасительницу. Они хотят видеть ту, чей разум оказался острее волчьих клыков.

Он открыл коробочку. Внутри на черном бархате покоилось роскошное ожерелье из белого золота, усыпанное редкими, сияющими как звезды бриллиантами, а в центре горел крупный, чистейший сапфир, идеально подходящий под цвет её глаз. Ксавьер аккуратно обошел её со спины и застегнул украшение на её нежной шее, его горячие губы на секунду прижались к её обнаженному плечу, заставляя сладкую дрожь пробежать по её телу.

— Это печать моего сердца, Аврора, — прошептал он. — Отныне ты неприкосновенна.

Когда они вместе спустились в огромный Тронный зал замка, Аврора едва не ослепла от великолепия зрелища. Огромный зал, освещенный сотнями факелов и массивными хрустальными люстрами, был заполнен оборотнями до отказа. Здесь были все: элитные воины с заживающими шрамами после ночного боя, старейшины в тяжелых мантиях, молодые омеги и даже Майя, у которой на лбу белела аккуратная повязка.

При появлении Ксавьера и Авроры над залом прокатился оглушительный, слаженный рев сотен голосов. Оборотни не рычали от злости — они приветствовали своего Альфу и его пару. Воины с грохотом ударили кулаками по своим кольчугам и груди, склоняя головы.

Ксавьер вел её за руку через живой коридор прямо к возвышению, где стояли два массивных трона из черного дуба. Он поднялся на ступеньку выше, увлекая её за собой, и повернулся к стае.

— Волки Черной Луны! — его мощный голос раскатился под вековыми сводами, заставляя замолчать даже пламя факелов. — Ночь была долгой и кровавой. Изменники Берт и Таня привели к нашим стенам орду Изгоев, надеясь уничтожить наш дом. Но они просчитались. И проиграли!

Зал взорвался торжествующим воем.

— Мы победили не только силой наших клыков, — Ксавьер перевел свой сияющий янтарный взгляд на Аврору, и его рука крепче сжала её ладонь. — Мы победили благодаря этой женщине. Аврора Дельгардо, человек по рождению, но истинная Луна по воле предков, просчитала ход врага и спасла наши жизни. Сегодня я официально объявляю перед лицом старейшин и лунного света: Аврора — верховная Луна стаи Черной Луны! Её слово отныне — мой закон. Её безопасность — ваша святыня! Кто оспорит её право?!

В зале повисла мертвая тишина. Ни один старейшина, ни один самый гордый воин не шевельнулся. Напротив, первый из старейших волков, седовласый старик с глубокими шрамами на лице, медленно опустился на одно колено. За ним, как волна, на колени склонилась вся многотысячная стая Черной Луны, признавая власть человеческой девушки.

Аврора смотрела на это зрелище, и внутри нее что-то окончательно встало на свои места. Страх исчез. На его место пришла гордость и осознание своей великой силы. Она больше не была испуганной пленницей. Она была королевой этого дикого, первобытного королевства.

Ксавьер повернулся к ней всем телом. В его глазах бушевал такой концентрированный океан любви, страсти и первобытного обожания, что у Авроры перехватило дыхание. Он притянул её к себе за талию, полностью лишая расстояния между ними.

— Ты моя, Аврора... Навеки моя, — выдохнул он прямо в её губы.

— Я твоя, Ксавьер, — впервые осознанно, без капли сомнения ответила она.

И Ксавьер накрыл её губы своими.

Этот долгожданный, страстный поцелуй взорвал Тронный зал новой волной оглушительного волчьего воя. Это был не просто поцелуй — это было слияние двух душ, окончательное закрепление связи Истинной Пары. Его губы были горячими, требовательными, собственническими, но Аврора отвечала ему с такой же яростной, накопленной за все эти дни страстью, запуская пальцы в его густые черные волосы. Весь мир вокруг них перестал существовать, растворяясь в этом безумном, обжигающем жаре, который теперь принадлежал им двоим.

Коронация человеческой Луны состоялась. Их общая история в Блэквуде только начиналась, но отныне они были единым целым — щитом и разумом величайшей стаи оборотней на земле.