Грех в его коллекции

Условия игры

Запах антисептика и лекарств в частном крыле больницы казался почти стерильным. Никаких обшарпанных стен или переполненных коридоров, к которым я привыкла в обычной городской клинике. Бестужев не соврал: отца действительно перевели в отдельный VIP-бокс, где датчики тикали ровно и ритмично, а рядом находилась лучшая команда врачей.

Я подошла к койке и осторожно взяла отца за руку. Его ладонь была сухой и холодной. На фоне белоснежных простыней папа выглядел невероятно хрупким, ослабевшим, с глубокими тенями под глазами.

— Пап... — тихо шепнула я, сглатывая подступивший к горлу ком. — Я всё уладила. Слышишь? Тебе больше ничего не грозит. Компания... она останется в безопасности.

Он не ответил, лишь слегка повел ресницами во сне.

Я прижалась лбом к его сухим пальцам. Внутри всё клокотало от боли и несправедливости. Отец всю жизнь был честным человеком, но одна роковая ошибка, один неверный шаг — и его растоптали. И человек, который сейчас спасал ему жизнь, одновременно забирал мою свободу.

Через час я вышла на крыльцо больницы. Моросящий ночной дождь сразу намочил плечи пиджака. Вадим молча стоял у открытой двери «Майбаха», ожидая меня.

— В мою квартиру, Вадим, — твёрдо произнесла я, останавливаясь перед ним. — Я не поеду сегодня в особняк Бестужева.

Начальник охраны чуть приподнял бровь:

— Игнат Васильевич приказал...

— Игнат Васильевич еще не владеет мной безраздельно! — отрезала я, чеканя каждое слово. — Передайте своему боссу: я подпишу все его бумаги. Я сыграю ту роль, которую он от меня требует. Но я перееду к нему только тогда, когда чернила на договоре высохнут. Ни секундой раньше. Если его это не устраивает — пусть отменяет сделку прямо сейчас.

Вадим замер, внимательно изучая мое лицо. В его глазах мелькнуло нечто вроде уважения. Он достал телефон, сделал короткий вызов и тихо проговорил в трубку:

— Она отказывается ехать в резиденцию до подписания контракта, Игнат Васильевич... Да, сэр. Понял.

Он опустил телефон и посмотрел на меня:

— Шеф сказал, что дает вам эти два дня. Но вы будете под круглосуточным наблюдением моей группы. Игнат Васильевич ждет вас в пятницу вечером на благотворительном вечере, где будет объявлено о помолвке. После этого вы едете в его дом.

— Договорились, — выдохнула я, чувствуя, как внутри на мгновение отпускает ледяной зажим.

Я отвоевала себе два дня. Два дня свободы в собственной квартире, чтобы собраться с духом, изучить всё, что можно найти на Игната Бестужева, и приготовиться к главной битве моей жизни.

Когда Вадим привез меня к моему дому, я поднялась в пустую, тихую квартиру. Включила свет, села за рабочий стол и открыла ноутбук.

В поисковике я вбила имя: «Игнат Васильевич Бестужев».

Экран запестрел заголовками: «Инвестиционный гигант "Авангард" поглощает очередного конкурента», «Теневой владелец строительного сектора», «Бестужев: человек без прошлого и без пощады». Ни одного упоминания о личной жизни. Ни одной фотографии с женщинами. Никаких слабостей.

Он был похож на идеальную, холодно выверенную машину. Но у любого человека есть уязвимое место. И я была намерена его найти, прежде чем закроются двери его особняка.