Но она держала в руках бумажку, аккуратно исписанную тонким маминым почерком, на которой четко значилось: ехать на метро девять остановок. Она вздохнула, повертела головой и направилась к подземному переходу, волоча за собой тяжеленный чемодан и сумку.
Этот чемодан был предметом долгих изнурительных пререканий между ней и матерью.
— Зачем тебе столько вещей? Ты же не успеешь все их надеть, всего на месяц едешь… — ворчала мама, помогая ей собираться и садясь на чемодан сверху, чтобы утрамбовать его получше, пока дочь пыталась застегнуть «молнию».
— Ну, как же, мам, это же Москва. Там все модные ходят, не то что тут, в провинции, — возражала Мила, и глаза ее горели счастливым огнем.
«Молния» упрямо не застегивалась. И они снова и снова открывали чемодан и вынимали из него какое-нибудь пл
