Кожу на запястье тянуло, я все еще отказывалась снимать свой опротивевший красный пластиковый браслет, который со временем стал мал для меня. О чем это говорило? Те врачи были уверены, что мне определенно не дожить до этих лет.
И вот я стою здесь, опираясь руками о прозрачное ограждение таможни в аэропорту и пожираю глазами Кострова. Он единственный, кого я хотела здесь встретить, и он единственный кто при вылете домой мог вызвать улыбку на моих губах.
Так почему же я сейчас не улыбаюсь?
Подхожу ближе.
- Привет, - а губы сухие-сухие, и блеск так противно липнет.
- Привет.
Расстояние вытянутой руки. Это чуть меньше, чем я ожидала, но чуть больше, чем я могу сейчас преодолеть. Парень смотрит куда-то в область моего сердца, и я вижу, как пляшут его зрачки сканируя очертания моего побел
