Мирай
— Ты выглядишь просто умопомрачительно! — Питер окидывает меня взглядом сверху вниз, медленно, как будто я сошла с глянцевой обложки Vogue, а не вылезла из такси после часа в пробках.
Его глаза искрятся фальшивым восхищением, и я еле сдерживаю усмешку. Ведь убедительно же играет, зараза. Этот парень мог бы очаровать даже статую в Лувре.
— Восточная красавица… можно я украду тебя этой ночью? — он тянет мою руку к своим губам с такой театральной галантностью, что я на миг почти верю в его рыцарский порыв. Почти.
— Конечно, милый, — подмигиваю я, подыгрывая. — Если этой ночью ты подаришь мне луну, звёзды, а заодно, руку и сердце.
Питер — король ухаживаний, отшлифованный до блеска: галантен, как французский аристократ, вежлив, как английский дворецкий, идеален до тошноты. Вот то
