Таунхаус

20.

Пуртов молча наблюдал за тем, как Оксана выбирает себе драгоценность. Он знал, что это будет длиться долго, вполне возможно и часа не хватит. Она непременно поставит весь магазин на уши, заставит продавщиц бегать вокруг себя, как собачек вокруг дрессировщика, выполнять любые ее капризы, в  том числе и совершенно бессмысленные. Точнее, смысл у них все-таки был, продемонстрировать миру и себе свою значимость.

Все это повторялось с регулярностью движения электричек, ему подчас казалось, что ее абсолютно не интересуют бриллианты, ни золото,  а в ювелирный она наведывается  исключительно для демонстрации своих финансовых и других возможностей. Правда, надо отдать ей должное, разыгрывала она этот спектакль артистично, можно сказать, на высшем уровне. И Пуртов поначалу наблюдал за ним с большим удовольствием. Но с какого-то момента он поймал себя на том, что это представление ему перестало нравиться, более того, стало вызывать глухое раздражение. Все это выглядело со стороны, по меньшей мере, неуместно, тщеславие так рвалось наружу, как узник на волю. При этом у Оксаны не хватало умы или просто желания прикрыть его чем-нибудь, наоборот, она его подчеркивало, как главное свое достоинство. Хотя может, так оно и было.

Прошло уже больше получаса, продавщицы носились вокруг Оксаны почти со скоростью света, к ним присоединился директор магазины – пожилой, лысый, толстый мужчина. От напряжения его лоб был все время покрыт густой сетью капелек пота, он явно испытывал стресс. И Пуртов даже стал опасаться, как бы его не хватила кондрашка, с такой комплекцией, как у него, это вполне реально. Впрочем, даже если такое случится, Оксана это вряд ли остановит.

Почему-то вдруг мысли Пуртова понесли его в прошлое. Он впервые увидел ее на показе мод в Милане и был поражен ее тонкой грацией, аристократической выправкой. И быстро выяснил, что это подающая надежды модель, за контракт с ней соревнуются известные мировые дома мод. Правда, он узнал еще и другую немаловажную деталь, которая еще больше повысило в его глазах ее котировки. Она оказалась любовницей очень известного бизнесмена. В другой ситуации Пуртов сразу же отказался от своих планов завладеть красавицей. Но тут все удачно сложилось, ему было известно, что этот парень понес большие убытки и оказался на грани разорения. Об этом знали совсем немногие посвященные, среди них  и Пуртов.  И потому рассудил он,  тот вполне может отказаться от столь дорого актива. 

Прежде чем познакомиться с Оксаной, он направился к ее любовнику. Они знали друг друга весьма поверхностно, их интересы в бизнесе не пересекались, просто иногда бывали на одних и тех же тусовках. Но это нисколько не помешало Пуртову после коротких приветствий приступить к приведшей его сюда теме.

Он гордостью отметил, что все рассчитал верно, услышав о предложении, бизнесмен явно обрадовался. Он согласился передать ему любовнику со всем обременением: двумя ее квартирами – в Москве и Париже, которые он оплачивал, с обязательством ежемесячно покупать по бриллианту и кое с чем еще.

У Пуртова тогда мелькнула мысль, а не слишком ли дорого ему обойдется это приобретение?  Но он ее тут же отбросил; он представил, какое впечатление произведет на публику его  появление с такой ослепительной спутницей. И все доводы рассудка были тут же забыты.  

Договориться с Оксаной оказалось не трудно; прежний любовник уже объяснил ей ситуацию. Трудным оказалось другое, в обмен на свою благосклонность она потребовала новых привилегий. Они торговались весьма долго. И по большинству пунктов Пуртов уступил, хотя ему стало немножечко страшно, когда он представил, во сколько ему обойдется эта щедрость. 

Однако жалел он недолго, его надежды оправдались. Появление Пуртова под руку с Оксаной в любом обществе производило сильное впечатление. Не только в России, но и в Европе он прославился в качестве обладателя одной из самых прекрасных и дорогих женщин в мире. Некоторые его коллеги по бизнесу обращались к нему с тем же самым предложением, с которым он сам  в свое время обратился к прежнему хозяину престижной модели. Но он всем давал решительный отказ, даже, несмотря на то, что некоторые  предлагали очень выгодные условия. Но в этом так же заключалась его стратегия; пусть все знают, что  он женщинами не торгует.  И снова оказался прав, это еще больше подняло его престиж.

Надо было отдать должное Оксане, она хоть и требовала от него все полностью по обговоренной  программе, но сама вела себя в полном соответствии с их договором: в постели была умелой и страстной,  а на людях дипломатичной, тонкой, ни кому не давала повода для заигрывания с ней. Иногда ему казалось, что она испытывает к нему определенные чувства. И Пуртов даже стал задумываться о женитьбе на ней. В конце концов, должен же он когда-нибудь обрести семью, почему бы в качестве жены не выбрать Оксану. Чем она хуже других: образована, прекрасно говорит на нескольких языках, умеет вести себя в обществе.

Все так бы и было, но однажды он случайно подслушал ее разговор   по телефону с какой-то подругой. Ничего особенного  в нем не было, обычный женский треп. Но Оксана, не зная, что ее слышит не только абонент,  но и любовник,  стала, смеясь рассказывать, как обдирает она его словно липку. И изложила несколько планов по дальнейшему  выманиваю у него дорогостоящих жизненных благ.

Пуртов не стал слушать дальше, вполне хватало и того, что он услышал. Предлагать ей руку и сердце тут же расхотелось. Он благословил судьбу, которая помогла ему избежать этой ошибки.

Но и организационных выводов делать не стал, все продолжалось по-прежнему. Вернее, не совсем, он вдруг осознал, что Оксана может в любую минуту уйти к другому, если тот другой предложит ей более выгодный ангажемент.   Никакой привязанности к нему у нее нет или она так слаба, что это не помешает поменять покровителя. Но если это случится, его репутации будет нанесен сильный удар, все станут показывать на него, как человека, которого бросила любовница.

Чтобы избавиться от Оксаны, нужно было найти эффектный предлог, при котором не пострадает его престиж.  Но девушка, словно назло ему, вела себя безупречно. Пуртову приходилось оплачивать ее все возрастающие запросы. Но чтобы иметь такую возможность,  приходилось бросаться в очень авантюрные предприятия. Несколько раз он находился на грани разорения, но ему везло, вместо краха неожиданно получал прибыль.  Но стоило ему это таких  психологических и физических усилий, что возникал настоящий нервный срыв.

Такие стрессы не могли пройти без последствий, однажды во время секса с Оксаной он потерпел фиаско. Пуртов только рассмеялся и сказал, что это от переутомления. Он так много работал, что ему надо хотя бы немного отдохнуть.

На отдыхе он проверил свое мужское состояние на другом объекте, результат оказался неутешительным. Разумеется, к его услугам был весь арсенал современной медицины. Но это было уже не то, одно дело, когда эти возможности идут от природы, от здоровой силы и другое, когда вызваны химическим путем.

Пуртов не стал лечиться, вместо этого по возвращению под разными предлогами стал избегать сексуальных контактов с Оксаной. Она немного этому поудивлялась, но не стала ничего выяснять и приняла спокойно новую ситуацию. Скорей всего она догадывалась, с чем это связано. И стала вести себя еще безупречней. Он понимал, она так поступает специально, дабы у него бы не возникло предлога разорвать их столь выгодную для нее связь. Он чувствовал, что находится в ловушке, но как изменить положение не  представлял.

Оксана, наконец, выбрала покупку, Пуртов почувствовал такое облегчение, что даже его не сильно расстроила большая цена за нее, которая была списана с его счета.

Вечер они завершили в престижном и, разумеется, в безумно дорогом ресторане. Пуртов его терпеть не мог и не только за помпезность и невероятные цены, но все, что там подавали, он не любил. И заплатив огромные деньги,  выходил оттуда голодным. Дело доходило до того, что, проводив Оксану, он шел в забегаловку и ел. Но Оксана очень привечала это заведение, и постоянно тащила его туда. А он так и не решился высказать ей своего  отношения к нему. Хотя вполне возможно, она об этом догадывалась. Такое подозрение возникло у него ни один раз.

После ресторана они поехали на ее квартиру, которую, разумеется, он ей приобрел некоторое время назад.  И всю дорогу его не покидало глухое раздражение. Оксана всегда радовалась покупке очередной побрякушки и выливала эту радость в непрекращающейся болтовне.  Не то, что она говорила уж совсем глупости – для этого она была достаточно разумна,  но эта беззаботность, безалаберность, нежелание брать на себя никакой ответственности выводило его из себя. Он пашет целыми сутками, рискует буквально всем, а ей  глубоко наплевать на это. Причем она все прекрасно видит, во всем неплохо разбирается, иногда даже подает совсем недурные советы, но его не покидает чувство, что если с ним что-то случится – окочурится или разорится, она нисколько не расстроится, быстро найдет себе другого покровителя. А ведь если посчитать, сколько он на нее затратил денег, то выйдет целое состояние.

Они вошли в ее квартиру, Пуртов бросил покупки на диван. Ювелирное украшение было далеко не единственным сегодняшним приобретением, просто самым последним и дорогим. Оксана упала в кресло, демонстрируя все видом, что утомилась.

- Ты останешься, дорогой? - беззаботно поинтересовалась она.

- У меня еще есть дела, - ответил Пуртов.

Он увидел, как появилась на ее лице улыбка и быстро исчезла. Пуртов понял, что она прекрасно понимает, что никаких дел у него больше на сегодня нет, особенно учитывая, что уже двенадцатый час. Но эту тему развивать не стала.

Пуртов поцеловал Оксану в щеку и быстро вышел. И лишь оказавшись за порогом квартиры, почувствовал облегчение. У него возникло ощущение, что он вырвался на свободу. Что-то надо с этим делать, далеко не первый раз мелькнула мысль. И  далеко не первый раз другая мысль ему сообщила, что ничего с этим сделать он не сможет. Оксана ему нужна, а ее потеря нанесет ему ущерб.