Выбери жизнь или прощальный кортеж

"Тебе пора уходить!" - 2.2.3.

   Он в ней: Алистер получит, наконец, управление, как только все торги, пройдут успешно, и этот неказистый мужичок купит, все то, что собирались продать ему, не ему конкретно, а вообще в этот день, без ущерба хозяйству, Гореловы. На то, на что, оболочка, в которой Алистер не всегда может контролировать разного рода процессы, выставила цену, за ту, продастся и во всей деревни, товар, не на все выставленный и тот, уйдет, практически за бесценок. Она проследит и Василий тоже! 

   Деньги ей не интересны, это батька, что будет стоять и обтекать, даже попытается встрять в эти торги, но его грубо перебьют, не только она, "бешенная", как тут, ее прозвали и это приклеилось к ней намертво, но и тот, с кем она торговалось! Деньги, что держала в руках старшенькая Гореловых и то, что младшая в этот год не достанется батьке, уже никак, а у него на нее виды были! Видимо, всплыли.

   Никто не сможет перебить ее цены, и прогнуть ее тоже, никто не сможет! Правда и лишнего, как сказала этому неказистому, из нее более не вытянуть и это заставить его ухмыляться внутри, ее осторожности, осведомленности и тому, то только с ним и говорила, будто других, их не существует в этом дне!   

   Соседка по "проходной": "Офигеть, деньжища! Да, этого же хватит на несколько сезонов! И скотину прикупить, и одеться, и даже на все остальное с лихвой! Не зря-таки, она со мной увязалась!?! А, как она этого, гнет?! Не уступает и режет, по живому!" - впечатление, того, кто тут, на самом деле главенствует, оно останется, надолго в памяти всей деревни и говорить об этом дне, будут долго. 

   Хозяин дома: - Слышь, эй, девка, слышь! - "бешенная" не реагировала на посторонних, как не пытался на ее руках повиснуть щуплый, худой хозяин дома, что уже кивнул матери отобрать деньги у дочери, но та, ни в какую! А он, никак не мог, вклинится в торги между этими двумя, чего бы ему не говорил и не показывал батька, никак.

   Соседка по "проходной": Она пересчитает их, и те, что снова в ее руки лягут. Всей деревней у дома Гореловых стоят, все слушают, сокрушаются, удивляются, смотрят на деньжищи и ждут, чутко выхватывая, как "бешенная" уже установила и на что конкретно цену. Все запомнили соседи, только теперь своей очереди ждут. А она не отойдет далеко, не увидит смысла. 

   Василий у "бешенной" - будто пес на привязи. слушает безоговорочно, носит тяжести и ловко со всем справляется, а то, что оплатит ему немного старшая сестра, так это их взаимоотношения. Мелкая около старшей, прижимается и смотрит, учится, пытается, перенимает ее жесты и манеру. Что-то останется, что-то не приживется. Главное, что не забудется, ведь это большая редкость, такие торги в их небольшой деревеньке.

   Батька: - Зови этого, - как он ни пытался, а между этой торговлей никак не смог пробиться и юлил, и этих увести старался. Все казалось, что он не в курсе, кто на самом деле, из пришлых, главенствует. Те, не могли уйти далеко, так как схема у них, отработанная, и на неказистого, на него не обращают внимания, и он из этого пользу извлекает. Ну, кто обратит внимание, на мужичка, что ходит и присматривается, к скотине, что, да как выглядит, и что загнать будет проще, и на чем, срезать по максимуму?! Особенно, когда все заняты подготовкой, а он уже намечает с кого начать, кем закончить, беглого осмотра дворов, сараев и прочего, хватает, - Котофеича! Он ее имел, вот и пусть выпроваживает! - шипит неузнаваемо на ухо, доверенному, да, так, чтобы не слышали другие, за рукав, оттаскивая от всех.

   Важный и главный уже пустил слух, да и Гореловы подтвердили, что было в их доме. Честными глазами, в магазине, да с соседями. Вот, и пришлось прибегать к самым таким мерам, ведь батька, должен ее выпроводить. Цены-то, какие, и на руках у старшенькой, деньжищи. Все видят, торги! 

   Доверенный: - Так, он невменяем! - разведет руками, сухой мужичок. Важный ведь, как вышел из дома Гореловых, так до дома с трудом, и на торги, уже был не в состоянии, придти. Хотя соседи были разновозрастные, от мала, до велика. И статус сестер Гореловых возрос на глазах, за знакомство с "бешенной", которой потом еще долго будет припугивать старшенькая, а по ее стопам и младшенькая.

   Батька: - А мне плевать! - вкрадчиво и тихо. - Иначе, мы станем посмешищем и еще посмотрим, кто потом будет невменяем, после сегодняшних торгов! - и кого-то пошлют за Котофеечем, под шумок. - Веди хоть кого-то, кто имеет над ней вес! Горелова старшая не выгонит, уже не резон! А нужно чтобы тихо и точно, ее отсюда, да хоть на машине, хоть как! Пока все остальные не получили деньги! 

   И этих гостей не увести от торгов, они пытаются вставить и свои слова, как обычно это было. А тут, не работает. Девица только выше цены задирает и спорит, а порой, так тихо говорит, что слышат только избранные, и то, что слышат, это никому не нравится! 

   Он в ней: - Вы ведь можете уйти и не терять ни мое, ни чужое время! Тут, никто и никого не держит! - Это режет слух, как бы далеко или близко не стояли другие. 

   Хозяин дома: - Слышь, эй, девка, слышь! - висит у нее на руке хозяин дома. - Ты, чего такого говоришь-то?! Как можете уйти! Никто и никуда! Слышь! - он то против, и все его домочадцы, кивают, что против, а веса не имеет все это.

   Соседка с деревни: - Так, а чья девка-то будет?! Чей-то, не видела я, такой вашей родственницы, раньше-то!

   Хозяйка дома: Спохватится и пойдет по шумок убеждать, что дальняя родственница, не часто у них бывает, очень занята, очень востребована на кого-то в городе учится, а вот, встретилась со старшенькой и уважила, приехала. Да, и то, что уже выставлены цены на многое, для других, вон, как старается, не оставить и соседей, в зиму, голодными и холодными! Закивают и другие, гул поднимется.

   Он в ней: - Вы ведь можете уйти и не терять ни мое, ни чужое время! Тут, никто и никого не держит! - Это режет слух, как бы далеко или близко не стояли другие. Ей не сложно повторить, это все равно ничего не изменит, и на фоновый гул и шум, она не реагирует. - Но тут, будет, так, как сказала! И никак, иначе! 

   Она уже назначила цены, на многое и он нехотя согласился. Это уже удержит их деревню на плаву, пару-тройку месяцев, как минимум. Она, правда, об этом не думала, все это вышло случайно, просто зацепились за слова, просто не прогнулась под цены и теперь разговаривала только с этим первым, а остальное, оно фоновый шум. 

   Как и батька, что округляет глаза. Ей не нужно на него смотреть, она итак все знает, как и то, что всех бесит, когда она не смотрит им в глаза, но стоит посмотреть и только хуже, ей! Ведь, там, столько дерьма, которого насмотрелась, не хочется более. И они потом, не могут развидеть этот ее тяжелый взгляд, что лучше бы не смотрела, так ведь сами ж напросились!

   Неказистый мужичок: - Я заберу! - снова потрясет кошельком, с деньгами, под возгласы толпы. И даже то, что свои одернуть пытаются, это не работает, ни сейчас, ни в этот раз. То торг, он такой азартный вышел и уже не отойти, не оторваться, а ажиотаж вокруг, он не имеет значения! 

   Важный и главный: Его разбудят, визитом, доверенного батьки.

   - Вставай! И или сам ее увози, или сейчас, найдут, кого запрячь! - он стоит в пороге, опираясь на дверной косяк. Сам ушел, на время, кое-что решить еще требовалось, а Котофей, кого попало, к себе не подпустит. 

   - Ты вообще, о чем сейчас?! - он еще сонный и не вкурил, причину, почему его будят? Что такого уже случилось, что он нужен, как воздух?

   Доверенный: - Бешенная твоя! - и на этом он, Котофей, проснулся мигом. - Батьку без штанов оставляет, зацепилась языками с этим их, и торгуется так, что вся деревня на ушах стоит! Уже по нескольким позициям, такие ценники выставила, будто ушлая! И никого не слышит и в торги не пускает никого! У старшей Гореловой, все деньги, что уже успела выжать из этого, пришлого! Так, что с младшей, в этом году не выйдет, но будут другие, и со старшей, батька пролетел, как фанера, над Парижем! А ты, ведь, догадываешься, чем это аукнется?! 

   Неказистый мужичок: - Мда, наделала ты шуму! Не скоро о тебе, теперь забудут, и подотрутся воспоминания! - Алистер не понял, почему очень быстро его увели от толпы, от Гореловых, как Василий передал торбу - рюкзак, тихо и спокойно. А другие остались. И деревня вот-вот останется позади.

   Важный и главный: - Послушай! - он прилетит, после визита доверенного, поймает ее за локоть и вытащит из всего этого, заведет за дом. - Пошли со мной! - Алистер получит управление, потому, что торги закончились, спор закончился и то, как грубо вытаскивает ее из всего этого, всеобщего сбора, и никто, ничего, никому не скажет. Отвернутся все, будто она его собственность. 

   За углом уже стоит машина, и в ней тот самый, гость неказистый, с которым торговались. Василий стоит с ее рюкзаком - торбой, передаст и уйдет не оглядываясь. А Алистер не понимает?! Все же было нормально, все в пределах?

   - Нахрена? Ты такая бешенная, что тебе все трын-трава?! - он не орет, старается, по крайне мере, но на расстоянии, уже отпустив ее руку. - Вообще с башкой не дружишь? Чего на рожон полезла?! - Алистеру нечего сказать, только злость его и рассаживания, они не нравятся и оболочка, что в оборонительной позиции, а он не понимает. - Я же не просто, так приходил утром! Чего тебе не спалось?! Всю деревню на уши теперь!?! Чего мне делать-то, теперь?! С собой ведь, не заберешь, а у меня все, тут, пути заказаны! Сука! Блять! Все же было, намази! 

   Неказистый мужичок: - Кот, поехали, я договорюсь! - кинет мужик из машины, сам не вышел, сидит на пассажирском.

   Важный и главный: - Ты-то вообще, нахрена, с ней связался?! Видишь же, городская! На лбу большими буквами, - бешенная! - он еще злился, расхаживал, а она в стойке, выжидает и молчит. - С кем, договоришься? - понимая, что от нее вообще ничего, никакого толку. - Что ты, вообще, тут, делаешь?! 

   Неказистый мужичок: - Я тот, кто согласился ее увезти! Хотя бы довезу до места! - он скажет это так, будто в противном случае, она бы не доехала. Алистер не понимает, что тут, происходит. - Забудь и поехали! 

   Важный и главный: - В машину сядь! - он попытается резко ее усадить, и она отреагирует, а он отпрыгнет, рефлексов хватит, хоть и не до конца проспался. - Блядь! Успокойся! - теперь, когда ему, едва ли хватило сноровки отпрыгнуть, он понял, что утром, это она не шутила, что может голыми руками у***ь, а сейчас, когда они втроем, не считая водителя, стоят у машины и она доведена до предела, в стойке, она опаснее всего!  

   Но это, он, только накаляет обстановку, потому, что не может успокоиться, ведь, она отрезала ему местонахождения и пребывания, тут. Просто тем, что явилась накануне, тем, что влезла в их дела, тем, что торговалась и выбила для деревни, райские и баснословные цены, которых, тут, и не видели, уже очень давно! И никто, из местных, не оценит этого жеста, потому, что уже стоит заказ на нее! Не только батька, попросил!  

   Неказистый мужичок: - Спокойнее, девочка! - скажет он мягко. - Все хорошо! Довезем до дома! Успокойся! Кот, погорячился просто! - она все равно, стоит в выжидательной стойке. И мужик поймет, что на одно сидение их лучше не усаживать, оттого и откроет дверцу, а она развернется так, чтобы видеть их обоих. Рюкзак полетит за спину. И накаляется ситуация. - Спокойнее! - показывая на руки, что безопасно. - Тебе нельзя здесь, теперь оставаться, и ты сама это знаешь, учитывая, то, что мы обсуждали сегодня. Я сяду с тобой, а Кот на мое место! - он укажет ему и тот, осторожно пройдет не слишком близко к ней. - Не торопись! - это он Коту. - Спокойнее! - уже Алистеру, что снова не контролирует ситуацию и оболочку, тоже.

   Важный и главный: - Блядь! 

   Неказистый мужичок: - Без резких движений, спокойно! Ты и сама знаешь, что путь сюда, тебе заказан! Только он и я, можем тебя вывезти! 

   Он в ней: - Позади водилы, я, сяду! - мужик не обрадуется, водила тоже. Она скажет это сквозь зубы, и за каждым движением следит.

   Неказистый мужичок: - Друнь, потерпишь! Дама с характером, и сейчас, будет, как сказала! - она обогнет машину, только после того, как они оба окажутся внутри. Сядет на сидение, упираясь спиной в дверцу. - Мда, наделала ты шуму! Не скоро о тебе, теперь забудут, и подотрутся воспоминания! - водила тронется очень быстро с места. И только, когда развилка окажется позади, обстановка немного успокоится. - Куда тебя, милая?! 

   Важный и главный: - Меня, бля, не спросишь?! - тот даже не отреагирует на его выпад.

   Он в ней: - Тебе не понравится! - это прозвучит многообещающе, но когда она назовет место, присвистнут, все трое. Алистер не знаток этих мест, и чем, так сильно выделяется это место, не знает. 

   Неказистый мужичок: - Это объясняет, много! 

   Важный и главный: - Кто такой Сварог?! - вспомнит, и все не уймется Котофей.

   Неказистый мужичок: - Зачем тебе?! - синхронно в один голос переспросят оба, он и водитель, удивленные, что он знает эту кличку. Будто бы он глупость сморозил и не понимает, о чем именно спрашивает!?!

   Он в ней: - Гореловская старшая, упомянула, что он типа, Сварога, в этой их деревни. А этот зацепился! - тон ее голоса, он не довольный, что приходится разъяснять.

   Водитель, Дрюнь: - Откуда, ты, знаешь Сварога?! Ведь, знаешь, да? - эти прищуренные глаза, он ведь, видел ее раньше.

   Он в ней: - Я вышибала в одном из его клубов, и можно мы не будем, об этом говорить! Я выйду, и можете дальше, это потом, обсуждать, сколько влезет! - Кот откроет рот. - И нет, мое слово для него, ничего не значит! Поэтому, помочь тебе, я никак не смогу и не смогла бы! В моем мире, для тебя нет места, извини! Ты в нем, не выживешь! - как бы ни ерепенился Кот, это не изменно, понятно по тону голоса. Это Алистер не понимает. А водила и мужик, напрягутся, потому, что знают, что права.

   Водитель, Дрюнь: - Если ты, еще и в его общаге, - она кивнет, - бля, брат, поверь! Она права! На слово, и не поднимай пока, эту тему, пристроим тебя, не волнуйся! В лучшем виде.

   Он в ней: Далее они ехали в тишине, и каждый обдумывал свое! Ее высадят, на остановке, потому что дальше им нельзя! Если хотят уехать на машине и вообще, выжить, дальше лучше не соваться. Прощание было скупым и простым, с надеждой не встречать более! Сварог, все равно, узнает, о ее маленьком выходном, донесут и вес ее, поднимется в глазах. А вот, Гореловская старшая, исчезнет с проходной, вообще исчезнет с общежития, но это уже совсем другая симуляция, не имеющая отношения к этой. 

   Только Алистер этого уже не узнает, как только машина скроется из виду, перед ним появится Егерь, он и пары шагов не успеет сделать. А самому интересно, что там, за "дом" такой, куда возвращать не хочется! Слова в машине, долетели, но не верилось, что есть какой-то не ведомый мир, где может быть не место, такому, как Котофей!    

   Егерь: - Надеюсь, ты отдохнул, хорошо, и выспался! Тебе предстоит следующий прыжок! - и прежде, чем он успеет, хоть что-то сказать, холодная монета - медальон ляжет в ладонь и они окажутся в виртуальном мотеле, дождаться момента, перенесения в следующую симуляцию.